Книги по тегу «сильные чувства»: ""

Ещё недавно я готовился к концу, а теперь — гляди-ка — молод, здоров,
с чёрным вороном на плече и в совершенно незнакомом мире,
где полно странных существ и магии!
Спас девушку, залечил рану принца — и меня прозвали Лекарем.
Но чувствую, что кругом слишком много тех, кому я мешаю,
и это усложняет мою новую жизнь...
Игра на выживание началась...

Поля никак не может найти общий язык с мамой, и после очередной ссоры сбегает из дома к своему настоящему отцу...

В день, когда Рейдан Морвейн должен был назвать меня своей истинной, он отверг меня перед всем двором.

Родовая книга вспыхнула, мое имя осыпалось пеплом на мрамор, а придворные впервые произнесли новое слово: Безымянная.

Без рода. Без защиты. Без права вернуться к прежней жизни.

Я думала, у меня отняли все. Но в ту же ночь пепел на моей ладони сложился в незнакомые буквы, а голос женщины, которую я почти не помнила, прошептал: это было не твое имя.

Теперь за мной охотятся хранители древних клятв. Новая невеста Рейдана носит ложную метку. Черное Пламя теряет контроль. А мое настоящее имя оказалось связано с родом Сайрин, Пепельными Вратами и силой, которую драконы пытались стереть из памяти мира.

Рейдан хочет исправить ошибку. Только я больше не та девушка, которую можно отвергнуть, вернуть или спрятать за приказом.

Он лишил меня имени перед всем двором.

Теперь я вернусь туда сама.

И на этот раз мое имя услышат все.

– Нет!
– Да, – голос мужчины звучит спокойно, почти равнодушно. Он лезет в карман черного пиджака и извлекает на свет потертый запечатанный конверт. – Да, Софи́. Читай…
В центре конверта одно-единственной слово – мое имя.
«Софи».
Я узнаю этот почерк с первого взгляда. Строчка с наклоном влево, – отец был левшой– сильный нажим, буквы с острыми углами, похожими на пики. Да, это писал мой папа.
Под пристальным взглядом двух мужчин вскрываю конверт, достаю листок. Текст короткий, не больше десяти строк, но их хватает, чтобы перевернуть мою жизнь с ног на голову.
– Да, Софи́, – снова бросает один из мужчин и встает. – Собирайся, мы едем к тебе, чтобы собрать вещи на первое время.
Кто-то разыграл хитрую шахматную партию, но я – дочь «Гения», и я не собираюсь сдаваться, даже если мне придется… Черт! Делаю глубокий выдох и выхожу из кабинета, каждой клеточкой тела чувствую за спиной присутствие мужчины.

Мне вживили ДНК росомахи. Я стал сильнее, быстрее, выносливее. Но я никогда не думал, что стану расходным материалом.

Нас перевезли в тайгу. Посадили в клетки.

Меня хотели убить. Но я выжил. Меня нашла девушка, которая не побоялась забрать меня из леса. Она не знала, кто я. Не знала, что внутри меня живёт зверь.

Теперь я должен найти Барса и Яра. Они — единственные, кто остался. Вместе мы сможем выжить. Вместе мы сможем отомстить.

Но сначала я должен решить: смогу ли я довериться человеку, который видит во мне не зверя, а просто мужчину?

Я привыкла получать всё, что хочу. Квартира в центре, лучшие подруги — и никаких обязательств.
Спор с Олей? Переспать с преподавателем по уголовному праву за три недели? Да без вопросов. Легко! Поставила байк против её машины.
Ледяной профессор с карими глазами даже не поймёт, что его охмуряют. План был идеальным… ну, или почти….

Мне всегда было интересно, с какого момента начинается книга, фильм или сериал. Ведь до этого самого первого кадра, до первой строчки герои уже жили — дышали, ошибались, мечтали, прятали свои маленькие трагедии за вежливыми улыбками. Их жизнь текла где то в тени, невидимая никому, пока не наступал тот самый миг, когда свет софитов наконец падал на них и история брала разбег.
И сейчас, оглядываясь назад, я понимаю: всё начинается с переломного момента. С той секунды, когда привычная дорога вдруг упирается в развилку и ты замираешь, чувствуя, как мир слегка сдвигается, открывая перед тобой другую дверь — ту, за которой всё будет иначе.
Для меня этот момент настал в мой двадцать третий день рождения.
Я взяла телефон и начала листать почту. Среди бесконечных уведомлений, скидок и чужих счастливых фото мелькнуло одно письмо. Не от друзей, не от родственников. От незнакомой рассылки.
«Набор сотрудников на круизный лайнер. Открой для себя мир. Стань частью команды».

Я выжил. Мы выжили. Гром, Яр и я — мы выбрались из бункера, оставив позади клетки, боль...

Но прошлое не отпускает. Оно ждёт в тени, дышит в спину.

Я ушёл в город. Начал новую жизнь. Работаю в ночном охранном агентстве, скрываюсь среди огней и шума. Никто не знает, кто я. Никто не знает, что внутри меня спит зверь.

Всё меняется, когда в мою жизнь врывается она. Алина. Хрупкая, испуганная, но с огнём в глазах. Её преследуют. Ей нужна защита.

Я не хочу сближаться. Я знаю, чем это кончается. Но зверь внутри не слушает. Он требует, чтобы я был рядом. Чтобы я защищал её. Чтобы я не отпускал.

Я — леопард. Я — тень. Я — ночной дозор.

И я не позволю никому причинить ей боль.

Он мой приёмный дедушка. И я по уши в него влюблена. От его проникновенного взгляда я столбенею и начинаю заикаться. Если бы он только знал, как я мечтаю о его поцелуях. Но, увы, я для него сопливая девчонка, которую он не перестанет ругать. Эта одержимость меня доконает. Он стал моим воздухом, моей несбыточной мечтой. Я скоро сойду с ума от этой любви. Ведь она медленно меня отравляет.

Я пришла на пресс-конференцию генерала Северина Ратманова, чтобы уничтожить его.

Мой брат Мирон лежит в больнице после пожара на закрытом учебном полигоне. Он почти не говорит, но перед тем как потерять сознание, успел позвонить мне и сказать только одно:

«Это не я. Не верь отчету».

А потом появился официальный документ. Сухой, безжалостный, с подписью Ратманова. В нем моего брата сделали виновным.

Я ворвалась в зал, назвала генерала лжецом и бросила ему в лицо:

— Накажите меня, генерал.

Я ждала угроз. Охраны. Приказа вывести меня.

Но Северин Ратманов дал мне месяц доступа к закрытому делу. Месяц рядом с ним. Месяц, чтобы доказать его вину.

Только чем глубже я входила в мир «Рубежа», тем страшнее становилась правда. Поддельные документы. Синяя метка на оборудовании. Комната без камер. Люди, которые умеют превращать живых в виновных одной подписью.

Я ненавидела Ратманова.

А он не оправдывался. Не просил верить. Не давил властью.