Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Я отшатнулась, вжимаясь спиной в мягкую кожу дивана. В висках застучало. Квартира на Белинского? Это же центр. Там квадратный метр стоит как моя годовая зарплата. Минимальная плата? За что? Каковы скрытые условия?
В голове вихрем пронеслись истории, которые рассказывали девчонки из отдела продаж. «Старый козел, купил ей квартиру, а она теперь его собственность». Мое лицо, вероятно, побледнело, потому что он замолчал и удивленно поднял бровь.
— Что-то не так?
— Нет, всё так, — мой голос стал чужим, металлическим. Я вскочила с дивана, одергивая жакет, как будто боялась испачкаться. — Кроме одного. Я не продаюсь.
Повисла звенящая тишина. Часы на каминной полке пробили семь. Евгений Николаевич медленно выпрямился в кресле. Его лицо окаменело. Желваки заходили ходуном под загорелой кожей.
— Что вы сказали? — переспросил он ледяным тоном, в котором послышалась сталь.
— Я сказала, что не собираюсь становиться чьей-то любовницей за квартиру. Ни вашей, ни чьей-либо еще...
В голове вихрем пронеслись истории, которые рассказывали девчонки из отдела продаж. «Старый козел, купил ей квартиру, а она теперь его собственность». Мое лицо, вероятно, побледнело, потому что он замолчал и удивленно поднял бровь.
— Что-то не так?
— Нет, всё так, — мой голос стал чужим, металлическим. Я вскочила с дивана, одергивая жакет, как будто боялась испачкаться. — Кроме одного. Я не продаюсь.
Повисла звенящая тишина. Часы на каминной полке пробили семь. Евгений Николаевич медленно выпрямился в кресле. Его лицо окаменело. Желваки заходили ходуном под загорелой кожей.
— Что вы сказали? — переспросил он ледяным тоном, в котором послышалась сталь.
— Я сказала, что не собираюсь становиться чьей-то любовницей за квартиру. Ни вашей, ни чьей-либо еще...
— Я не знаю, почему пришла.
— Знаешь.
— У меня нормальный муж...
— Звучит как "средняя температура по больнице".
—...семья, дочь...
— Это НАША дочь.
— А ты... Ты просто...
— Привычка?
***
Моя первая любовь была яркая как огонь и такая же разрушительная. Она оставила после себя пепел в душе, шрамы на сердце, страх вспыхнуть еще раз и мою любимую дочь.
С трудом, но я этим чувством переболела. Я его пережила. У меня налаженная жизнь и полноценная семья. Я не горю больше и этому только рада!
Но что будет, если прошлое снова ворвется в мою жизнь?
Хочется верить, что мне хватит сил сказать "нет", а не сгореть дотла по привычке.
Предупреждаю, герой много матерится!
#бывшие
#больная страсть
#неидеальные герои
— Знаешь.
— У меня нормальный муж...
— Звучит как "средняя температура по больнице".
—...семья, дочь...
— Это НАША дочь.
— А ты... Ты просто...
— Привычка?
***
Моя первая любовь была яркая как огонь и такая же разрушительная. Она оставила после себя пепел в душе, шрамы на сердце, страх вспыхнуть еще раз и мою любимую дочь.
С трудом, но я этим чувством переболела. Я его пережила. У меня налаженная жизнь и полноценная семья. Я не горю больше и этому только рада!
Но что будет, если прошлое снова ворвется в мою жизнь?
Хочется верить, что мне хватит сил сказать "нет", а не сгореть дотла по привычке.
Предупреждаю, герой много матерится!
#бывшие
#больная страсть
#неидеальные герои
— Между нами всё останется по-прежнему: я люблю тебя, ты — меня. Да, мне придется жениться, но через пять лет я разведусь. И мы поженимся, как я и обещал.
— И эти пять лет я буду ходить в любовницах?
— Не тебе одной придется терпеть. Я тоже не горю желанием жениться на другой.
— А я не горю желанием быть твоим грязным секретом!
Он отмахивается от моих слов.
— Я все равно тебя не отпущу. Мы оба знаем, что порознь не сможем.
— Я уже смогла, — мой голос становится шершавым, когда я вижу идущего к нам Богдана. — Поздравляю с помолвкой. И, хоть ты не приглашал меня на свадьбу, мне придется прийти. Я не смогу подвести своего мужчину.
— Твой мужчина — я! — рявкает.
— С этим я бы поспорил, — слова Богдана заставляют моего бывшего вздрогнуть.
Не ожидал? Я тоже...
— Дядя? — Стас встает при появлении Богдана, и привычно пожимает его руку. И снова обращается ко мне: — Ты уговорила дядю пригласить тебя на свадьбу?
— Я пригласил на твою свадьбу свою женщину, — отвечает Богдан за меня.
— И эти пять лет я буду ходить в любовницах?
— Не тебе одной придется терпеть. Я тоже не горю желанием жениться на другой.
— А я не горю желанием быть твоим грязным секретом!
Он отмахивается от моих слов.
— Я все равно тебя не отпущу. Мы оба знаем, что порознь не сможем.
— Я уже смогла, — мой голос становится шершавым, когда я вижу идущего к нам Богдана. — Поздравляю с помолвкой. И, хоть ты не приглашал меня на свадьбу, мне придется прийти. Я не смогу подвести своего мужчину.
— Твой мужчина — я! — рявкает.
— С этим я бы поспорил, — слова Богдана заставляют моего бывшего вздрогнуть.
Не ожидал? Я тоже...
— Дядя? — Стас встает при появлении Богдана, и привычно пожимает его руку. И снова обращается ко мне: — Ты уговорила дядю пригласить тебя на свадьбу?
— Я пригласил на твою свадьбу свою женщину, — отвечает Богдан за меня.
— Я ненавижу тебя, — выдохнула я.
— Хорошо, — сказал он, приближая своё лицо к моему. — Я хочу, чтобы ты ненавидела меня. Пока ты ненавидишь, ты чувствуешь. А чувствовать — это всё, что осталось.
Он поцеловал меня. Не как тогда, в саду — нежно и дразняще. Не как на складе — с жадной, запретной сладостью. Он поцеловал меня так, будто хотел выпить меня до дна, будто хотел доказать мне, что я принадлежу ему. Его губы были жёсткими, властными. Его язык ворвался в мой рот без спроса, и я застонала — против собственной воли. Мои руки вцепились в его волосы. Я хотела оттолкнуть его, но мои пальцы сжимались, притягивая его ближе.
— Будь проклят, — прошептала я в его губы.
Он рванул мою блузку — пуговицы посыпались на пол, звеня, как маленькие колокольчики похоронного звона. Я вскрикнула, но он зажал мне рот ладонью, прижимая меня к стене. Его глаза метали молнии...
— Хорошо, — сказал он, приближая своё лицо к моему. — Я хочу, чтобы ты ненавидела меня. Пока ты ненавидишь, ты чувствуешь. А чувствовать — это всё, что осталось.
Он поцеловал меня. Не как тогда, в саду — нежно и дразняще. Не как на складе — с жадной, запретной сладостью. Он поцеловал меня так, будто хотел выпить меня до дна, будто хотел доказать мне, что я принадлежу ему. Его губы были жёсткими, властными. Его язык ворвался в мой рот без спроса, и я застонала — против собственной воли. Мои руки вцепились в его волосы. Я хотела оттолкнуть его, но мои пальцы сжимались, притягивая его ближе.
— Будь проклят, — прошептала я в его губы.
Он рванул мою блузку — пуговицы посыпались на пол, звеня, как маленькие колокольчики похоронного звона. Я вскрикнула, но он зажал мне рот ладонью, прижимая меня к стене. Его глаза метали молнии...
— Алина, — сказал Денис. Голос его был холодным, как лёд. — Познакомься, это Катя. Она будет жить со мной.
Я замерла. Мир вокруг меня остановился.
— Что? — выдохнула я. — Что ты сказал?
— Ты слышала, — ответил он, не глядя на меня. — Я ухожу от тебя. Мы ждём ребёнка. У нас будет семья.
— Я не понимаю, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит. — Мы же… мы же семья. У нас Миша.
— Миша — это проблема, — сказал Денис, и я услышала в его голосе такую жестокость, какой никогда не слышала. — Катя родит мне нормального ребенка.
Казалось, что жизнь рухнула, когда муж привел домой беременную любовницу. Но жизнь показала, что все, что происходит — приводит нас к лучшему.
Я замерла. Мир вокруг меня остановился.
— Что? — выдохнула я. — Что ты сказал?
— Ты слышала, — ответил он, не глядя на меня. — Я ухожу от тебя. Мы ждём ребёнка. У нас будет семья.
— Я не понимаю, — сказала я, чувствуя, как голос дрожит. — Мы же… мы же семья. У нас Миша.
— Миша — это проблема, — сказал Денис, и я услышала в его голосе такую жестокость, какой никогда не слышала. — Катя родит мне нормального ребенка.
Казалось, что жизнь рухнула, когда муж привел домой беременную любовницу. Но жизнь показала, что все, что происходит — приводит нас к лучшему.
– Я не подкрадывался, – возразил ей.
– Ага, не подкрадывался, не обнимал, чисто ангелок, – красавица покачала головой.
– Хорошо, я отпущу тебя, но от края отойди.
– Договорились, – я разжал руки, а она отступила в сторону.
– Раз уж ты потревожил мой покой, то предлагаю вместе послушать ветер, – она снова повернулась к морю и прикрыла глаза, – слышишь? Он рассказывает истории. Он их знает огромное множество.
Я послушно стал рядом и закрыл глаза. Морской свежий бриз нес с моря свежесть и умиротворение. То, что мне нужно.
– Скоро будет дождь, смотри, не промокни, – голос девушки неожиданно раздался далеко. Она уже начала спускаться по тропинке вниз. – Видишь, ту тучу несет прямо на нас, – она показала пальчиком в сторону моря. Там действительно висела черная туча, которая вроде бы не двигалась.
– Уверена? – спросил с сомнением.
– Ветер бывает непостоянным! – девушка продолжила спускаться и почти скрылась из виду, а я только сообразил, что не узнал ни ее имени, ни как найти ее.
– Ага, не подкрадывался, не обнимал, чисто ангелок, – красавица покачала головой.
– Хорошо, я отпущу тебя, но от края отойди.
– Договорились, – я разжал руки, а она отступила в сторону.
– Раз уж ты потревожил мой покой, то предлагаю вместе послушать ветер, – она снова повернулась к морю и прикрыла глаза, – слышишь? Он рассказывает истории. Он их знает огромное множество.
Я послушно стал рядом и закрыл глаза. Морской свежий бриз нес с моря свежесть и умиротворение. То, что мне нужно.
– Скоро будет дождь, смотри, не промокни, – голос девушки неожиданно раздался далеко. Она уже начала спускаться по тропинке вниз. – Видишь, ту тучу несет прямо на нас, – она показала пальчиком в сторону моря. Там действительно висела черная туча, которая вроде бы не двигалась.
– Уверена? – спросил с сомнением.
– Ветер бывает непостоянным! – девушка продолжила спускаться и почти скрылась из виду, а я только сообразил, что не узнал ни ее имени, ни как найти ее.
Андрей — типичный мажор: деньги, статус, свобода от любых правил и уверенность, что любая женщина — лишь очередное приключение. Его будни — это череда спонтанных эскапад и лёгких побед, от которых он уже едва ли получает прежний восторг. Но одна случайная встреча переворачивает всё с ног на голову.
Боже! Вот это стыдоба! Что, можно подумать, со стороны? Полуголая девица перелазит с балкона на балкон. После секундной передышки, опираясь на руки, коленями становлюсь на узкие перила, а потом вытягиваю ногу, пытаясь опуститься на соседний балкон. Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз… Десятый этаж не хухры‑мухры. «Если упаду, то хотя бы в красивом белье», — мелькает дурацкая мысль.
Боже! Вот это стыдоба! Что, можно подумать, со стороны? Полуголая девица перелазит с балкона на балкон. После секундной передышки, опираясь на руки, коленями становлюсь на узкие перила, а потом вытягиваю ногу, пытаясь опуститься на соседний балкон. Только не смотреть вниз, только не смотреть вниз… Десятый этаж не хухры‑мухры. «Если упаду, то хотя бы в красивом белье», — мелькает дурацкая мысль.
Когда на курсах рисования ты вынуждена делить мольберт с мужчиной, который ненавидит твою «гуашную мазню», но от его случайных прикосновений у тебя сбивается дыхание, а краски ложатся ровно только тогда, когда он смотрит на тебя, — ты понимаешь: любовь бывает такой же мутной, густой и невыносимо красивой, как гуашь...
Встреча с мужем и его беременной любовницей в детском отделе гипермаркета разделила мою жизнь на До и После.
Он не хочет разводиться, чтобы содержать любовницу на мою зарплату. А я хочу вырастить своих троих детей и не платить за чужого.
Он не хочет разводиться, чтобы содержать любовницу на мою зарплату. А я хочу вырастить своих троих детей и не платить за чужого.
Если хотите остаться в живых, никогда не берите в отпуск своего бывшего. Спойлер: я взяла.
Компания друзей, уединенный домик в глухом лесу и старые обиды, которые никак не хотят оставаться в прошлом. Все планы на отдых рушатся, когда в лесной глуши начинается кровавая бойня. Подозрения падают на каждого. Чтобы выжить, бывшим влюбленным придется забыть про старые обиды и надуманные измены. Ведь неизвестный убийца буквально следует их старой клятве: «Пока смерть не разлучит нас».
Компания друзей, уединенный домик в глухом лесу и старые обиды, которые никак не хотят оставаться в прошлом. Все планы на отдых рушатся, когда в лесной глуши начинается кровавая бойня. Подозрения падают на каждого. Чтобы выжить, бывшим влюбленным придется забыть про старые обиды и надуманные измены. Ведь неизвестный убийца буквально следует их старой клятве: «Пока смерть не разлучит нас».
Выберите полку для книги