Книги по тегу «сильные чувства»: ""
Детский дом научил, что надо брать от жизни всё. Здесь и сейчас. И когда нашёлся какой-то сумасшедший, который взял меня под опеку, я решила, что вот он мой шанс, и теперь у меня будет всё, что я захочу. Поэтому, как только мне исполнилось восемнадцать, я напилась до потери сознания, переспала со своим одногруппником и пропала на две недели из дома.
Единственный человек, который старается хоть как-то сдерживать мои безумства, это мой опекун. Взрослый, красивый, самодостаточный мужчина, от которого кружится голова, но он, кажется, даже не замечает, как я к нему отношусь. Именно ему мне хочется доказать, что я уже не ребёнок, а взрослая любящая девушка.
Единственный человек, который старается хоть как-то сдерживать мои безумства, это мой опекун. Взрослый, красивый, самодостаточный мужчина, от которого кружится голова, но он, кажется, даже не замечает, как я к нему отношусь. Именно ему мне хочется доказать, что я уже не ребёнок, а взрослая любящая девушка.
Дым сожжённых бумаг стелется над Варшавой, когда Ян получает приказ проверить слухи о магическом артефакте. Вербовка Готфрида, подготовка отряда, проникновение в Ясную Гуру — и Венец разбивается на три осколка. Агнешка берёт один и бежит в Вену. Ян с осколком в руке клянётся найти её. Империи начинают охоту. Война неизбежна.
Я собираюсь выйти замуж за Льва Орлова — капитана хоккейной команды и мужчину, рядом с которым всегда чувствовала себя в безопасности.
А потом знакомлюсь ближе с его младшим братом.
Даня наглый, дерзкий и совершенно не считает моё кольцо достаточной причиной держать дистанцию. Он провоцирует меня с первой встречи и будто специально проверяет, насколько далеко может зайти.
Мне бы просто держаться от него подальше.
Только Даня слишком хорошо умеет замечать мои слабые места.
А Лев, оказывается, совсем не такой спокойный, каким я его считала.
И чем дальше всё заходит, тем меньше я понимаю, кто из братьев на самом деле опаснее.
Дорогие читатели!
Пока книга выходит, читать можно бесплатно, а новые главы появляются почти каждый день за редким исключением.
После завершения выкладки книга станет платной ✨
А потом знакомлюсь ближе с его младшим братом.
Даня наглый, дерзкий и совершенно не считает моё кольцо достаточной причиной держать дистанцию. Он провоцирует меня с первой встречи и будто специально проверяет, насколько далеко может зайти.
Мне бы просто держаться от него подальше.
Только Даня слишком хорошо умеет замечать мои слабые места.
А Лев, оказывается, совсем не такой спокойный, каким я его считала.
И чем дальше всё заходит, тем меньше я понимаю, кто из братьев на самом деле опаснее.
Дорогие читатели!
Пока книга выходит, читать можно бесплатно, а новые главы появляются почти каждый день за редким исключением.
После завершения выкладки книга станет платной ✨
После несчастного случая моего девятилетнего сына привозят в частную клинику. Хирург Мирослав Тарин спасает Лукьяну жизнь.
А после операции говорит:
— Ваш сын уже был в этой клинике. Шесть лет назад.
Это невозможно.
Тогда отец Лукьяна вернул мне трехлетнего сына после обычного «падения с велосипеда». Но в старом архиве находится фотография моего ребенка под чужим именем.
А потом запись исчезает.
Мирослав знает больше, чем говорит. Хуже того — шесть лет назад именно он оперировал моего сына.
И помог скрыть от меня правду.
Теперь кто-то уничтожает доказательства, в мою квартиру проникают, а мужчина, которому я меньше всего должна доверять, оказывается рядом каждый раз, когда опасность подбирается к Лукьяну.
Он уже однажды решил, какую правду мне можно знать.
Второго раза не будет.
Только чем ближе мы подбираемся к разгадке, тем страшнее становится другой вопрос:
что я буду делать, если человек, которого должна ненавидеть, окажется единственным, кому за
А после операции говорит:
— Ваш сын уже был в этой клинике. Шесть лет назад.
Это невозможно.
Тогда отец Лукьяна вернул мне трехлетнего сына после обычного «падения с велосипеда». Но в старом архиве находится фотография моего ребенка под чужим именем.
А потом запись исчезает.
Мирослав знает больше, чем говорит. Хуже того — шесть лет назад именно он оперировал моего сына.
И помог скрыть от меня правду.
Теперь кто-то уничтожает доказательства, в мою квартиру проникают, а мужчина, которому я меньше всего должна доверять, оказывается рядом каждый раз, когда опасность подбирается к Лукьяну.
Он уже однажды решил, какую правду мне можно знать.
Второго раза не будет.
Только чем ближе мы подбираемся к разгадке, тем страшнее становится другой вопрос:
что я буду делать, если человек, которого должна ненавидеть, окажется единственным, кому за
Восемь лет назад Максим бросил меня беременной.
Теперь мой бывший стал моим боссом и увидел семилетнего сына, о котором, как он утверждает, не знал.
Но тогда кто написал письмо, в котором он отказался от нашего ребёнка?
***
Восемь лет должны были изменить его сильнее.
Они только убрали из лица мальчишескую поспешность. Максим больше не оглядывается, проверяя, кто заметил его появление. Не поправляет воротник и не улыбается первым. Он останавливается посреди холла, видит меня за стеклянной перегородкой — и забывает убрать телефон от уха.
Чужой голос продолжает что-то говорить из динамика.
Максим отключает звонок.
Вот теперь боль приходит. Резко, под рёбра, вместе с воздухом, который я всё-таки втягиваю. Я же знала фамилию!
Теперь мой бывший стал моим боссом и увидел семилетнего сына, о котором, как он утверждает, не знал.
Но тогда кто написал письмо, в котором он отказался от нашего ребёнка?
***
Восемь лет должны были изменить его сильнее.
Они только убрали из лица мальчишескую поспешность. Максим больше не оглядывается, проверяя, кто заметил его появление. Не поправляет воротник и не улыбается первым. Он останавливается посреди холла, видит меня за стеклянной перегородкой — и забывает убрать телефон от уха.
Чужой голос продолжает что-то говорить из динамика.
Максим отключает звонок.
Вот теперь боль приходит. Резко, под рёбра, вместе с воздухом, который я всё-таки втягиваю. Я же знала фамилию!
Девушка поздравляет любимого человека с его профессиональным праздником.Нежно выражает свои чувства и эмоции.
– С этого момента ты моя невеста, Соколова. Привыкай.
У миллиардера Глеба Орлова закон: не спать с подчинёнными. Но ради крупной сделки он втянул меня в фальшивую помолвку на три дня, и теперь мы делим номер для молодожёнов с полупрозрачной стеной в душевой.
Я думала, что отработаю контракт и получу работу мечты. Но мой босс, кажется, не умеет отпускать то, что однажды назвал своим.
У миллиардера Глеба Орлова закон: не спать с подчинёнными. Но ради крупной сделки он втянул меня в фальшивую помолвку на три дня, и теперь мы делим номер для молодожёнов с полупрозрачной стеной в душевой.
Я думала, что отработаю контракт и получу работу мечты. Но мой босс, кажется, не умеет отпускать то, что однажды назвал своим.
Антон Радов — самый влиятельный акушер-гинеколог города. Безжалостный титан с ледяным взглядом, привыкший к тотальному подчинению. Я никогда не должна была оказаться в его пентхаусе, если бы не глупая услуга подруге-фотографу — привезти флешку с его кадрами для глянцевого журнала.
Надев шелковое платье, я приехала по адресу. Но едва дверь открылась, Радов, не став слушать объяснений, властно втянул меня внутрь и заблокировал замок. Он ошибочно принял меня за эскортницу, заказанную для снятия стресса после тяжелой смены. Его голый каменный торс и властный напор лишили меня воли. Я не смогла сказать «нет». Он жестко лишил меня девственности, цинично решив, что моя невинность — это просто эксклюзивная доп-услуга агентства для вип-клиента.
Спустя неделю я пришла на важный осмотр в элитную клинику. Дверь открылась, и в кабинет вошел доктор Радов. Он надел латексные перчатки, приказал мне раздеться, бросил тяжелый взгляд на моё лицо… и узнал свою ночную бабочку в дрожащей пациентке.
Надев шелковое платье, я приехала по адресу. Но едва дверь открылась, Радов, не став слушать объяснений, властно втянул меня внутрь и заблокировал замок. Он ошибочно принял меня за эскортницу, заказанную для снятия стресса после тяжелой смены. Его голый каменный торс и властный напор лишили меня воли. Я не смогла сказать «нет». Он жестко лишил меня девственности, цинично решив, что моя невинность — это просто эксклюзивная доп-услуга агентства для вип-клиента.
Спустя неделю я пришла на важный осмотр в элитную клинику. Дверь открылась, и в кабинет вошел доктор Радов. Он надел латексные перчатки, приказал мне раздеться, бросил тяжелый взгляд на моё лицо… и узнал свою ночную бабочку в дрожащей пациентке.
«Хорошего настройщика не слышно. Слышно только плохого».
У Аси Громовой абсолютный слух и правая рука, которая шесть лет назад отказала ей посреди финала конкурса. С тех пор она не играет: настраивает чужие пианино, живёт под самой крышей старого дома в петербургской Коломне и каждый вечер ужинает в кафе на первом этаже.
Хозяйки кафе нет уже год. За стойкой теперь её сын Глеб — повар из московского ресторана, большой, неразговорчивый и страшный на вид. К материнскому пианино он никого не подпускает.
В грозовую белую ночь Ася слышит снизу одну-единственную ноту — ля, на четверть тона ниже, чем положено. И получает самый странный заказ в своей жизни: настроить пианино так, чтобы оно звучало «как раньше». То есть фальшиво.
Роман о людях одного петербургского двора — и о том, что правильный строй не всегда тот, что в учебнике.
У Аси Громовой абсолютный слух и правая рука, которая шесть лет назад отказала ей посреди финала конкурса. С тех пор она не играет: настраивает чужие пианино, живёт под самой крышей старого дома в петербургской Коломне и каждый вечер ужинает в кафе на первом этаже.
Хозяйки кафе нет уже год. За стойкой теперь её сын Глеб — повар из московского ресторана, большой, неразговорчивый и страшный на вид. К материнскому пианино он никого не подпускает.
В грозовую белую ночь Ася слышит снизу одну-единственную ноту — ля, на четверть тона ниже, чем положено. И получает самый странный заказ в своей жизни: настроить пианино так, чтобы оно звучало «как раньше». То есть фальшиво.
Роман о людях одного петербургского двора — и о том, что правильный строй не всегда тот, что в учебнике.
Даня привык рассчитывать только на себя. В двадцать три года у него есть работа, старый телефон, руки, покрытые чёрными татуировками, и машина, на которую он копил годами. После смерти матери он продаёт машину, чтобы дать одиннадцатилетнему брату дом. Теперь в его жизни хватает забот на двоих — и совсем нет места для любви.
Соня учится на дизайнера, рисует мир во множестве оттенков и знает, какое будущее для неё придумали родители: учёба в Европе, большие возможности, правильный мужчина рядом. Но однажды вечером у центра детского творчества она встречает Даню. Он кажется ей опасным, пока она не замечает, как бережно он держит за руку младшего брата.
Их тянет друг к другу сильнее, чем они готовы признать. Только Соне предстоит понять, чего хочет она сама, а Дане — поверить, что его можно любить не за обещание однажды стать кем-то другим.
Соня учится на дизайнера, рисует мир во множестве оттенков и знает, какое будущее для неё придумали родители: учёба в Европе, большие возможности, правильный мужчина рядом. Но однажды вечером у центра детского творчества она встречает Даню. Он кажется ей опасным, пока она не замечает, как бережно он держит за руку младшего брата.
Их тянет друг к другу сильнее, чем они готовы признать. Только Соне предстоит понять, чего хочет она сама, а Дане — поверить, что его можно любить не за обещание однажды стать кем-то другим.
Выберите полку для книги