Книги по тегу «сложные отношения»: ""
Вырвалась на свободу? Ну вот тебе первое задание из взрослой жизни: выбраться из грязи на дороге, которой даже на карте нет. Солнце палит, кругом поле и лес, а мой любимый Матиз решил, что его миссия выполнена, и всеми четырьмя колесами увяз в дорожной жиже.
- Думай, не думай, смотри не смотри, а застряла ты, городская. - Нагло выдает мистер Ковбойская шляпа и с деловым видом обходит мой Матиз.
- У меня, вообще-то, есть план, — сочиняю на ходу.
- План? - Ковбой выпрямляется и облокачивается на крышу моей малышки. - Поехать после грозы в деревню на Чебурашке, засесть по самые яй... кхм, мосты и ждать, когда грязь высохнет? Хреновый план, городская. Очень.
Выпускница столичного вуза приехала в деревню по распределению. У нее был план: забыть прошлое, начать новую жизнь и никому не открывать сердце. Даже наглецу в ковбойской шляпе, живущему по соседству. У каждого свое прошлое, свои тайны. Смогут ли они открыться друг другу или их тайны навсегда оставят их соседями.
- Думай, не думай, смотри не смотри, а застряла ты, городская. - Нагло выдает мистер Ковбойская шляпа и с деловым видом обходит мой Матиз.
- У меня, вообще-то, есть план, — сочиняю на ходу.
- План? - Ковбой выпрямляется и облокачивается на крышу моей малышки. - Поехать после грозы в деревню на Чебурашке, засесть по самые яй... кхм, мосты и ждать, когда грязь высохнет? Хреновый план, городская. Очень.
Выпускница столичного вуза приехала в деревню по распределению. У нее был план: забыть прошлое, начать новую жизнь и никому не открывать сердце. Даже наглецу в ковбойской шляпе, живущему по соседству. У каждого свое прошлое, свои тайны. Смогут ли они открыться друг другу или их тайны навсегда оставят их соседями.
Вы — эмпат. Вы чувствуете слишком много. Вы впитываете чужую боль и притягиваете нарциссов. Эта книга — ваш квантовый щит.Объединяя Трансерфинг реальности с практиками защиты чувствительных людей, автор даёт пошаговую систему: от построения энергетических границ до контакта со своим Духом. Притчи, диалоги, практики, разборы возражений и 30-дневный практикум.Перестаньте тонуть в чужих эмоциях. Начните жить из состояния свободы, ясности и силы. Книга на двух языках: русский/английский. Изображения созданы ИИ artgeneration.me Перестаньте выживать. Начните жить из состояния Духа. Свободно. Ясно. Мощно.
В день, когда мой муж-дракон объявил перед всем советом, что собирается жениться на другой, меня решили лишить не только брака, но и имени, дома и всего, что я создала.
Однако древняя Корона Двенадцати Клятв выбрала не его.
Она заговорила со мной.
Одиннадцать имён стёрты. Один закон скрыт. До выбора новой королевы осталось тридцать дней.
Теперь мне предстоит восстановить законы, которые десятилетиями переписывал могущественный канцлер, вернуть право на существование городу, исчезнувшему со всех карт, и не позволить драконьим родам захватить столицу.
А рядом снова окажется Тарвейн — мужчина, который выбрал корону вместо меня.
Он утверждает, что готов исправить свои ошибки. Но доверие нельзя вернуть одной красивой клятвой. Его придётся заслужить поступками.
И если древняя корона решила, что именно я достойна править, отдавать её бывшему мужу я не собираюсь.
Однако древняя Корона Двенадцати Клятв выбрала не его.
Она заговорила со мной.
Одиннадцать имён стёрты. Один закон скрыт. До выбора новой королевы осталось тридцать дней.
Теперь мне предстоит восстановить законы, которые десятилетиями переписывал могущественный канцлер, вернуть право на существование городу, исчезнувшему со всех карт, и не позволить драконьим родам захватить столицу.
А рядом снова окажется Тарвейн — мужчина, который выбрал корону вместо меня.
Он утверждает, что готов исправить свои ошибки. Но доверие нельзя вернуть одной красивой клятвой. Его придётся заслужить поступками.
И если древняя корона решила, что именно я достойна править, отдавать её бывшему мужу я не собираюсь.
— Какой ещё Лука?
— Не знаешь. Ну да. А кому в апреле варежки надевали? Кому моя дочь шапку поправляет двумя руками? Кто у неё в телефоне «мой брат» подписан?
— Ты... — Он сглотнул. — Ты за ней следила, что ли?
— У тебя там сын! — Вот тут я сорвалась. Не на «Луке» даже, на этом его «следила»: он мне про приличия, вы подумайте. — Сын у тебя, на Вольской! И моя дочь его нянчит полгода, тайком, по вторникам и пятницам! Ты не только мне врал, ты ребёнка в своё враньё замотал! Она худеет, она врать научилась, как ты, гладко!
— Тише ты. Слышно же на улице.
— Пусть слышно! Мне скрывать нечего, это у нас по твоей части!
— Да нет никакого сына! — Он повысил голос, и заговорил быстро — Есть человек, я тебе в июне сказал. Но ребёнок не мой, её это, от первого брака, я просто помогаю, пацан ко мне привык...
Я даже засмеялась. Честное слово, засмеялась, вот такой смех бывает, оказывается, сухой, как мел.
— Не знаешь. Ну да. А кому в апреле варежки надевали? Кому моя дочь шапку поправляет двумя руками? Кто у неё в телефоне «мой брат» подписан?
— Ты... — Он сглотнул. — Ты за ней следила, что ли?
— У тебя там сын! — Вот тут я сорвалась. Не на «Луке» даже, на этом его «следила»: он мне про приличия, вы подумайте. — Сын у тебя, на Вольской! И моя дочь его нянчит полгода, тайком, по вторникам и пятницам! Ты не только мне врал, ты ребёнка в своё враньё замотал! Она худеет, она врать научилась, как ты, гладко!
— Тише ты. Слышно же на улице.
— Пусть слышно! Мне скрывать нечего, это у нас по твоей части!
— Да нет никакого сына! — Он повысил голос, и заговорил быстро — Есть человек, я тебе в июне сказал. Но ребёнок не мой, её это, от первого брака, я просто помогаю, пацан ко мне привык...
Я даже засмеялась. Честное слово, засмеялась, вот такой смех бывает, оказывается, сухой, как мел.
Он - могущественный охотник, воин, которого все стараются обходить стороной.
Я для него всего лишь удачно приобретенный источник силы, но почему же отдаю ему жизнь капля за каплей. Но именно в этих каплях я наконец начала чувствовать, что живу.
Я для него всего лишь удачно приобретенный источник силы, но почему же отдаю ему жизнь капля за каплей. Но именно в этих каплях я наконец начала чувствовать, что живу.
Я привыкла оставаться за кадром. Пока мой муж Андрей получал награды и называл себя лицом нашей студии, я монтировала фильмы, спасала сроки и позволяла ставить свое имя мелким шрифтом.
Все изменилось, когда в материалах чужой свадьбы я увидела доказательство его измены. Но предательство оказалось двойным: вместе с любовницей Андрей собирался убрать меня из главного проекта и присвоить работу, которой я отдала несколько лет.
Теперь мне предстоит начать развод, доказать свое авторство и закончить фильм с требовательным режиссером Михаилом Беловым. Мне придется снова учиться доверять мужчине, не отдавая ему право решать за меня. Потому что я больше не согласна исчезать ради любви.
Смогу ли я вернуть свое имя, сохранить независимость и собрать жизнь заново — уже без чужого монтажа?
Все изменилось, когда в материалах чужой свадьбы я увидела доказательство его измены. Но предательство оказалось двойным: вместе с любовницей Андрей собирался убрать меня из главного проекта и присвоить работу, которой я отдала несколько лет.
Теперь мне предстоит начать развод, доказать свое авторство и закончить фильм с требовательным режиссером Михаилом Беловым. Мне придется снова учиться доверять мужчине, не отдавая ему право решать за меня. Потому что я больше не согласна исчезать ради любви.
Смогу ли я вернуть свое имя, сохранить независимость и собрать жизнь заново — уже без чужого монтажа?
В 1983 году в Тюмени жила девушка с сороковым размером ноги, которая рисовала на стенах. Чтобы становилось красивее. У нее было три подработки, больная бабушка и младший брат в новом микрорайоне. Отец считал ее бездарностью. Школьный друг Сорока молча. Она вышла замуж. За человека, который в нее поверил.
Японцы говорят, что человек по-настоящему любит девять раз. Оказалось, что она уже любила. Дважды. А вы?
Не ностальгия по СССР. «Девять жизней любви» — иронично, тепло и без чернухи. Когда не было интернета, но были очереди, «Бурда» и надежда. Времени уже нет. А люди еще остались.
Японцы говорят, что человек по-настоящему любит девять раз. Оказалось, что она уже любила. Дважды. А вы?
Не ностальгия по СССР. «Девять жизней любви» — иронично, тепло и без чернухи. Когда не было интернета, но были очереди, «Бурда» и надежда. Времени уже нет. А люди еще остались.
К восемнадцати годам жизнь Аси сложилась счастливо. Любящая семья, церковный хор, мечта стать регентом и обрести тихое домашнее счастье с женихом-семинаристом.
Но однажды она встречает Панча — дерзкого незнакомца, который носит при себе оружие и ничего не боится. И чем ближе Ася узнает его, тем больше о нем думает.
И это катастрофа, ведь в ее доме висят портреты последнего императора, а Панч цитирует Кропоткина и Ленина...
Но однажды она встречает Панча — дерзкого незнакомца, который носит при себе оружие и ничего не боится. И чем ближе Ася узнает его, тем больше о нем думает.
И это катастрофа, ведь в ее доме висят портреты последнего императора, а Панч цитирует Кропоткина и Ленина...
В день развода за мной остается управление Ночным районом — одиннадцатью кварталами, где люди и вампиры живут по общим законам. Лев Северин, мой бывший муж и глава ночной охраны, не спорит с решением суда. Но той же ночью защитная сеть дает сбой, один из жителей получает тяжелый ожог, а журнал доступа показывает: опасную команду отправили моим личным ключом.
До голосования о смене управляющего — четырнадцать дней. Чтобы сохранить район и очистить свое имя, я должна найти саботажника. Для этого придется снова работать с Львом, чьи тайны когда-то уже разрушили наш брак.
Я все еще люблю его. Он все еще готов закрыть меня собой. Но второго шанса между нами не будет, пока Лев не поймет: любовь не дает права решать за другого. А если мы не остановим преступника до Рассветного рынка, сотни вампиров окажутся под солнцем без защиты.
До голосования о смене управляющего — четырнадцать дней. Чтобы сохранить район и очистить свое имя, я должна найти саботажника. Для этого придется снова работать с Львом, чьи тайны когда-то уже разрушили наш брак.
Я все еще люблю его. Он все еще готов закрыть меня собой. Но второго шанса между нами не будет, пока Лев не поймет: любовь не дает права решать за другого. А если мы не остановим преступника до Рассветного рынка, сотни вампиров окажутся под солнцем без защиты.
Он взбесил меня с первой встречи. Так жёстко поступил... Я надеялась, что больше никогда его не увижу, но увы! Моя мама выходит замуж за его отца, и теперь Стёпа — мой сводный брат. И ясно даёт понять, что мои сложности только начинаются.
Выберите полку для книги