Книги по тегу «убийство»: ""
Москва, 1870-е. Аглая Корелина, вдова и сыщица, расследует два преступления: отравление актёра на сцене Малого театра и смерть фотографа, который случайно воскресил прошлое. В театре у каждого была маска, в фотоателье — тень, а разгадка ближе, чем кажется.
Декабрь, мороз. В новой «Кулинарии» выстраивается трёхсотметровая очередь за бужениной, а вечером в подсобке находят тело продавщицы. Вера Соловьёва знала эту девушку и решает разобраться сама. А в деле о трёх конвертах случайно вскрытые письма приводят к убийству старушки-соседки и тайне сорокалетней давности. В арсенале Веры — авоська, острый язык и умение слушать очередь. Ироничный советский детектив, в котором настоящий следователь носит не погоны, а накрахмаленный фартук.
Анна Верская знает цену гречке, дефициту и человеческой жадности. Её героиня — продавщица, раскрывающая преступления при помощи авоськи и женской наблюдательности.
Анна Верская знает цену гречке, дефициту и человеческой жадности. Её героиня — продавщица, раскрывающая преступления при помощи авоськи и женской наблюдательности.
Старый комиссар полиции Вито Луиджи свыкся с тем, что коллеги над ним смеются, а дела не раскрываются. Когда мафиози, которых он посадил, выходят на свободу, он решает не рисковать и инсценирует свою смерть. Ведь они не смогут убить того, кто уже мертв.
Но вместо покоя, он получает полный дом родственников, и должен отсиживаться в подвале с уликами по тому старому делу.
И пока жена разыгрывает траур и руководит этим спектаклем, на старости лет Вито, чтобы очистить совесть, вместе с внуками и молодым помощником, которого назначили комиссаром, расследуют серию преступлений.
Сможет ли комиссар с того света и его разношерстная команда из подвала раскрыть двадцатипятилетнюю тайну?
Но вместо покоя, он получает полный дом родственников, и должен отсиживаться в подвале с уликами по тому старому делу.
И пока жена разыгрывает траур и руководит этим спектаклем, на старости лет Вито, чтобы очистить совесть, вместе с внуками и молодым помощником, которого назначили комиссаром, расследуют серию преступлений.
Сможет ли комиссар с того света и его разношерстная команда из подвала раскрыть двадцатипятилетнюю тайну?
Говорят, Академия Четырёх Стихий никогда не ошибается при распределении. Но Алина Морозова оказалась здесь случайно. Она не маг. Она — студентка юрфака из Москвы.
Попав в другой мир случайно, Алина пытается просто не выделяться среди студентов, повелевающих стихиями. Но когда в Академии находят убитым одного из учеников, а следственная комиссия спешит обвинить первого попавшегося подозреваемого, она больше не может молчать.
Используя знания, которые у неё есть, Алина начинает собственное расследование.
Попав в другой мир случайно, Алина пытается просто не выделяться среди студентов, повелевающих стихиями. Но когда в Академии находят убитым одного из учеников, а следственная комиссия спешит обвинить первого попавшегося подозреваемого, она больше не может молчать.
Используя знания, которые у неё есть, Алина начинает собственное расследование.
Когда в московской кофейне убивают влиятельного бизнесмена, последней, кто видел его живым, оказывается студентка журфака Лиза. Не успев осознать весь ужас ситуации, она становится мишенью для «крыши» убитого — группы безжалостных бандитов. Единственным, кто может её защитить - это суровый капитан полиции Александр Соколов. Вынужденные скрываться от преследователей, капитан и студентка оказываются заперты в одном пространстве, где страх смерти уступает место притяжению. Между сорокалетним, уставшим от цинизма следователем и юной девушкой вспыхивает запретная страсть. Но их хрупкое убежище находят. Лизу похищают прямо из-под носа у Соколова, и он получает страшный ультиматум: закрыть дело об убийстве или получить видео с казнью любимой. Отстраненный от службы и загнанный в угол, Соколов решает играть по своим правилам, чтобы вырвать Лизу из бандитского плена. Это история не только о выживании, но и о том, как любовь становится единственным оружием против безжалостной системы.
Молодая студентка мед. университета Любава привыкла жить в уютном мире иллюзий, доверяя своему взрослому жениху Сергею Борисовичу, врачу хирургу в госпитале, где Любава проходит аспирантуру. Разница в возрасте казалась несущественной, пока роковая встреча с Игорем не стала катализатором перемен. Цветы, внимание, искренность Игоря вскрывают хрупкость мира Любавы и заставляют взглянуть правде в глаза. Зависть и ревность прорываются наружу, порождая цепь трагических событий, последствия которых непредсказуемы и необратимы…
«В её сумочке вишнёвый блеск, iPod Nano и список из пяти имён»
После того как баскетбольная команда университета изнасиловала и убила её сестру-близнеца, тихая отличница Зои Харпер умирает вместе с ней.
На её место приходит нечто другое — голодное, красивое и смертоносное.
Зои превращает своё тело в оружие, соблазняя пятерых убийц одного за другим.
Каждая ночь — это оргия, каждая оргия — это казнь, каждая казнь — это искусство.
Она пахнет вишнёвым блеском и формалином.
Она носит Juicy Couture.
Она — суккуб.
Но когда в её прицел попадает капитан команды Дэмиан Харт, охота превращается в танец двух монстров.
И Зои понимает: чтобы убить дьявола, иногда нужно стать его королевой.
После того как баскетбольная команда университета изнасиловала и убила её сестру-близнеца, тихая отличница Зои Харпер умирает вместе с ней.
На её место приходит нечто другое — голодное, красивое и смертоносное.
Зои превращает своё тело в оружие, соблазняя пятерых убийц одного за другим.
Каждая ночь — это оргия, каждая оргия — это казнь, каждая казнь — это искусство.
Она пахнет вишнёвым блеском и формалином.
Она носит Juicy Couture.
Она — суккуб.
Но когда в её прицел попадает капитан команды Дэмиан Харт, охота превращается в танец двух монстров.
И Зои понимает: чтобы убить дьявола, иногда нужно стать его королевой.
Диану обвинили в убийстве родителей.
Она не виновна.
Но суровому следаку Богатырёву - плевать на правду...
Она не виновна.
Но суровому следаку Богатырёву - плевать на правду...
Год назад моего мужа убили. Через две недели был ежегодный обряд — вдов забирали на холм, завязывали глаза и отдавали незнакомым мужчинам. Я была сломлена горем и не сопротивлялась.
Наутро я нашла на траве окровавленный лоскут от одежды мужа. Один из тех мужчин носил его как трофей. Это был убийца.
Я ждала целый год. Я знала, что он вернётся на следующий обряд. Такие не упускают добычу.
Теперь я снова на холме. Снова с завязанными глазами. Снова в окружении мужчин, которых не вижу. Но под ритуальной одеждой я спрятала нож. Этой ночью он подойдёт ко мне, думая, что я такая же сломленная, как и раньше. Он ошибается. Я пришла за его жизнью.
Наутро я нашла на траве окровавленный лоскут от одежды мужа. Один из тех мужчин носил его как трофей. Это был убийца.
Я ждала целый год. Я знала, что он вернётся на следующий обряд. Такие не упускают добычу.
Теперь я снова на холме. Снова с завязанными глазами. Снова в окружении мужчин, которых не вижу. Но под ритуальной одеждой я спрятала нож. Этой ночью он подойдёт ко мне, думая, что я такая же сломленная, как и раньше. Он ошибается. Я пришла за его жизнью.
Клайд достал кольт. Ствол блеснул в лучах солнца, пробивавшихся через грязное окно. Он выстрелил в потолок. Штукатурка посыпалась на прилавок, осколки стекла звякнули. Хозяин взвизгнул и поднял руки.
— Деньги. Быстро, — сказала Бонни. Она стояла у двери с револьвером в руке — маленьким, женским, перламутровая рукоять. Но она держала его так, словно родилась с ним. Её голос не дрогнул. Она сама удивилась этому.
Хозяин дрожащими руками открыл кассу. Бумажные купюры, мелочь — всё полетело в сумку, которую Клайд держал наготове. Они выбежали наружу, и Бонни услышала, как её сердце колотится так громко, что, казалось, это слышно на мили вокруг.
Клайд бросил её на капот машины, не давая опомниться. Его руки рвали её блузку, пуговицы отлетали, одна упала в пыль. Его рот искал её рот, жадный, солёный от пота и адреналина. Поцелуй был как выстрел — резким, оглушающим.
— Деньги. Быстро, — сказала Бонни. Она стояла у двери с револьвером в руке — маленьким, женским, перламутровая рукоять. Но она держала его так, словно родилась с ним. Её голос не дрогнул. Она сама удивилась этому.
Хозяин дрожащими руками открыл кассу. Бумажные купюры, мелочь — всё полетело в сумку, которую Клайд держал наготове. Они выбежали наружу, и Бонни услышала, как её сердце колотится так громко, что, казалось, это слышно на мили вокруг.
Клайд бросил её на капот машины, не давая опомниться. Его руки рвали её блузку, пуговицы отлетали, одна упала в пыль. Его рот искал её рот, жадный, солёный от пота и адреналина. Поцелуй был как выстрел — резким, оглушающим.
Выберите полку для книги