Читать и слушать книги

Но у всякого безумия есть предел прочности.
Конец года. Снега намело так высоко, что дом оказался полностью отрезан от внешнего мира. Марк уехал в город на два дня по делам — впервые за последние три месяца.
Ева осталась одна.
Первые часы она чувствовала эйфорию от тишины. Она ходила по пустым комнатам, пила вино, смотрела на огонь в камине. Но к вечеру тишина начала давить. Она стала звенеть в ушах. Ева поняла с ужасающей ясностью: она не умеет быть одна. Её мозг, отвыкший от самостоятельной работы, от принятия решений, начал паниковать.
Она нашла в его кабинете старый блокнот. Открыла его. Там были чертежи. Но не домов. Это были чертежи её.
Марк рисовал её. Её профиль, её руки, изгиб её спины. Но вокруг этих рисунков он пририсовывал шестерёнки, пружины, механизмы. Он буквально проектировал её как механизм, который должен идеально вписаться в его жизнь. На одной из страниц была надпись, сделанная его острым, чётким почерком: "Сломать её волю. Переплавить. Сделать своей."

Влюбленный принц фейри похитил меня прямо из-под венца, чтобы я не вышла замуж за нелюбимого. Он не жалеет о содеянном, как не жалею и я, тая от страсти в его руках. Я уверена, вместе мы преодолеем все. Даже ненависть его брата, мысли о котором лишают меня покоя...

– Ты дрожишь, – замечает незнакомец.
– Мне холодно.
– Нет. – Он качает головой. – Это не холод.
Он прав. Я дрожу не от холода, а от того, как он смотрит на меня. От того, как его пальцы скользят по моей щеке вниз, к шее, к ключицам и ниже, туда, где бешено бьется мое сердце.
– Я не знаю даже твоего имени, – выдыхаю я.
– Эйдан, – произносит он. – Принц Двора Теней. И с этой ночи – навеки твой.

Оделия Ренн всего лишь хотела помешать одной выгодной свадьбе без согласия невесты. Но стоило ей заявить: «Невесты не продаются, ваша светлость!», как у дверей её пансиона начали появляться женщины, которым тоже не дали права выбирать.

Теперь у Оделии — семь сбежавших невест, странный список брачных сделок, опасная тайна в королевских реестрах и герцог Сайлас Вэрден — холодный арбитр брачных соглашений, который слишком часто оказывается рядом.

Особенно тревожно становится, когда в тайном реестре Оделия находит собственное имя.

А напротив него — имя Сайласа.

Похоже, кто-то уже решил, за кого она выйдет замуж.
Вот только Оделию забыли спросить.

Меня зовут Татьяна, и я — попаданка. А точнее, я родилась на Земле от иномирянки, но вернулась в свой родной мир. Сироты, добрые души, спасли меня, и я взяла их под свою опеку. Но оказалось, что я не просто человек, а фея, наделенная могущественным магическим даром. Именно он привлек внимание герцога Энвиталя, племянника самого короля, и втянул меня в водоворот событий этого мира. Но, как оказалось, не только королевские интриги угрожают мне: кто-то позавидовал моему дару и решил похитить… Видимо кому -то надоело жить! Магия сильная, нестабильная, хозяйку не слушается, посмотрим что из этого выйдет !

В мире, где магия скрыта за стенами элитной академии, а сила рождается в глубине души, девятнадцатилетняя **Роки** впервые сталкивается с тем, что её гнев — не просто эмоция. Это огонь. Живой, дикий, неуправляемый.

Когда в приступе ярости она случайно спалила лес, стало ясно: она не обычная девушка.
А её имя — **Роки**, что значит *«дитя дракона»*, — вовсе не случайность.

Переступив порог **Магипкса** — школы для тех, кто носит в себе нечто запредельное, — она надеялась найти ответы.
Но вместо знаний её ждёт боль.
И метка, проступающая на коже из крови: чёрный дракон с кровавыми чешуйками.

Кто она? Дочь обычных людей? Или подкидыш, рождённый из пламени и тьмы?

А тот парень с холодным взглядом и жёсткими правилами — Брит авторитет что терроризирует академию, — почему смотрит на неё?

Между ними вспыхивает ненависть…
Но вспыхивает и нечто большее.

В академии, где каждый скрывает секрет, а в лесах бродят вурдалаки-перевёртыши, Роки должна не просто

В королевстве Остерия некромантия была легализована ровно сто лет назад, после Великой Чумы, когда не хватало живых рук, чтобы хоронить мёртвых, а затем и работать на полях. Но свобода магии быстро столкнулась с суровой реальностью королевской казны. Мёртвые не ели, не пили, не требовали жалования и, что самое возмутительное для короны, не платили налогов. Поэтому был создан Реестр. Каждое поднятое существо должно было получить статус: «жив» (если душа возвращена в тело полностью, что было редкостью и стоило баснословных денег), «условно жив» (если тело поддерживалось магией, а душа привязана к предмету-якорю) или «временно активен» (големы из плоти, работающие строго отведённое время).
Элиан отвернулся от окна и подошёл к своему столу, заваленному пергаментом. Воздух в кабинете пах старой бумагой, сургучом и слабым, сладковатым запахом формальдегида, который въедался в одежду каждого служащего Департамента.
— Вандер, у вас есть минута? — в дверях появился Томас.

В сорок три года я умела вытаскивать из кризиса гостиницы. Но никто не учил меня, что делать, если посреди чужого суда древняя печать объявляет тебя женой дракона, осужденного за государственную измену.

Кайден Рорн открыл ворота крепости врагу. Он не отрицает этого.

Через сорок дней его лишат имени и навсегда изгонят из Арканора. А меня временная брачная печать должна вернуть домой. Казалось бы, нужно только пережить сорок дней рядом с предателем, не вмешиваться в его дела и дождаться дороги в Москву.

Но почему в закрытом крыле его дома прячутся люди, которых официально не существует? Почему документы о падении крепости противоречат друг другу? И почему сам Кайден совсем не похож на человека, который пытается доказать свою невиновность?

Он виновен.

Вопрос только в одном: кого именно он предал?

У меня сорок дней, чтобы узнать правду и вернуться домой.

Проблема в том, что с каждым днем я все меньше уверена, что по-прежнему хочу только этого.

Скажите, есть ли у вас мачеха?
Нет? Счастливчики!
А моя решила меня здорово подставить в жизни. Теперь я могу рассчитывать только на себя. И закончить с отличием Академию Магии Теней стало отчаянной необходимостью. Но это совсем несложно. Я всегда училась хорошо.
Главное, чтобы новый преподаватель прямо перед дипломом не завалил. Но он попытался! Продемонстрировать самое страшное проклятье своего народа, говорите? Ну, я и продемонстрировала. Теперь незадачливый эльф всю неделю будет бояться темноты и пауков. Подумаешь немного не выспится: переночует при свечах, фонарик зажжёт. Это же красиво!
Но он почему-то решил, что я должна за его страхи нести ответственность. И каким образом? Свечку держать, что ли?
Что значит: придёшь ночью пауков от кровати отгонять? Я – тёмная. Я могу их там только развесить!

Туманный Лог не был обычным местом на карте. Если бы кто-то из посторонних решил отыскать эту долину, он бы неизбежно сбился с пути. Лес стоял стеной, непроглядной и колючей, а тропы петляли так хитро, что выводили путника обратно к опушке. Но те, кто родился здесь, кто врос в эту землю корнями, словно вековые сосны, не знали иного дома.
Ярина шла по влажной тропе, аккуратно раздвигая папоротник. Ей было двадцать два года, и она, как и все в деревне, знала: время здесь течёт иначе. Туманный Лог был щедр на жизнь, но скуп на годы. Ни один житель долины не перешагивал порог тридцати трёх лет. На рассвете своего тридцать третьего дня рождения каждый либо собирал нехитрый скарб и уходил за пределы леса, теряясь в чужих землях, либо просто растворялся в молоке тумана, становясь частью его вечного шёпота. Поэтому в деревне жили только молодые. Самые старшие, те, кому недавно стукнуло тридцать два, пользовались особым почтением и считались хранителями памяти.
Ярина остановилась у старого пн

Легко ли трудоустроиться выпускнику-психологу? А если свахой? А если в другом мире? Где у тебя есть целое агентство и артефакт, который помогает создавать идеальные супружеские пары?
Но даже в магическом мире не все так гладко. Конкуренты, предубеждения, скандалы, интриги, шпионы, похищение… Да, в нашем мире риски этой профессии не так велики. Так, может, вернуться?
Но как оставить того, с кем сводит, кажется, сама судьба? И кто готов всеми силами добиваться твоей руки?