Книги в жанре «Фэнтези»
На ветвях и в корнях Великого Древа раскинулись полные чудес и плодов технического прогресса Тридцать Три царства.
В Третьем царстве – Запертом государстве, восьмиклассник Алекс из кожи вон лезет, чтобы стать ведуном, равным старшему родичу Георгу.
Конечно, кикиморы куролесят, полевики ссорятся, черти окаянные с погодными духами дерутся, да еще теремные волхвы сговорились с учителями и завалили домашними заданиями, но ведь весной везде так. Перед «Теремом» и школой Алекс притворяется неведом, а всё остальное время оттачивает ведовские навыки.
Вернее, так продолжалось, пока однажды изгнанный Алексом в Навь неупокоенный дух не повел себя как бес.
И понеслось!
Навья стражница запросила разрешения поискать сбежавшую из Железного царства душу. Горынычи озоруют. Да еще клады Болотной Республики совершили марш-бросок к Алексу в область.
Нужно скорее всё исправить. Но так, чтобы не попасться, а продолжать играть в прятки, дабы не обречь себя и близких на ужасный конец.
В Третьем царстве – Запертом государстве, восьмиклассник Алекс из кожи вон лезет, чтобы стать ведуном, равным старшему родичу Георгу.
Конечно, кикиморы куролесят, полевики ссорятся, черти окаянные с погодными духами дерутся, да еще теремные волхвы сговорились с учителями и завалили домашними заданиями, но ведь весной везде так. Перед «Теремом» и школой Алекс притворяется неведом, а всё остальное время оттачивает ведовские навыки.
Вернее, так продолжалось, пока однажды изгнанный Алексом в Навь неупокоенный дух не повел себя как бес.
И понеслось!
Навья стражница запросила разрешения поискать сбежавшую из Железного царства душу. Горынычи озоруют. Да еще клады Болотной Республики совершили марш-бросок к Алексу в область.
Нужно скорее всё исправить. Но так, чтобы не попасться, а продолжать играть в прятки, дабы не обречь себя и близких на ужасный конец.
Меня купили, как редкую драгоценность, не спрашивая согласия. Сирота без имени и прошлого, я получила титул графини фон Крейц, холодные прикосновения мужа-инквизитора и мастерскую, где меня научили подчинять драгоценные камни. Мой редкий дар стал моим спасением и моим оружием.
Я научилась выживать в тени человека, который видел во мне лишь ценное для Храма. Я привыкла к интригам, броне и холодному расчету, превратив дар в безупречное мастерство.
Внезапная гибель графа разрушила хрупкий иллюзорный покой. Оставшись вдовой с лицензией огранщицы Храма, я оказалась в центре опасной игры, где каждый шаг выверен, а за ошибку платят жизнью. Храм берет на учет каждый мой вдох, а молодого инквизитора с выжженной душой ведут поиски давнего врага.
Пытаясь сохранить независимость и разгадать секреты покойного мужа, я подхожу слишком близко к тайнам, которые никогда не должны были всплыть на свет. И когда чужая ложь начнет рушиться, цена правды окажется слишком высокой для нас обоих.
Я научилась выживать в тени человека, который видел во мне лишь ценное для Храма. Я привыкла к интригам, броне и холодному расчету, превратив дар в безупречное мастерство.
Внезапная гибель графа разрушила хрупкий иллюзорный покой. Оставшись вдовой с лицензией огранщицы Храма, я оказалась в центре опасной игры, где каждый шаг выверен, а за ошибку платят жизнью. Храм берет на учет каждый мой вдох, а молодого инквизитора с выжженной душой ведут поиски давнего врага.
Пытаясь сохранить независимость и разгадать секреты покойного мужа, я подхожу слишком близко к тайнам, которые никогда не должны были всплыть на свет. И когда чужая ложь начнет рушиться, цена правды окажется слишком высокой для нас обоих.
Она не может произнести ни слова — её голос убивает любого, кто услышит пение. Пять лет Элианна Вэйл носит кулон-глушитель и пишет на доске, чтобы выжить. Но когда в академию приходит новый ректор, её проклятие впервые откликается на чужое присутствие. Кассиан Рейнхарт не просто видит в ней оружие — он предлагает сделку: он поглотит её боль, а она станет его акустическим инструментом для допросов.
Элианна соглашается, чтобы доказать невиновность, но каждое совместное расследование разрушает её защитные стены. Проклятие перетекает в ректора, татуировки на его коже темнеют, а стены старого корпуса начинают кричать. Правда оказывается страшнее подозрений: её дар украден, а наставник, которому она доверяла, планирует ритуал бессмертия, используя её голос как катализатор.
Теперь Элианна — приманка в ловушке, а Кассиан — единственный, кто может принять на себя её проклятие. Но когда голос атакует его, она понимает: цена правды — его жизнь.
Элианна соглашается, чтобы доказать невиновность, но каждое совместное расследование разрушает её защитные стены. Проклятие перетекает в ректора, татуировки на его коже темнеют, а стены старого корпуса начинают кричать. Правда оказывается страшнее подозрений: её дар украден, а наставник, которому она доверяла, планирует ритуал бессмертия, используя её голос как катализатор.
Теперь Элианна — приманка в ловушке, а Кассиан — единственный, кто может принять на себя её проклятие. Но когда голос атакует его, она понимает: цена правды — его жизнь.
Три века брака. Четырнадцать дней, чтобы разлюбить друг друга — или не пережить попытку.
Кристиан и Хелена пришли к нотариусу подписать развод. Пара росчерков пера — и трёхвековому браку конец.
Но Вечный союз вампиров нельзя расторгнуть подписью.
Чтобы освободиться друг от друга, им придётся спуститься в Первородные катакомбы — туда, где пятьсот лет назад уже погибла другая пара, не сумевшая простить друг другу гордость. Их сплетённые кости до сих пор лежат в темноте.
Четырнадцать дней. Ни еды, ни воды — катакомбы принимают только кровь друг друга. Ни лжи — древняя магия читает каждое недосказанное слово. И с каждым ярусом всё яснее становится то, что оба слишком долго боялись признать: они не разлюбили. Они просто разучились друг другу доверять.
А ещё за ними кто-то охотится — и этот кто-то знал об их разводе раньше, чем они сами успели произнести это слово вслух.
Ритуал Отречения не спрашивает, хотите ли вы расстаться.
Он показывает, за что стоит бороться — прежде чем станет п
Кристиан и Хелена пришли к нотариусу подписать развод. Пара росчерков пера — и трёхвековому браку конец.
Но Вечный союз вампиров нельзя расторгнуть подписью.
Чтобы освободиться друг от друга, им придётся спуститься в Первородные катакомбы — туда, где пятьсот лет назад уже погибла другая пара, не сумевшая простить друг другу гордость. Их сплетённые кости до сих пор лежат в темноте.
Четырнадцать дней. Ни еды, ни воды — катакомбы принимают только кровь друг друга. Ни лжи — древняя магия читает каждое недосказанное слово. И с каждым ярусом всё яснее становится то, что оба слишком долго боялись признать: они не разлюбили. Они просто разучились друг другу доверять.
А ещё за ними кто-то охотится — и этот кто-то знал об их разводе раньше, чем они сами успели произнести это слово вслух.
Ритуал Отречения не спрашивает, хотите ли вы расстаться.
Он показывает, за что стоит бороться — прежде чем станет п
Получить в наследство загородную таверну — мечта!
Осознать, что твоя бабушка была барменом для магического андеграунда — уже не очень.
Персефона, бывший офисный планктон, мечтала только выплатить ипотеку, а не разливать эль троллям и выслушивать жалобы домового на его магистра-алхимика. Теперь в её жизни есть:
Бенедикт — кот-фамильяр с дипломом по сарказму и манерами лорда.
Шуршун — истеричный домовой, переживающий экзистенциальный кризис из-за современных трендов.
Мадам Булочка — кикимора болотная, знающая всё сплетни на три волости и считающая каждую калорию в болотной тине.
А ещё — магические проверки, ссоры водяных с банниками и вечная нехватка мухоморов для закуски. Придётся учиться вести бизнес, где клиенты могут улететь в трубу, раствориться в луже или потребовать крови в счёт. Легко не будет. Но и скучно — тоже.
Осознать, что твоя бабушка была барменом для магического андеграунда — уже не очень.
Персефона, бывший офисный планктон, мечтала только выплатить ипотеку, а не разливать эль троллям и выслушивать жалобы домового на его магистра-алхимика. Теперь в её жизни есть:
Бенедикт — кот-фамильяр с дипломом по сарказму и манерами лорда.
Шуршун — истеричный домовой, переживающий экзистенциальный кризис из-за современных трендов.
Мадам Булочка — кикимора болотная, знающая всё сплетни на три волости и считающая каждую калорию в болотной тине.
А ещё — магические проверки, ссоры водяных с банниками и вечная нехватка мухоморов для закуски. Придётся учиться вести бизнес, где клиенты могут улететь в трубу, раствориться в луже или потребовать крови в счёт. Легко не будет. Но и скучно — тоже.
В городе Звонограде, где радость измеряли линейкой и заносили в отчёты, остановилась волшебная Карусель Сердец. Теперь жители ходят ровными рядами, а смех выдают по расписанию. Девочка Лада и старый фонарь Лука отправляются в опасное путешествие в Сад Неслышных Песен, чтобы вернуть городу его душу.
Элина три года была тенью в подвалах Имперской Цитадели. Сирота без дара, переписчица с идеальным почерком, пустое место для всех, кроме пыльных фолиантов. Но когда запретный артефакт отвечает на её прикосновение волной магического экстаза, серая мышь превращается в живой ключ к древней силе.
Теперь её жизнь принадлежит лорду Кассиусу — Верховному Инквизитору, чьё имя шепчут со страхом даже призраки. Ему нужен не любовник и не слуга. Ему нужен проводник. Но пока он пытается использовать Элину как инструмент, между ними вспыхивает связь, которую невозможно разорвать и опасно игнорировать.
Каждое магическое сканирование ощущается как ласка. Каждая синхронизация — как исповедь. Каждая ночь под одной крышей — как пытка невысказанного желания. Он поклялся не привязываться. Она поклялась выжить. Но старые архивы хранят тайны, которые меняют всё… а запретная близость становится единственным языком, на котором они могут говорить правду.
Теперь её жизнь принадлежит лорду Кассиусу — Верховному Инквизитору, чьё имя шепчут со страхом даже призраки. Ему нужен не любовник и не слуга. Ему нужен проводник. Но пока он пытается использовать Элину как инструмент, между ними вспыхивает связь, которую невозможно разорвать и опасно игнорировать.
Каждое магическое сканирование ощущается как ласка. Каждая синхронизация — как исповедь. Каждая ночь под одной крышей — как пытка невысказанного желания. Он поклялся не привязываться. Она поклялась выжить. Но старые архивы хранят тайны, которые меняют всё… а запретная близость становится единственным языком, на котором они могут говорить правду.
Я поступила в академию, чтобы учиться, а не становиться чьим-то трофеем. Он — оборотень из высшего рода, привыкший, что мир лежит у его ног. Когда он впервые подошёл ко мне с ленивой улыбкой, я отказала. Не грубо — просто дала понять, что меня не купить.
Этого хватило, чтобы его гордость треснула. А треснувшая гордость оборотня — страшная вещь.
Я узнала случайно: он поспорил со своими друзьями, что за месяц сделает меня своей. Месяц — и неприступная студентка сдастся. Для них это игра, способ скоротать скуку. Для меня — оскорбление, которое я не собираюсь прощать.
— Думаешь, я не знаю? — выдыхаю я, когда он в очередной раз зажимает меня в коридоре.
Он замирает. Всего на миг, но я вижу, как расширяются его зрачки.
— Знаешь — и всё ещё здесь, — уголок его губ ползёт вверх. — Может, тебе нравится играть со мной? Или ты надеешься проиграть?
Этого хватило, чтобы его гордость треснула. А треснувшая гордость оборотня — страшная вещь.
Я узнала случайно: он поспорил со своими друзьями, что за месяц сделает меня своей. Месяц — и неприступная студентка сдастся. Для них это игра, способ скоротать скуку. Для меня — оскорбление, которое я не собираюсь прощать.
— Думаешь, я не знаю? — выдыхаю я, когда он в очередной раз зажимает меня в коридоре.
Он замирает. Всего на миг, но я вижу, как расширяются его зрачки.
— Знаешь — и всё ещё здесь, — уголок его губ ползёт вверх. — Может, тебе нравится играть со мной? Или ты надеешься проиграть?
Мир всё ещё на грани.
Вот только вовсе не иширы являются главной угрозой, а твари, лезущие из Разломов по всей империи, отрезанной от остального мира, а самое интересное, что я та – кто может всё это остановить. Так утверждает тот, кто забрал меня в плен и держит в своём замке, мечтая об истреблении людей, пока мои друзья где-то далеко, а мужчина, отдавший меня другому, чтобы спасти, сам в рабстве академии. Но я привыкла сама себя спасать, так что и этот раз исключением не станет. Останется только найти всех причастных и спросить с них за всё, что они сделали…
🔥почти обезумевший дракон, поглощённый чувствами
🔥побег из плена другого, немного одержимого дракона (у него вообще полный замок мужиков)
🔥страсть, любовь и горячие сцены 18+
🔥упор на сюжет и его крутые повороты
🔥воссоединение с друзьями и спасение мира
Вот только вовсе не иширы являются главной угрозой, а твари, лезущие из Разломов по всей империи, отрезанной от остального мира, а самое интересное, что я та – кто может всё это остановить. Так утверждает тот, кто забрал меня в плен и держит в своём замке, мечтая об истреблении людей, пока мои друзья где-то далеко, а мужчина, отдавший меня другому, чтобы спасти, сам в рабстве академии. Но я привыкла сама себя спасать, так что и этот раз исключением не станет. Останется только найти всех причастных и спросить с них за всё, что они сделали…
🔥почти обезумевший дракон, поглощённый чувствами
🔥побег из плена другого, немного одержимого дракона (у него вообще полный замок мужиков)
🔥страсть, любовь и горячие сцены 18+
🔥упор на сюжет и его крутые повороты
🔥воссоединение с друзьями и спасение мира
В мире, погружённом в тьму и забвение, где люди живут под землёй, Лина и Кир решают рискнуть всем ради надежды на светлое будущее. Их путь начинается с таинственного сигнала, который пробуждает в них желание узнать правду о поверхности. Вместе с верными друзьями они отправляются в опасное путешествие, полное испытаний и открытий.
Выберите полку для книги