Книги в жанре «Любовные романы»
- Как ты здесь… - невольно отступаю на шаг, краснея под его жадным взглядом.
- Работаю, - голос у него все такой же. Заводящий до дрожи в ногах.
- Но ты же…
- Мы никому не скажем, да, Клубничка?.. – он шагает ко мне и резко прижимает к стене…
Моя практика – главный шанс на лучшую жизнь. В столице, в одном из самых крупных исследовательских центров нашей страны. И я его не упущу!
Вот только мое прошлое настигает внезапно. У этого прошлого – невозможно широкие плечи, невероятно горячие руки, безумно жадный взгляд. А еще у меня от него дочь.
- Работаю, - голос у него все такой же. Заводящий до дрожи в ногах.
- Но ты же…
- Мы никому не скажем, да, Клубничка?.. – он шагает ко мне и резко прижимает к стене…
Моя практика – главный шанс на лучшую жизнь. В столице, в одном из самых крупных исследовательских центров нашей страны. И я его не упущу!
Вот только мое прошлое настигает внезапно. У этого прошлого – невозможно широкие плечи, невероятно горячие руки, безумно жадный взгляд. А еще у меня от него дочь.
Она приближалась, легко, словно ногами не касалась пола, рыжие кудрявые волосы отливали красной медью. Саван мягко подчеркивал высокую грудь и гладкие бедра. Штатив в пробирками звенел в такт движениям.
На контрасте горели потусторонне зеленые, чуть раскосые глаза…
Генерал смотрел, оглушенный зрелищем, завороженный.
А женщина остановилась, не дойдя до него пары метров, и приветливо сказала:
- Добрый вечер…
Голос ее был низким, мурлыкающим… Завораживающим. Савин глянул в зеленые глаза, и пол закачался под ногами…
- Простите, - спокойно продолжала мурлыкать женщина, - вы заблудились?
Савин открыл рот, чтоб что-то сказать… И не смог.
Женщина улыбнулась, а затем, чуть помедлив и мягко звякнув штативом с кровавыми пробирками, спросила:
- Простите… А какая у вас группа крови?..
На контрасте горели потусторонне зеленые, чуть раскосые глаза…
Генерал смотрел, оглушенный зрелищем, завороженный.
А женщина остановилась, не дойдя до него пары метров, и приветливо сказала:
- Добрый вечер…
Голос ее был низким, мурлыкающим… Завораживающим. Савин глянул в зеленые глаза, и пол закачался под ногами…
- Простите, - спокойно продолжала мурлыкать женщина, - вы заблудились?
Савин открыл рот, чтоб что-то сказать… И не смог.
Женщина улыбнулась, а затем, чуть помедлив и мягко звякнув штативом с кровавыми пробирками, спросила:
- Простите… А какая у вас группа крови?..
— Привет, ты бывшая Макса? Проходи, я всё знаю, у тебя половина квартиры.
Она посторонилась, у меня из рук выпали пакеты с едой. Подарочек под Новый год. Правильно, если женщина не может решить проблему, её решает мужчина. А вот каким образом, пеняй на себя.
Я в разводе, но живу с бывшим мужем. Он приволок свою любовницу, мне осталось воспользоваться случаем и привести в квартиру малознакомого мужчину.
Она посторонилась, у меня из рук выпали пакеты с едой. Подарочек под Новый год. Правильно, если женщина не может решить проблему, её решает мужчина. А вот каким образом, пеняй на себя.
Я в разводе, но живу с бывшим мужем. Он приволок свою любовницу, мне осталось воспользоваться случаем и привести в квартиру малознакомого мужчину.
Папина принцесса не может быть грязной девчонкой… Да? Это мне только так повезло? Или… не повезло?
Моя принцесса всем хороша. Красивая, богатая, нежная, страстная. Вот только… Не моя.
Потому что она скоро выходит замуж. Не за меня.
А я – ее грязный секрет…
***
Шпион должен быть один. Он должен думать о задании, а не о дочери своего генерала. Иначе он рискует быть ПРИСТРОЕННЫМ… И совсем не так, как ему нужно…
Моя принцесса всем хороша. Красивая, богатая, нежная, страстная. Вот только… Не моя.
Потому что она скоро выходит замуж. Не за меня.
А я – ее грязный секрет…
***
Шпион должен быть один. Он должен думать о задании, а не о дочери своего генерала. Иначе он рискует быть ПРИСТРОЕННЫМ… И совсем не так, как ему нужно…
Он считает себя королем жизни. Его работа – диктовать другим свои правила, его страсть – добиваться успеха, его любовь…
Она – фотограф, зарабатывающий на жизнь и свою мечту снимками для желтой прессы.
Он возненавидел ее, как только увидел, и пообещал «оторвать ее безмозглую голову», а она злорадно рассмеялась и, убегая, бросила: «Сначала догони!»
Догонит ли?
Захочет она убегать, узнав его поближе?
Поймут ли они, что это любовь?
Она – фотограф, зарабатывающий на жизнь и свою мечту снимками для желтой прессы.
Он возненавидел ее, как только увидел, и пообещал «оторвать ее безмозглую голову», а она злорадно рассмеялась и, убегая, бросила: «Сначала догони!»
Догонит ли?
Захочет она убегать, узнав его поближе?
Поймут ли они, что это любовь?
- Главное, помни самое важное условие, Дина. Выполняй его, и Юля будет жить с тобой. Это несложно, - сказал мне бывший муж.
Моя дочь – главный смысл моей жизни, и я пойду на все, только бы не отдавать ее этому психу.
- Какое?
- Будь примерной матерью. Я не потерплю другого мужика рядом с ней. Как только ты нарушаешь наш договор, можешь забыть о ней. Моей власти хватит на то, чтобы не подпустить тебя к ней и на километр. Ты все поняла?
- Да.
Я согласилась, но не понимала на что себя обрекаю. Особенно, когда в мою жизнь ворвался ОН. Тот, от которого замирает сердце. Тот, рядом с кем улыбка – это не маска, а состояние души.
Тот, кого я не могу вспомнить…
Настоящий отец моей дочери.
Моя дочь – главный смысл моей жизни, и я пойду на все, только бы не отдавать ее этому психу.
- Какое?
- Будь примерной матерью. Я не потерплю другого мужика рядом с ней. Как только ты нарушаешь наш договор, можешь забыть о ней. Моей власти хватит на то, чтобы не подпустить тебя к ней и на километр. Ты все поняла?
- Да.
Я согласилась, но не понимала на что себя обрекаю. Особенно, когда в мою жизнь ворвался ОН. Тот, от которого замирает сердце. Тот, рядом с кем улыбка – это не маска, а состояние души.
Тот, кого я не могу вспомнить…
Настоящий отец моей дочери.
— Та ночь ничего не значит! Прошу вас! Прекратите! Ваша дочь зайдёт в любую сек… — запинаюсь, когда сильные мужские руки грубо сжимают мою талию, но продолжаю обреченно шептать, уткнувшись лбом в крепкое плечо. — Не могу я, Ася моя подруга. Не поймёт она. Прошу, уходите… Я не хочу вас.
Подбородок вспыхивает от жара его пальцев, прежде чем мужчина заставляет посмотреть ему в лицо.
— Тебя хочу я. — Его губы слишком близко. — Этого достаточно, — выдыхает и забирает мой невысказанный протест жадным поцелуем.
Я встретила мужчину, рядом с которым не в силах сдерживать свои желания. Он порок для меня. Слишком взрослый. Слишком опасный и грубый. Но я была готова позволить ему все, пока не узнала, что он отец моей лучшей подруги. Вот только остановит ли это кого-нибудь из нас?
Подбородок вспыхивает от жара его пальцев, прежде чем мужчина заставляет посмотреть ему в лицо.
— Тебя хочу я. — Его губы слишком близко. — Этого достаточно, — выдыхает и забирает мой невысказанный протест жадным поцелуем.
Я встретила мужчину, рядом с которым не в силах сдерживать свои желания. Он порок для меня. Слишком взрослый. Слишком опасный и грубый. Но я была готова позволить ему все, пока не узнала, что он отец моей лучшей подруги. Вот только остановит ли это кого-нибудь из нас?
Я была прилежной студенткой, пока не встретила его.
Рисковый. Опасный. Он с ума меня сводит и толкает за черту порока.
Я горю в его руках, плавлюсь от его поцелуев, а он... предлагает быть просто друзьями.
Но что делать, если друг вызывает у тебя исключительно неправильные мысли?..
Расслабиться и получать удовольствие?..
В тексте есть:
✓ Дружба с осложнениями
✓ Страсть, от которой сносит крышу
✓ Непростой, но горячий герой
✓ Ирония и юмор
✓ Героиня, которая пытается мыслить трезво (но герой очень уж горяч))
Рисковый. Опасный. Он с ума меня сводит и толкает за черту порока.
Я горю в его руках, плавлюсь от его поцелуев, а он... предлагает быть просто друзьями.
Но что делать, если друг вызывает у тебя исключительно неправильные мысли?..
Расслабиться и получать удовольствие?..
В тексте есть:
✓ Дружба с осложнениями
✓ Страсть, от которой сносит крышу
✓ Непростой, но горячий герой
✓ Ирония и юмор
✓ Героиня, которая пытается мыслить трезво (но герой очень уж горяч))
- Боже… что мы наделали?! - Валера ожидал услышать немного другие слова от девушки, которую совсем недавно любил, в первый раз, но как будто последний в жизни.
Ее широко открытые глаза наливались слезами, а губы подрагивали. Очевидно, что не от счастья.
- Ты не запомнила? Нужно еще раз повторить? - Кривая усмешка и нелепая шутка - все, что смог выдавить, резко выдернутый из отчаянного блаженства, которое до сих пор разливалось по телу.
- Я замуж выхожу! Ты помнишь об этом? - Она закуталась в простыню и панически собирала вещи. - А веду себя, как последняя…
- Странно. А я думал, так себя ведут любимые и любящие женщины…
Ее широко открытые глаза наливались слезами, а губы подрагивали. Очевидно, что не от счастья.
- Ты не запомнила? Нужно еще раз повторить? - Кривая усмешка и нелепая шутка - все, что смог выдавить, резко выдернутый из отчаянного блаженства, которое до сих пор разливалось по телу.
- Я замуж выхожу! Ты помнишь об этом? - Она закуталась в простыню и панически собирала вещи. - А веду себя, как последняя…
- Странно. А я думал, так себя ведут любимые и любящие женщины…
- Зачем ты подошла? Думаешь, нам есть, что вспомнить хорошего? - Зубы сводило от желания выгнать ее отсюда.
- Мне нужна твоя помощь, Валера…
Симонов знал, что его лицо ничего не выражает. Маска холодного равнодушия и цинизма давно приросла намертво.
- Ты ничего не перепутала, Кать? - бровь приподнял. Для большей выразительности
- Нет. Валера, я понимаю все…
Она была насквозь пропитана отчаянием. Казалось, еще немного - и бросится на колени, заламывая руки.
- И что мне за это будет? - если уж поддаваться, то поиметь от этого максимальную пользу.
- Все, что попросишь, Валера. - В глаза Катерины засветилась надежда. - Все.
- Поехали.
- Мне нужна твоя помощь, Валера…
Симонов знал, что его лицо ничего не выражает. Маска холодного равнодушия и цинизма давно приросла намертво.
- Ты ничего не перепутала, Кать? - бровь приподнял. Для большей выразительности
- Нет. Валера, я понимаю все…
Она была насквозь пропитана отчаянием. Казалось, еще немного - и бросится на колени, заламывая руки.
- И что мне за это будет? - если уж поддаваться, то поиметь от этого максимальную пользу.
- Все, что попросишь, Валера. - В глаза Катерины засветилась надежда. - Все.
- Поехали.
Выберите полку для книги