Книги в жанре «Романы о неверности»
– Всё готово, Тёма, – говорит она моему мужу, будто меня здесь нет. – Я вывезла их вещи. Замки новые поставила. Дом только наш!
Она вынимает блестящие ключи и с наслаждением вертит перед моим лицом.
Мозг отказывается принимать услышанное.
– Что... что происходит? О чём она говорит, Артём?
Муж скучающе вздыхает.
– Я привёз вас в горы, чтобы Алла могла спокойно освободить дом. Сюрприз. Я с тобой развожусь!
– И сразу женится на мне, – с удовольствием добавляет мерзавка.
Смотрю на спящего сына. От этих голосов он приоткрывает ещё сонные глазки.
И тут неприметный радиоприёмник на стене лыжного домика взрывается треском.
– Внимание! – шумит голос диспетчера. – Угроза схода лавины!
Снаружи раздаётся низкий, вибрирующий гул.
– На снегоход! – приказывает Артём любовнице. – Быстро!
– Артём! – кричу, когда они уже на улице. – А мы?!
– Для вас места нет!
Они уезжают.
А мы с сыном укрываемся в хрупком лыжном домике...
Она вынимает блестящие ключи и с наслаждением вертит перед моим лицом.
Мозг отказывается принимать услышанное.
– Что... что происходит? О чём она говорит, Артём?
Муж скучающе вздыхает.
– Я привёз вас в горы, чтобы Алла могла спокойно освободить дом. Сюрприз. Я с тобой развожусь!
– И сразу женится на мне, – с удовольствием добавляет мерзавка.
Смотрю на спящего сына. От этих голосов он приоткрывает ещё сонные глазки.
И тут неприметный радиоприёмник на стене лыжного домика взрывается треском.
– Внимание! – шумит голос диспетчера. – Угроза схода лавины!
Снаружи раздаётся низкий, вибрирующий гул.
– На снегоход! – приказывает Артём любовнице. – Быстро!
– Артём! – кричу, когда они уже на улице. – А мы?!
– Для вас места нет!
Они уезжают.
А мы с сыном укрываемся в хрупком лыжном домике...
В офисе вкусно пахнет кофе, а сотрудники выпрямляются при моем появлении. Мой муж Андрей работает здесь же; мы решили, что общая компания и один ритм жизни упростят нам быт.
В кабинете меня ждут трое проверяющих из московского офиса. Их лица мрачны. Представитель Москвы, Виктор Степанович, с нарочитой торжественностью кладет передо мной синюю папку.
– Мария Сергеевна, поводом для визита стали не только отчеты, – сухо произносит он. – В центр поступила жалоба на грубое нарушение корпоративной этики и развратное поведение сотрудников на рабочем месте.
Я открываю папку. Внутри – распечатки переписок из корпоративных мессенджеров и скриншоты. На фотографиях мой муж Андрей страстно обнимается со своей коллегой прямо в переговорной комнате №3.
В кабинете меня ждут трое проверяющих из московского офиса. Их лица мрачны. Представитель Москвы, Виктор Степанович, с нарочитой торжественностью кладет передо мной синюю папку.
– Мария Сергеевна, поводом для визита стали не только отчеты, – сухо произносит он. – В центр поступила жалоба на грубое нарушение корпоративной этики и развратное поведение сотрудников на рабочем месте.
Я открываю папку. Внутри – распечатки переписок из корпоративных мессенджеров и скриншоты. На фотографиях мой муж Андрей страстно обнимается со своей коллегой прямо в переговорной комнате №3.
ЗАВЕРШЕНО!
- Ленка мне изменила тогда, много лет назад… Потому я с тобой и связался. Решил – женюсь на серой мышке, на которую никто больше и не посмотрит, которая не предаст. Ты как раз такая была… некрасивая, скучная. Не обижайся, Тонь, правда ведь.
Эти откровения мужа меня настигли на восемнадцатом году брака. Когда я узнала о том, что он мне изменил с моей подругой.
Которую, как выяснилось, Стас любил когда-то. И так и не забыл.
- Заодно и ей отомстить хотел, - продолжает он. – Что её, шикарную, на такую, как ты, променял.
- Вот так отомстил! – огрызаюсь я. – Испортил жизнь мне и нашим детям!
- Не драматизируй. И давай без сцен. Просто мирно разойдемся.
- Значит, снова к ней побежишь, как пёсик? Забудешь, как она тебя предала?
- Это давно было. Теперь мы с ней все заново начнём. Я ведь её люблю. Она моя единственная.
- А я кем была все эти годы? Запасной?
- Выходит, что так.
- Ленка мне изменила тогда, много лет назад… Потому я с тобой и связался. Решил – женюсь на серой мышке, на которую никто больше и не посмотрит, которая не предаст. Ты как раз такая была… некрасивая, скучная. Не обижайся, Тонь, правда ведь.
Эти откровения мужа меня настигли на восемнадцатом году брака. Когда я узнала о том, что он мне изменил с моей подругой.
Которую, как выяснилось, Стас любил когда-то. И так и не забыл.
- Заодно и ей отомстить хотел, - продолжает он. – Что её, шикарную, на такую, как ты, променял.
- Вот так отомстил! – огрызаюсь я. – Испортил жизнь мне и нашим детям!
- Не драматизируй. И давай без сцен. Просто мирно разойдемся.
- Значит, снова к ней побежишь, как пёсик? Забудешь, как она тебя предала?
- Это давно было. Теперь мы с ней все заново начнём. Я ведь её люблю. Она моя единственная.
- А я кем была все эти годы? Запасной?
- Выходит, что так.
ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
— Я соскучилась. Приедешь сегодня?
Вижу это сообщение в переписке мужа. А над ним — голое фото моей лучшей подруги.
Двенадцать лет дружбы. Пять лет брака. И почти год их общего предательства за моей спиной.
Муж пишет, что задержится на работе. Подруга звонит поболтать и как ни в чём не бывало спрашивает, когда мы наконец увидимся.
Они оба уверены, что я ничего не знаю.
И сегодня вечером собираются встретиться снова.
Что ж.
Пожалуй, я тоже приеду.
Сделаю им сюрприз!
— Я соскучилась. Приедешь сегодня?
Вижу это сообщение в переписке мужа. А над ним — голое фото моей лучшей подруги.
Двенадцать лет дружбы. Пять лет брака. И почти год их общего предательства за моей спиной.
Муж пишет, что задержится на работе. Подруга звонит поболтать и как ни в чём не бывало спрашивает, когда мы наконец увидимся.
Они оба уверены, что я ничего не знаю.
И сегодня вечером собираются встретиться снова.
Что ж.
Пожалуй, я тоже приеду.
Сделаю им сюрприз!
- Влада, я ухожу.
Я повернулась к мужу, недоуменно хмурясь.
- Куда? Скоро ужинать будем…
- Не куда, а к кому. К Алине ухожу.
Алина – жена его лучшего друга. Год назад тот погиб и с тех пор мой муж поддерживал его вдову.
Но все равно все это звучало… странно. Паша прятал глаза и казалось, что под этими словами кроется что-то страшное.
Я схватила полотенце, чтобы скрыть дрожь, вдруг охватившую все тело.
- Я не понимаю, Паш. Что случилось? Зачем тебе ехать к ней так срочно?
Он шумно выдохнул.
- Влада, ты глупая, что ли? Я к ней насовсем ухожу. Затем, что люблю ее. Всю жизнь любил.
Его слова бьют меня наотмашь.
Я смотрю на него потрясенно, а он говорит уже тише…
- Прости, Веснушка. Я старался тебя полюбить, правда. Я надеялся, что ты заполнишь мою пустоту. Но теперь… Алина болеет. Сильно. И я боюсь, что потеряю ее, так и не узнав, как это – быть с ней… Как это - быть счастливым.
В горе и в радости мой муж выбрал быть с другой
Я повернулась к мужу, недоуменно хмурясь.
- Куда? Скоро ужинать будем…
- Не куда, а к кому. К Алине ухожу.
Алина – жена его лучшего друга. Год назад тот погиб и с тех пор мой муж поддерживал его вдову.
Но все равно все это звучало… странно. Паша прятал глаза и казалось, что под этими словами кроется что-то страшное.
Я схватила полотенце, чтобы скрыть дрожь, вдруг охватившую все тело.
- Я не понимаю, Паш. Что случилось? Зачем тебе ехать к ней так срочно?
Он шумно выдохнул.
- Влада, ты глупая, что ли? Я к ней насовсем ухожу. Затем, что люблю ее. Всю жизнь любил.
Его слова бьют меня наотмашь.
Я смотрю на него потрясенно, а он говорит уже тише…
- Прости, Веснушка. Я старался тебя полюбить, правда. Я надеялся, что ты заполнишь мою пустоту. Но теперь… Алина болеет. Сильно. И я боюсь, что потеряю ее, так и не узнав, как это – быть с ней… Как это - быть счастливым.
В горе и в радости мой муж выбрал быть с другой
ЗАВЕРШЕНО!
- Я любила тебя, Никит. Всю свою чёртову жизнь любила. Так любила, что куда угодно за тобой шла. Даже когда ты не просил…
- Вот именно – не просил, - отвечает он безразлично.
- Но ты женился на мне, ты дал мне надежду..
- Но ничего не обещал. Ты знала, что я никогда не полюблю тебя так, как ее.
Она – его вечная, настоящая любовь. А я была временным пластырем. Который прослужил двенадцать лет, а теперь стал не нужен.
Усмехаюсь…
- Я думала, ты прозреешь, поймёшь, кто тебе нужен на самом деле...
- Я и понял. Мне нужна не ты. Мне нужна только Арина.
Арина.
Её имя – красной нитью прошло через всю мою жизнь. Её призрак всегда был третьим в моем браке.
- Что ж, не держу, - бросаю, отворачиваясь. – Смотри, не пожалей о своём выборе.
- Не пожалею, - отвечает уверенно.
Он ошибся.
Пожалел.
Пришёл обратно.
А я..
Что делать мне, если я всю жизнь хотела лишь одного – его любви?
Вот только осталось ли внутри хоть что-то после его предательства
- Я любила тебя, Никит. Всю свою чёртову жизнь любила. Так любила, что куда угодно за тобой шла. Даже когда ты не просил…
- Вот именно – не просил, - отвечает он безразлично.
- Но ты женился на мне, ты дал мне надежду..
- Но ничего не обещал. Ты знала, что я никогда не полюблю тебя так, как ее.
Она – его вечная, настоящая любовь. А я была временным пластырем. Который прослужил двенадцать лет, а теперь стал не нужен.
Усмехаюсь…
- Я думала, ты прозреешь, поймёшь, кто тебе нужен на самом деле...
- Я и понял. Мне нужна не ты. Мне нужна только Арина.
Арина.
Её имя – красной нитью прошло через всю мою жизнь. Её призрак всегда был третьим в моем браке.
- Что ж, не держу, - бросаю, отворачиваясь. – Смотри, не пожалей о своём выборе.
- Не пожалею, - отвечает уверенно.
Он ошибся.
Пожалел.
Пришёл обратно.
А я..
Что делать мне, если я всю жизнь хотела лишь одного – его любви?
Вот только осталось ли внутри хоть что-то после его предательства
Я ждала мужа на ужин. Но вместо него пришли люди, которым он задолжал миллионы. Они связали меня и увезли с собой. Что мой муж? У него дела, ему некогда вызволять жену.
И кажется, что всё предрешено, но появился Роберт Громов - и выкупил мою свободу.
Зачем я нужна этому человеку? Что он задумал?
— Твоя жена дома, — говорит Громов. — Завтра в десять будешь у меня.
— Роберт Андреевич! Я обязательно приеду. Спасибо, что…
— Жену возьмешь с собой.
В трубке повисло молчание.
— Зачем?
Взгляд Роберта медленно проходит по моему лицу, задерживается на губах и становится таким пугающим, что у меня сводит под ребрами.
— Хочу посмотреть, чем ты готов заплатить за свою жизнь.
И кажется, что всё предрешено, но появился Роберт Громов - и выкупил мою свободу.
Зачем я нужна этому человеку? Что он задумал?
— Твоя жена дома, — говорит Громов. — Завтра в десять будешь у меня.
— Роберт Андреевич! Я обязательно приеду. Спасибо, что…
— Жену возьмешь с собой.
В трубке повисло молчание.
— Зачем?
Взгляд Роберта медленно проходит по моему лицу, задерживается на губах и становится таким пугающим, что у меня сводит под ребрами.
— Хочу посмотреть, чем ты готов заплатить за свою жизнь.
— Макс, ну когда ты ей уже скажешь? Я устала ждать! — услышала я такой знакомый голос девушки.
— Любимая, скажу, обязательно скажу, а пока иди сюда... — прошептал мой муж, опрокидывая Лилю на нашу с ним кровать.
— Ну нет, погоди, не так быстро!— проворковала она, качну полной грудью. — Ты не делаешь этого, потому что эта курица беременна?
— Курица? Лиль, она же твоя подруга... — начал муж, но девушка его перебила.
— Ага, лучшая подруга! А ты лучший мужчина, которого я у нее отняла!
В один миг я потеряла мужа и лучшую подругу. Они предали меня, оставив одну с разбитым сердцем и еще не родившимся малышом, которого я выращу сама, без неверного мужа и подруги-разлучницы.
ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОБЯЗАТЕЛЬНО ХЭ
— Любимая, скажу, обязательно скажу, а пока иди сюда... — прошептал мой муж, опрокидывая Лилю на нашу с ним кровать.
— Ну нет, погоди, не так быстро!— проворковала она, качну полной грудью. — Ты не делаешь этого, потому что эта курица беременна?
— Курица? Лиль, она же твоя подруга... — начал муж, но девушка его перебила.
— Ага, лучшая подруга! А ты лучший мужчина, которого я у нее отняла!
В один миг я потеряла мужа и лучшую подругу. Они предали меня, оставив одну с разбитым сердцем и еще не родившимся малышом, которого я выращу сама, без неверного мужа и подруги-разлучницы.
ОЧЕНЬ ЭМОЦИОНАЛЬНО
ОБЯЗАТЕЛЬНО ХЭ
ЗАВЕРШЕНО!
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
- Я тебя не люблю, - сказал вдруг муж.
На нашем празднике, в присутствии кучи гостей.
Из моих рук выпала и разбилась тарелка. На множество осколков, как и сердце.
- Что?.. – переспросила растерянно.
- Разлюбил, - пояснил он устало, но без всякого чувства вины. – Прости, не хочу продолжать этот цирк.
Он обвел рукой стол, над которым я так трудилась – готовила с самой ночи. Кивнул на гостей, что жадно ловили каждое слово, предвкушая скандал.
А потом встал и пошёл на выход.
Следом за ним вскочила дочь моей сестры и, по-хозяйски вцепившись в его локоть, с торжествующим видом мне улыбнулась.
Теперь мне стало ясно, почему вдруг он меня разлюбил.
А он скоро узнает, как ошибся.
В апрельский день надеваю фату и верю, что начинаю жизнь, в которой будет любящий и любимый муж, семья и гармония. Меня почти не пугает что впереди переезд в чужой дом, взрослый муж и длинный список «нельзя». Булавка под лопаткой колется, но я терплю, кажется, так и должно быть.
— Я хочу заключить никах с Лейлой, — говорит муж. — Но ты так и остаёшься моей женой. Дом, положение, всё как было.
— Мне нужно, чтобы муж хотел жить со мной. Это тоже можно обеспечить?
— Ты хороший человек, но мы с тобой разные.
Я не устраиваю сцен. Шью из бабушкиной ткани платье, считаю свои деньги, пеку свой хлеб. В день его второго никаха выхожу в круг, но никак не помогать и улыбаться. Я с болью ада в душе танцую последний танец в этом доме, а потом закрываю дверь. Но самое опасное это не уйти. Самое опасное, это снова поверить, что человек, причинивший боль, способен услышать. И решить, хватит ли смелости не заменить одну зависимость другой.
— Я хочу заключить никах с Лейлой, — говорит муж. — Но ты так и остаёшься моей женой. Дом, положение, всё как было.
— Мне нужно, чтобы муж хотел жить со мной. Это тоже можно обеспечить?
— Ты хороший человек, но мы с тобой разные.
Я не устраиваю сцен. Шью из бабушкиной ткани платье, считаю свои деньги, пеку свой хлеб. В день его второго никаха выхожу в круг, но никак не помогать и улыбаться. Я с болью ада в душе танцую последний танец в этом доме, а потом закрываю дверь. Но самое опасное это не уйти. Самое опасное, это снова поверить, что человек, причинивший боль, способен услышать. И решить, хватит ли смелости не заменить одну зависимость другой.
Выберите полку для книги