Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР»
— Никуда ты не пойдешь!
— У тебя нет причин меня останавливать, кроме тупых капризов, — вздергиваю подбородок.
— Есть, и ты больше не можешь со мной так разговаривать.
— Почему это?
— Потому, Саша, что ты теперь моя… — скользит темным взглядом по моему лицу, задерживается на губах, потом вновь устремляется к глазам. — Моя женщина.
В горах всё решают мужчины.
И Аслан Темирханов решил за меня.
Я приехала забрать своё наследство, но он заявил, что теперь я — его. Я должна ненавидеть его, ведь этот человек разрушил мою семью… но каждый его взгляд, каждое прикосновение рвёт меня на части.
В этих горах есть законы, сильнее любви. Но есть ли сила, способная остановить ЕГО?
— У тебя нет причин меня останавливать, кроме тупых капризов, — вздергиваю подбородок.
— Есть, и ты больше не можешь со мной так разговаривать.
— Почему это?
— Потому, Саша, что ты теперь моя… — скользит темным взглядом по моему лицу, задерживается на губах, потом вновь устремляется к глазам. — Моя женщина.
В горах всё решают мужчины.
И Аслан Темирханов решил за меня.
Я приехала забрать своё наследство, но он заявил, что теперь я — его. Я должна ненавидеть его, ведь этот человек разрушил мою семью… но каждый его взгляд, каждое прикосновение рвёт меня на части.
В этих горах есть законы, сильнее любви. Но есть ли сила, способная остановить ЕГО?
— Джамал, — представляется незнакомец, надвигаясь на меня. — Я пообещал твоему отцу, что не дам тебя в обиду, теперь ты будешь под моей опекой.
— Это что, кавказский юмор?
Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза.
— Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Учись слушаться, Алиса. Здесь так проще выжить, особенно — с таким телом, как у тебя, — он скользит по мне жадным взглядом. — А если будешь непослушной, я тебя накажу… по-взрослому.
Я приехала в горы, чтобы проводить отца в последний путь… и оказалась в плену у чужого мужчины.
Он поселил меня в своем доме, заставляя привыкать к его правилам… и к нему самому. Джамал заявил, что он мой опекун. Что он защищает меня. Но все меняется одной темной ночью, когда он приходит в мою спальню...
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
— Это что, кавказский юмор?
Сильная рука Джамала неожиданно цепко ложится мне под подбородок. Он поднимает мое лицо, заставляя посмотреть в его потемневшие глаза.
— Здесь, в этих горах, со мной никто не шутит. Учись слушаться, Алиса. Здесь так проще выжить, особенно — с таким телом, как у тебя, — он скользит по мне жадным взглядом. — А если будешь непослушной, я тебя накажу… по-взрослому.
Я приехала в горы, чтобы проводить отца в последний путь… и оказалась в плену у чужого мужчины.
Он поселил меня в своем доме, заставляя привыкать к его правилам… и к нему самому. Джамал заявил, что он мой опекун. Что он защищает меня. Но все меняется одной темной ночью, когда он приходит в мою спальню...
❗️ Все герои книги — совершеннолетние.
– Ну и куда собралась?
– Амир… хватит. Я… не могу, – мой голос звучал слабо, почти жалобно, и я злилась на себя за это.
– Ты можешь, Вероника, – прошептал он, почти касаясь губами моих губ. – Более того, ты очень этого хочешь. Я ведь вижу, как ты на меня смотришь.
– Ты сын моей подруги, Амир, – прошептала я, едва слышно. – Так нельзя…
– Ты думаешь, меня это волнует?
Между нами пропасть...
Он сын моей лучшей подруги, а я... разведенка с кучей комплексов.
Но на каждое возражение этот невыносимый мужчина имеет собственное мнение...
– Амир… хватит. Я… не могу, – мой голос звучал слабо, почти жалобно, и я злилась на себя за это.
– Ты можешь, Вероника, – прошептал он, почти касаясь губами моих губ. – Более того, ты очень этого хочешь. Я ведь вижу, как ты на меня смотришь.
– Ты сын моей подруги, Амир, – прошептала я, едва слышно. – Так нельзя…
– Ты думаешь, меня это волнует?
Между нами пропасть...
Он сын моей лучшей подруги, а я... разведенка с кучей комплексов.
Но на каждое возражение этот невыносимый мужчина имеет собственное мнение...
— А знает ли мой отец, чем ты занимаешь ночами, м? Вот он удивится, когда поймет, что именно ты — та самая легкомысленная дура, что расколотила мой новый внедорожник.
— Ты не посмеешь!
— В твоих интересах договориться со мной. Заставь меня замолчать и оставить наши секреты только для нас двоих.
— Я не должна тебе ничего!
—У тебя есть два варианта: либо ты выполняешь мои условия, либо я расскажу все отцу. Думаешь он сможет пережить такой позор?
— Нет… — произношу машинально.
— Тогда тебе придется задобрить меня. Или я прямо сейчас спущусь к отцу.
— Ты… ты не посмеешь, — сама не верю в свои слова.
— Посмею. И знаешь что? Мне даже понравится смотреть, как он накажет тебя. Либо, тебя могу наказать я. Но самое главное, тебе мое наказание понравится.
Мой парень разбил машину и сбежал, оставив меня на месте аварии рассчитываться за ущерб. Хозяин авто потребовал особой расплаты. Но хуже того, что им оказался мой сводный брат, который прилетел, чтобы выбрать себе жену.
— Ты не посмеешь!
— В твоих интересах договориться со мной. Заставь меня замолчать и оставить наши секреты только для нас двоих.
— Я не должна тебе ничего!
—У тебя есть два варианта: либо ты выполняешь мои условия, либо я расскажу все отцу. Думаешь он сможет пережить такой позор?
— Нет… — произношу машинально.
— Тогда тебе придется задобрить меня. Или я прямо сейчас спущусь к отцу.
— Ты… ты не посмеешь, — сама не верю в свои слова.
— Посмею. И знаешь что? Мне даже понравится смотреть, как он накажет тебя. Либо, тебя могу наказать я. Но самое главное, тебе мое наказание понравится.
Мой парень разбил машину и сбежал, оставив меня на месте аварии рассчитываться за ущерб. Хозяин авто потребовал особой расплаты. Но хуже того, что им оказался мой сводный брат, который прилетел, чтобы выбрать себе жену.
Когда-то она ушла от него, бросив ему в лицо «ничтожество». Тогда он не стал её удерживать, но поклялся, что она еще услышит о нём. Прошли годы, время сделало своё дело - принцессу превратило в нищенку, вынужденную работать официанткой в грязной забегаловке, а он добился мирового признания на ринге, и скучал, не зная, куда потратить заработанные миллионы. Судьба столкнула их вновь, но теперь правила изменились. Сумеют ли они перешагнуть через ненависть и забыть о прошлых ошибках, или погубят друг друга?
Моих родителей убили у меня на глазах, тогда мне было тринадцать лет. Долгие годы до совершеннолетия я провела в детском доме, каждый день, вынашивая план мести тому, кто оставил меня сиротой. Когда судьба столкнула меня с Ним, я и представить не могла, что без памяти влюблюсь в Палача…
Моих родителей убили у меня на глазах, тогда мне было тринадцать лет. Долгие годы до совершеннолетия я провела в детском доме, каждый день, вынашивая план мести тому, кто оставил меня сиротой. Когда судьба столкнула меня с Ним, я и представить не могла, что без памяти влюблюсь в Палача…
Она должна притворяться сестрой. Он должен написать её обнажённой. Но Венеция знает — ложь долго не живёт…
Она - скромная бухгалтер, привыкшая к цифрам, а не к приключениям. Но когда у её дерзкой сестры-близняшки появляются серьёзные проблемы, ей приходится занять её место… в роскошном венецианском палаццо.
Его кисть ищет страсть, но видит лишь смущённый взгляд и дрожь в пальцах. Его инстинкты кричат: она врёт. Но почему тогда с каждым днём он хочет её не просто написать — а разгадать?
Страсть, обман и искусство, где граница между правдой и игрой стирается…
Сможет ли она сохранить тайну, когда каждый мазок кисти — это пытка?
Сможет ли она выдержать эту игру, когда холст становится зеркалом души?
И когда сам город шепчет: «Останься…»
Она - скромная бухгалтер, привыкшая к цифрам, а не к приключениям. Но когда у её дерзкой сестры-близняшки появляются серьёзные проблемы, ей приходится занять её место… в роскошном венецианском палаццо.
Его кисть ищет страсть, но видит лишь смущённый взгляд и дрожь в пальцах. Его инстинкты кричат: она врёт. Но почему тогда с каждым днём он хочет её не просто написать — а разгадать?
Страсть, обман и искусство, где граница между правдой и игрой стирается…
Сможет ли она сохранить тайну, когда каждый мазок кисти — это пытка?
Сможет ли она выдержать эту игру, когда холст становится зеркалом души?
И когда сам город шепчет: «Останься…»
Бегство от прошлого привело Элли в рай — роскошную виллу на тропическом острове. Безупречный порядок, немыслимая зарплата и лишь одно правило: никаких вопросов к невидимому хозяину. Но когда «Призрак» материализуется, Элли узнает в нем… своего случайного любовника с запретной вечеринки. Теперь ее рай — золотая клетка, где каждая пылинка напоминает о страсти, а молчание хозяина грозит разбить ее новую жизнь вдребезги. Как говорить на языке тела, если единственные слова в их словаре — влечение и опасность?
Алена и Ибрагим встретились 20 лет назад, но их счастью не суждено было случиться. Судьба развела их, но жизнь подарила второй шанс!
***
- Алёна! Алёна!
Она обернулась, и 20 лет отмотались назад. Ко мне побежала та самая милая блондинка с рыжими веснушками. Я не стал ничего ждать и помчался в ответ. За пару метров до сближения мы оба остановились.
- Ты тут? - удивилась она.
- Да, видел твои знаки в сети.
Она улыбнулась и заплакала. И вот тут я не сдержался, подошёл и крепко обнял ее.
- Моя маленькая, как же я скучал! - произнёс я, поглаживая ее по спине.
- Зря мы это затеяли, - захлёбываясь слезами, произнесла она.
- Мы не могли иначе. Хочешь пойти в пончиковую? - предложил я.
- Как раньше? Хочу!
- Ну тогда идём!
Обняв Алёну очень крепко, я повёл ее в некогда любимое нами кафе.
- А как же твоя невеста? - вдруг опомнилась красавица.
- Нет никого, я солгал. А как же твой муж?
***
- Алёна! Алёна!
Она обернулась, и 20 лет отмотались назад. Ко мне побежала та самая милая блондинка с рыжими веснушками. Я не стал ничего ждать и помчался в ответ. За пару метров до сближения мы оба остановились.
- Ты тут? - удивилась она.
- Да, видел твои знаки в сети.
Она улыбнулась и заплакала. И вот тут я не сдержался, подошёл и крепко обнял ее.
- Моя маленькая, как же я скучал! - произнёс я, поглаживая ее по спине.
- Зря мы это затеяли, - захлёбываясь слезами, произнесла она.
- Мы не могли иначе. Хочешь пойти в пончиковую? - предложил я.
- Как раньше? Хочу!
- Ну тогда идём!
Обняв Алёну очень крепко, я повёл ее в некогда любимое нами кафе.
- А как же твоя невеста? - вдруг опомнилась красавица.
- Нет никого, я солгал. А как же твой муж?
Выберите полку для книги