Книги в жанре «Студенческий роман»

— Ты думаешь, я хочу этого? Думаешь, мне легко? — Голос его сорвался, став почти шёпотом. — Но иначе нельзя.
— Нет, Громов. Можно. Поздравляю.
— Злата... — Он потянулся ко мне, но я отшатнулась, подняв руки, как будто защищалась.
— Не трогай меня! — закричала, голосом полным боли. — Просто уходи!
Он замер. Несколько секунд мы просто смотрели друг на друга. Его взгляд был полон чего-то, что я уже не могла понять. Пожалуй, не хотела.
— Ты ничего не понимаешь, дурочка, — прошептал он. — Так нужно.
— Просто уходи! — голос сорвался, и я почувствовала, как слезы текут по щекам. — Мне всё равно! Уходи, Илья!
Я не могла дышать. Словно внутри что-то сломалось окончательно. Боль разрывала грудь, но я больше не могла плакать. Слёзы закончились, осталась лишь пустота.
Мы изначально были никем!
Мы были обречены!

Первая любовь. Ах, как прекрасно и наивно это чувство. Когда бабочки, порхающие в животе сменяются кровоточащей раной в сердце. Или же наоборот, первая любовь настолько сильна и чиста, что способна вынести все испытания судьбы? Все взлеты и падения, разлуку и безысходность.Ваня влюбился в свою соседку по деревне Люду, когда ему было одиннадцать лет, а ей девять. Это чувство окрыляло его и пугало одновременно. И смесь неизвестных ему ранее эмоций не позволила Ване признаться своей подруге в любви. Но он твердо решил сделать это будущим летом, когда они встретятся вновь. Вот только Люда на следующее лето не приехала…

Говорила мне мама: не встречайся с музыкантами. Влюбишься, а они потусуются с тобой, впишут в список своих побед - и пойдут дальше. А ты останешься одна, с разбитым сердцем. 
Зря я её не слушала! Не сидела бы сейчас, ровно в два часа ночи 1 января, тупо пялясь в телефон на фотографию своего уже бывшего парня. Фото прислали в личку с незнакомого номера. На нём мой… точнее, уже не мой Веничка сладко спал в объятиях некой раздетой лахудры. 

В юную и не очень уверенную в себе журналистку Ладу влюбились два друга-музыканта. И хотя её сердце отдано заботливому рыжему флейтисту Веничке, холодный и мрачный басист Арс не собирается с этим мириться. На пути к девушке своей мечты он готов на всё. Даже на предательство…
Но фестиваль “Штормовой рок” расставит всё по местам

В книге есть:
golden retriever boyfriend
любовный треугольник
предательство
измена
абъюз
закулисье
рок-фестиваль на Балтике

- Варя, давай поговорим,- прошу, не давая ей пройти.
- Герман, я уезжаю как раз для того, чтобы не говорить с тобой. Как яснее показать, не знаю.
Разворачивается, пытаясь уйти. Хватаю за руку.
- Ты же даже не хочешь понять, увидеть правду.
Вскидывает брови.
- Расстёгнутые джинсы, почти голая девушка. Ах, да, это не то, что я подумала. Вы же просто пили чай. На той кровати…
Руку не выдёргивает, но посылает такой взгляд, что невольно отпускаю её сам.
Роется в сумочке, ищет ключ. Уже берётся за ручку подъездной двери.
Подхожу вплотную, шепчу в макушку, вдыхая любимый запах.
- Вернись ко мне, Принцесса.
***
Сложные отношения, трудные времена, но именно проверка временем поможет понять, способна ли победить любовь. Если она настоящая…

Наше знакомство началось с поцелуя. Отношения - с секса. А любовь - с расставания.
Два года счастливых отношений распались под лавиной тайн и недомолвок. А появление бывших возлюбленных лишь усложнило задачу воссоединения.

 Для меня жизнь с родителями всегда была простой. Но после развода родителей, жить стало невыносимо. Поэтому, когда академия объявила о своем ежегодном розыгрыше стипендии, я ухватилась за возможность обеспечить своё будущее и приняла участие. Совсем не ожидала многого, но все-таки выиграла. И теперь жизнь, которую знала раньше, уже не будет прежней…

После редактуры книга будет платной.
Мы никогда не видели друг друга, не пересекались в общих компаниях и ни разу не общались. Я жила своей жизнью, а Дамир своей. Ровно до тех пор, пока наши родители не решили нас поженить.
И у меня, и у Дамира были свои причины родительской воле не перечить.
Нам дали год на раздумья при условии, что жить мы будем в одной квартире.
И это плохо. Очень плохо, потому что Дамир оказался совершенно в моем вкусе. Красивый, наглый, борзый, уверенный в себе засранец. 
Только вот по своей воле я бы никогда больше с таким не связалась. И одного раза хватило. 

История Юли Даниленко из романа "Соперники".

Самсонова трясло от картины впереди.
- Да брось ты, Федька, так убиваться, - успокаивал парня Ромка. – Ты всё ещё не понял какая она? Ты, друг, или слепой или малость повернутый. Она ж и мизинца твоего не стоит! Идиотка местная…
Золотухин повис в воздухе, поскольку Самсонов не дал ему договорить схватив его за грудки.
- Никогда в жизни больше так не говори про Катю. Она лучшая для меня, и этого не исправишь простыми унижениями её в моих глазах.
Ромку перекосило от ужаса. Его друг был совершенно серьёзен. В карих глазах мелькала несвойственная парню злость. Фёдор поставил Золотухина на место и слегка ссутулившись, направился за остальными.
- Федь, да я ж за тебя! – Ромка всё ещё стоял на месте.
Поняв, что реагировать на реплику друг не намерен, безвольно опустил руки вдоль тела и поплёлся следом за ним.

У меня новый сосед. И судя по всему, он из тех парней, которые приносят одни проблемы.
Я часто наблюдаю за ним из окна, когда он паркует у подъезда свою черную машину. Мама уже предупредила меня, что против моего общения с ним, но что-то во мне трепещет при его приближении. Я чувствую, что в нем есть что-то особенное — умение жить настоящим моментом, не боясь осуждения.

Я новенькая в группе Матвея Градова — известного на весь институт самовлюбленного придурка.
Наша взаимная нелюбовь с ним началась с его глупого розыгрыша в первый учебный день и дошла до настоящей войны.
День за днем мы доводили друг друга и подставляли, использовали других людей, хитрили и обманывали. Никто из нас не уступал, каждый хотел быть лучшим. Быть первым.
Но кто же знал, что однажды случится непоправимое…
***
– Убери от меня свои грязные руки, Градов! И не смей больше касаться и… целовать!
Демонстративно вытираю свои губы. Матвей повторяет за мной.
– Я и не собирался, – сплевывает и гневно смотрит в глаза.
Это сильно бьет по самолюбию. Поцелуй на самом деле был неплох. Чертовски неплох. Хорош, уж если быть точной.
Но никогда, НИКОГДА, я больше не позволю произойти этому снова.
Врага нельзя подпускать к себе настолько близко.