Читать и слушать книги
После каждого своего выступления мне дарили шикарные букеты, а по вечерам мы иногда переписывались с моим тайным поклонником. Но потом я узнала, кто он…
Он тот, кто выкинет меня из своей жизни, стоило мне по-настоящему его полюбить.
– Что случилось, раз ты ни с того ни с сего говоришь, что не хочешь видеть меня в своей жизни? - спрашиваю надрывно.
– Так будет правильно, - отвечает сухо.
– Кому от этого будет хорошо? Тебе?
– Нет.
– Мне?
– Возможно. Со временем все пройдет. Ты… встретишь человека, который действительно тебя достоин. Я… не пара тебе, -- говорит уверенно, вонзая острый клинок в самое сердце.
Он тот, кто выкинет меня из своей жизни, стоило мне по-настоящему его полюбить.
– Что случилось, раз ты ни с того ни с сего говоришь, что не хочешь видеть меня в своей жизни? - спрашиваю надрывно.
– Так будет правильно, - отвечает сухо.
– Кому от этого будет хорошо? Тебе?
– Нет.
– Мне?
– Возможно. Со временем все пройдет. Ты… встретишь человека, который действительно тебя достоин. Я… не пара тебе, -- говорит уверенно, вонзая острый клинок в самое сердце.
Я старше мужа на десять лет. И накануне своего юбилея решила, что молодой муж должен обрести счастье с молодой. Но муж почему-то не хочет быть осчастливленным и упорно сопротивляется. Но я ж упрямая, я все равно своего добьюсь.
- Макс это кто?
Дверь на кухню плотно закрыта, а я стою, прижавшись к стене. Сердце бешено стучит, бокал вина вот-вот выпадет из рук.
Я просто не могу в это поверить. В соседней комнате сидят и ждут своей дальнейшей участи трое детей. Трое….
- Дети! – равнодушно пожимает плечами муж.
- Какие дети? – шепотом спрашиваю я. – Это ни просто дети, это твои дети, Кологривый! Твои!
Макс смотрит мне в глаза.
- Варя, ты можешь успокоится, да так вышло, да я виноват, но её больше нет! У меня есть жена это ты, у нас дом полная чаша, налаженный быт, и дети…Разве ты не хотела детей?
У меня темнеет в глазах. Он ни просто мне изменил, он сделал на стороне детей. Это не простое предательство, это конец. Конец всего того что было у меня.
Дверь на кухню плотно закрыта, а я стою, прижавшись к стене. Сердце бешено стучит, бокал вина вот-вот выпадет из рук.
Я просто не могу в это поверить. В соседней комнате сидят и ждут своей дальнейшей участи трое детей. Трое….
- Дети! – равнодушно пожимает плечами муж.
- Какие дети? – шепотом спрашиваю я. – Это ни просто дети, это твои дети, Кологривый! Твои!
Макс смотрит мне в глаза.
- Варя, ты можешь успокоится, да так вышло, да я виноват, но её больше нет! У меня есть жена это ты, у нас дом полная чаша, налаженный быт, и дети…Разве ты не хотела детей?
У меня темнеет в глазах. Он ни просто мне изменил, он сделал на стороне детей. Это не простое предательство, это конец. Конец всего того что было у меня.
— Я всё знаю, Герман, — надломлено произношу, перебирая пальцами золотистые кудряшки спящей дочери. Слёзы душат от горечи и обиды.
— И какое твоё решение? — развязывает галстук, который я с любовью для него подбирала, и которым он её… Закрываю глаза, продолжая плакать.
— Развод, — безапелляционно для нашей семьи. — По-другому нельзя.
— И девичья фамилия? — закатывает глаза. — Как всё банально, малыш.
— А что ты предлагаешь? Жить как прежде мы уже не будем, — вскидываю не него ненавидящий взгляд.
— Не будем, — хмыкает он. — В случае развода дочь я тебе не отдам.
Не думала, что перевернуть счастливую семейную лодку любви сможет обычный мужской галстук. Он идеально подчеркивал не только глубокий синий взгляд моего мужа, но и изящные изгибы тела его любовницы.
— И какое твоё решение? — развязывает галстук, который я с любовью для него подбирала, и которым он её… Закрываю глаза, продолжая плакать.
— Развод, — безапелляционно для нашей семьи. — По-другому нельзя.
— И девичья фамилия? — закатывает глаза. — Как всё банально, малыш.
— А что ты предлагаешь? Жить как прежде мы уже не будем, — вскидываю не него ненавидящий взгляд.
— Не будем, — хмыкает он. — В случае развода дочь я тебе не отдам.
Не думала, что перевернуть счастливую семейную лодку любви сможет обычный мужской галстук. Он идеально подчеркивал не только глубокий синий взгляд моего мужа, но и изящные изгибы тела его любовницы.
— Меня зовут Ян Соколовский, — мужчина оперся о столешницу ладонями, смотря на меня со снисходительностью. – А это – тест ДНК.
— Я не понимаю, что это значит…
— Это значит, девочка, — усмешка в уголке жесткого рта. – Что шесть лет назад, когда вы с моим сыном решили сделать ЭКО, донором стал я.
— Это невозможно! – выкрикнула я в отчаянии.
— Факты, Адель, говорят сами за себя, — он подхватил результаты ДНК и сунул мне в лицо. – Я – настоящий отец твоего сына. И я его забираю.
Я в ужасе смотрела на Соколовского и не верила ушам своим. Как… как такое могло случиться?! Почему муж никогда не упоминал, что биологический отец Артёма – его собственный отец?!
— Я не понимаю, что это значит…
— Это значит, девочка, — усмешка в уголке жесткого рта. – Что шесть лет назад, когда вы с моим сыном решили сделать ЭКО, донором стал я.
— Это невозможно! – выкрикнула я в отчаянии.
— Факты, Адель, говорят сами за себя, — он подхватил результаты ДНК и сунул мне в лицо. – Я – настоящий отец твоего сына. И я его забираю.
Я в ужасе смотрела на Соколовского и не верила ушам своим. Как… как такое могло случиться?! Почему муж никогда не упоминал, что биологический отец Артёма – его собственный отец?!
Он опасен, жесток и ненавидит каждый мой волос. Этот страшный мужчина сделает меня своей невестой на девять месяцев, за которые я должна родить ему сына, а после отдать жизнь взаймы за его погибшую жену.
— Что с вами случилось? Почему вы такой? Неужели в вас нет ничего человеческого?
— Твое дело готовиться вынашивать моего ребенка, а не задавать вопросы.
— Дети должны в любящих семьях появляться, в браке, а не так! Как вы себе это представляете?!
— Как у всех. Ты ляжешь и раздвинешь ноги. Закроешь, наконец, свой рот!
— Что с вами случилось? Почему вы такой? Неужели в вас нет ничего человеческого?
— Твое дело готовиться вынашивать моего ребенка, а не задавать вопросы.
— Дети должны в любящих семьях появляться, в браке, а не так! Как вы себе это представляете?!
— Как у всех. Ты ляжешь и раздвинешь ноги. Закроешь, наконец, свой рот!
Я приехала со своим парнем в гости к его родителям, чтобы отпраздновать Новый год в кругу семьи.
Но в числе приглашенных оказался и его самый лучший друг, тоже практически член семьи. И он кажется мне смутно знакомым.
Но воспоминание о том, где мы могли встретиться, очень сильно осложнили нам жизнь. Ведь теперь я не могу перестать думать о нем, а он не в силах совладать с порочным влечением.
Никто не должен узнать наш секрет!
***
— Ну что? Нашёл ту самую, единственную и неповторимую? — спросил мой парень, имея в виду ёлку, которая свежее и лучше всех.
Женя посмотрел на меня.
— Нашёл.
Я поперхнулась глинтвейном и громко закашлялась, отворачиваясь.
— Да куда ты так торопишься? — Денис похлопал меня по спине.
— Вот, — начал объяснять Женя Денису, — как увидел, с первого взгляда понял, что это она. Та самая. И на запах идеальная, и по форме, и внешне… И на вкус самая лучшая.
— Ты что её ещё и попробовал?
— Да, — почему-то тише, — я хотел узнать её до мельчайших деталей.
Но в числе приглашенных оказался и его самый лучший друг, тоже практически член семьи. И он кажется мне смутно знакомым.
Но воспоминание о том, где мы могли встретиться, очень сильно осложнили нам жизнь. Ведь теперь я не могу перестать думать о нем, а он не в силах совладать с порочным влечением.
Никто не должен узнать наш секрет!
***
— Ну что? Нашёл ту самую, единственную и неповторимую? — спросил мой парень, имея в виду ёлку, которая свежее и лучше всех.
Женя посмотрел на меня.
— Нашёл.
Я поперхнулась глинтвейном и громко закашлялась, отворачиваясь.
— Да куда ты так торопишься? — Денис похлопал меня по спине.
— Вот, — начал объяснять Женя Денису, — как увидел, с первого взгляда понял, что это она. Та самая. И на запах идеальная, и по форме, и внешне… И на вкус самая лучшая.
— Ты что её ещё и попробовал?
— Да, — почему-то тише, — я хотел узнать её до мельчайших деталей.
Дочь русского посланника Екатерина Емельянова безоглядно влюбляется в неотразимого Николаса, герцога Уортона. Не верящий в истинную любовь циничный герцог пользуется восторженным и искренним чувством влюбленной девушки и соблазняет ее без намерения жениться. Ожидающая ребенка Екатерина оказывается в отчаянном положении и мать ставит ей жесткое условие. Что выберет Екатерина - монастырь и верность старой любви, или же откроет свое сердце новому чувству?
У Кати небольшое кафе в курортном городке «Снежная долина». Она воспитывает дочь сестры, которая пошла в первый класс, и уже восемь лет не верит в любовь. Именно столько лет назад ее предал парень, а потом и сестра. Единственного родного по крови человека уже год как нет, а второй предатель вдруг появляется под Новый год в их маленьком городке. Может, все же случайности случайны? Катя очень надеется, что он приехал не за дочкой.
— Ну и где тебя носило? — претензия, вылетающая из уст раздраженного мужа, с порога вонзается в мою грудь острием кинжала, но я не чувствую боли от ранения в сердце, ибо оно, еле зажившее после трагедии трехлетней давности, безвозвратно разбито на мириады осколков.
— Предсказуем ты, Метелин, как дважды два, — сухо произношу я, закрывая за собой входную дверь. Примерно на такое приветствие я и рассчитывала. — Где меня носило, тебя не касается.
У мужа глаза лезут на лоб.
— Не делай такое удивленное лицо, Матвей. Я видела, как ты изображал счастливое семейство с какой-то девицей и девчушкой лет шести. Будешь отрицать?
Багровая краска сходит с его ошарашенного лица к шее.
— Ты думал, я не узнаю?..
— Предсказуем ты, Метелин, как дважды два, — сухо произношу я, закрывая за собой входную дверь. Примерно на такое приветствие я и рассчитывала. — Где меня носило, тебя не касается.
У мужа глаза лезут на лоб.
— Не делай такое удивленное лицо, Матвей. Я видела, как ты изображал счастливое семейство с какой-то девицей и девчушкой лет шести. Будешь отрицать?
Багровая краска сходит с его ошарашенного лица к шее.
— Ты думал, я не узнаю?..
Выберите полку для книги