Книги в жанре «Женский роман»
Дрожащими руками вытряхиваю содержимое конверта на журнальный столик.
Сердце, больно стукнув о ребра, падает в пятки, когда я вижу фотографии. На которых я! И я не одна!
Волна жара прокатывается от макушки до кончиков пальцев на ногах.
Это конец!
– Лёня, я все объясню! – вскидываю глаза на мужа.
– А не надо ничего объяснять, дорогая, – притворно спокойным голосом останавливает мой порыв муж. – Все и так ясно.
– Ничего не было! – к горлу подкатывает огромный комок, который никак не сглатывается, на глаза набегают слезы. – Это… Это случайность. Чья–то неудачная шутка!
*********************
Я думала, счастливее нашей семьи не бывает. Но...
Любимый муж обвинил меня в измене, которой не было. В один миг я перестала для него существовать, чувства исчезли. Он выставил меня за порог без копейки денег.
Единственное, что у меня осталось – наша дочь, о которой муж никогда не узнает.
Сердце, больно стукнув о ребра, падает в пятки, когда я вижу фотографии. На которых я! И я не одна!
Волна жара прокатывается от макушки до кончиков пальцев на ногах.
Это конец!
– Лёня, я все объясню! – вскидываю глаза на мужа.
– А не надо ничего объяснять, дорогая, – притворно спокойным голосом останавливает мой порыв муж. – Все и так ясно.
– Ничего не было! – к горлу подкатывает огромный комок, который никак не сглатывается, на глаза набегают слезы. – Это… Это случайность. Чья–то неудачная шутка!
*********************
Я думала, счастливее нашей семьи не бывает. Но...
Любимый муж обвинил меня в измене, которой не было. В один миг я перестала для него существовать, чувства исчезли. Он выставил меня за порог без копейки денег.
Единственное, что у меня осталось – наша дочь, о которой муж никогда не узнает.
Открыв дверь, я обнаружила на пороге незнакомую девушку.
- Здравствуйте! – выдохнула она. – Вы Мирослава?
- Да, - подтвердила я лаконично, ничего не понимая.
Она резко схватила меня за руку, крепко стиснула мою ладонь в своей и нервно, но аккуратно пожала.
- Я так рада наконец-то с вами познакомиться!
- Простите, а вы?..
- Ой, - пробормотала она растерянно. – А я – Лия!
Она замялась, будто ожидая от меня какой-то реакции в ответ на свое имя, но так и не дождавшись, решительно выпалила следом:
- Я – невеста Арсения! Пришла пригласить вас на нашу свадьбу!
Долгие годы у меня была почти идеальная жизнь и образцовая семья. Любящий муж, прекрасный сын. Никогда в жизни я не подумала бы, что однажды меня могут коснуться такие страшные слова, как «измена» и «развод».
Но это произошло в один ужасный момент, когда на моем пороге появилась незнакомка и, сверкнув обручальным кольцом на безымянном пальце, уверенно заявила, что она выходит замуж за моего мужа...
- Здравствуйте! – выдохнула она. – Вы Мирослава?
- Да, - подтвердила я лаконично, ничего не понимая.
Она резко схватила меня за руку, крепко стиснула мою ладонь в своей и нервно, но аккуратно пожала.
- Я так рада наконец-то с вами познакомиться!
- Простите, а вы?..
- Ой, - пробормотала она растерянно. – А я – Лия!
Она замялась, будто ожидая от меня какой-то реакции в ответ на свое имя, но так и не дождавшись, решительно выпалила следом:
- Я – невеста Арсения! Пришла пригласить вас на нашу свадьбу!
Долгие годы у меня была почти идеальная жизнь и образцовая семья. Любящий муж, прекрасный сын. Никогда в жизни я не подумала бы, что однажды меня могут коснуться такие страшные слова, как «измена» и «развод».
Но это произошло в один ужасный момент, когда на моем пороге появилась незнакомка и, сверкнув обручальным кольцом на безымянном пальце, уверенно заявила, что она выходит замуж за моего мужа...
- Пошла вон, Арина, - кивком указывает на дверь.
От страха и острой боли не могу дышать.
Его глаза снова холодные и пустые. На лице брезгливая маска. Ни намёка на прошедшую ночь и то, что еще пару дней назад в любви признавался.
- Я не виновата, Арс, - сбивчиво шепчу. - Ты… утверждал, что каждый человек имеет право на защиту.
В меня летит нижнее бельё и мятое платье.
- Ты не человек! – цедит он глухо. – И тебе придётся за всё ответить…
Кто бы мог подумать, что опытный адвокат Долинский может быть безжалостным за пределами судебного заседания…
От страха и острой боли не могу дышать.
Его глаза снова холодные и пустые. На лице брезгливая маска. Ни намёка на прошедшую ночь и то, что еще пару дней назад в любви признавался.
- Я не виновата, Арс, - сбивчиво шепчу. - Ты… утверждал, что каждый человек имеет право на защиту.
В меня летит нижнее бельё и мятое платье.
- Ты не человек! – цедит он глухо. – И тебе придётся за всё ответить…
Кто бы мог подумать, что опытный адвокат Долинский может быть безжалостным за пределами судебного заседания…
- Зай, нет, я не сплю с женой уже полгода. Да, я тебе верен. Ну, кис… если ты мне не хочешь рожать и портить фигуру, то это будет делать Яна.
Я застыла, не донеся до кабинета мужа торт. Под его белоснежной глазурью крылся ответ на вопрос: мальчик у нас будет или девочка?
- Да не буду я с ней спать после родов, Снеж! Не буду. Только тебя хочу.
Коробка с тортом выскользнула из моих рук и приземлилась прямо под ноги. На этот звук выглянул муж, воззрившийся на меня с удивлением и мелькнувшим в глазах чувством вины.
- У нас мальчик будет, - хрипло проговорила я, указав на потекшую верхушку торта, под которой показались голубые коржи. - Поздравляю, Вольский…
Вечером по плану - праздник вдвоем с супругом, но вместо этого моя жизнь рухнула. Снежана. Любовница моего мужа. Ухоженная красотка, с которой он спал и которой «был верен».
Она собиралась занять мое место. Место жены, которая сейчас нужна только для одного.
Родить Вольскому наследника и убраться, уступив дорогу другой...
Я застыла, не донеся до кабинета мужа торт. Под его белоснежной глазурью крылся ответ на вопрос: мальчик у нас будет или девочка?
- Да не буду я с ней спать после родов, Снеж! Не буду. Только тебя хочу.
Коробка с тортом выскользнула из моих рук и приземлилась прямо под ноги. На этот звук выглянул муж, воззрившийся на меня с удивлением и мелькнувшим в глазах чувством вины.
- У нас мальчик будет, - хрипло проговорила я, указав на потекшую верхушку торта, под которой показались голубые коржи. - Поздравляю, Вольский…
Вечером по плану - праздник вдвоем с супругом, но вместо этого моя жизнь рухнула. Снежана. Любовница моего мужа. Ухоженная красотка, с которой он спал и которой «был верен».
Она собиралась занять мое место. Место жены, которая сейчас нужна только для одного.
Родить Вольскому наследника и убраться, уступив дорогу другой...
– Маша, стой, – муж хватает меня за руку, даже штаны натянуть успел, - да стой же ты, давай поговорим? Это все не то, чем может казаться. Прекрати истерику, любимая. Давай вечером дома обо всем поговорим.
– А тут не о чем, «зайчик», – делаю в воздухе кавычки на последнем слове, – я достаточно увидела и больше нам не о чем говорить. Разве не ее рот сейчас был у тебя вот тут? – хватаюсь рукой за его причинное место и сжимаю так крепко, что муж в бараний рог скручивается.
– Больно? – спрашиваю тихо. – Мне тоже!
Вырываюсь из его хватки и несусь прочь из офиса под десятки удивленных взглядов его сотрудников. Пошли к черту! Плевать!
Пока я как овца по клиникам бегаю и мечтаю о ребенке, этот урод с моей подругой кувыркается. Просто фиаско.
Я же ее к нам в дом звала, на отдых вместе летали, подругой своей считала. А они за моей спиной из меня идиотку полную делали.
Слезы текут ручьем, пока я иду к машине.
Больно, как же это больно.
– А тут не о чем, «зайчик», – делаю в воздухе кавычки на последнем слове, – я достаточно увидела и больше нам не о чем говорить. Разве не ее рот сейчас был у тебя вот тут? – хватаюсь рукой за его причинное место и сжимаю так крепко, что муж в бараний рог скручивается.
– Больно? – спрашиваю тихо. – Мне тоже!
Вырываюсь из его хватки и несусь прочь из офиса под десятки удивленных взглядов его сотрудников. Пошли к черту! Плевать!
Пока я как овца по клиникам бегаю и мечтаю о ребенке, этот урод с моей подругой кувыркается. Просто фиаско.
Я же ее к нам в дом звала, на отдых вместе летали, подругой своей считала. А они за моей спиной из меня идиотку полную делали.
Слезы текут ручьем, пока я иду к машине.
Больно, как же это больно.
— Вот это встреча, Зайка, — говорит Фролов, натягивая фальшивую улыбку на свое все еще красивое лицо.
— Зайкина, — поправляю его. — И что ты тут делаешь, Ярослав? Преследуешь меня? Снова?
В его глазах мелькают раздражение и гнев, но быстро исчезают.
— Это ты пришла ко мне в компанию, никак не наоборот, — бросает, небрежно осматривая меня. — Ты на должность кого, позволь узнать, пришла пробовать себя?
— Секретарь, — стараюсь говорить уверенно. — Я не знала, что это место тебе принадлежит.
— Интересно, — ухмыляется, — но не думаю, что пройдешь. Таким, как ты, у нас не место.
— Это еще каким — «таким»?
— Лживым и лицемерным, — грубо отвечает и уходит. — Тебе здесь нет места, проваливай, Зайкина. Сделай как умеешь — подожми хвост и просто дай заднюю!
Кричит так громко, что прохожие оборачиваются и смотрят на меня как на мусор.
Моя ошибка из нашего прошлого дает ему право так говорить со мной.
И я намеренна все исправить.
— Зайкина, — поправляю его. — И что ты тут делаешь, Ярослав? Преследуешь меня? Снова?
В его глазах мелькают раздражение и гнев, но быстро исчезают.
— Это ты пришла ко мне в компанию, никак не наоборот, — бросает, небрежно осматривая меня. — Ты на должность кого, позволь узнать, пришла пробовать себя?
— Секретарь, — стараюсь говорить уверенно. — Я не знала, что это место тебе принадлежит.
— Интересно, — ухмыляется, — но не думаю, что пройдешь. Таким, как ты, у нас не место.
— Это еще каким — «таким»?
— Лживым и лицемерным, — грубо отвечает и уходит. — Тебе здесь нет места, проваливай, Зайкина. Сделай как умеешь — подожми хвост и просто дай заднюю!
Кричит так громко, что прохожие оборачиваются и смотрят на меня как на мусор.
Моя ошибка из нашего прошлого дает ему право так говорить со мной.
И я намеренна все исправить.
- Я никогда не стану твоей, - отступаю под холодным взглядом шейха.
- Станешь, - самоуверенно ухмыляется он, медленно загоняя меня в угол. - Ты полностью в моей власти. И только от меня зависит, проснешься ты завтра или нет.
- Тогда убей меня, Амин. Я лучше умру, чем полюблю такого, как ты!
Взгляд мужчины мгновенно вспыхивает азартом и желанием.
- Ты бросаешь мне вызов, Руслана. И я его принимаю…
Меня украли ночью прямо из моего дома по приказу влиятельного шейха, которому захотелось себе новую игрушку.
Я одна в чужой стране, пленница в его дворце. Шейх поклялся, что сломит мою гордость.
У меня есть лишь один шанс переиграть его и вырваться из золотой клетки, чтобы вернуться домой.
ХЭ!
- Станешь, - самоуверенно ухмыляется он, медленно загоняя меня в угол. - Ты полностью в моей власти. И только от меня зависит, проснешься ты завтра или нет.
- Тогда убей меня, Амин. Я лучше умру, чем полюблю такого, как ты!
Взгляд мужчины мгновенно вспыхивает азартом и желанием.
- Ты бросаешь мне вызов, Руслана. И я его принимаю…
Меня украли ночью прямо из моего дома по приказу влиятельного шейха, которому захотелось себе новую игрушку.
Я одна в чужой стране, пленница в его дворце. Шейх поклялся, что сломит мою гордость.
У меня есть лишь один шанс переиграть его и вырваться из золотой клетки, чтобы вернуться домой.
ХЭ!
- Пожалуйста, при родителях без сцен, - сказал Руслан.
Будто я ему устроила хоть одну.
Позволила отвести себя в столовую. Лихорадочно поискала взглядом Люду, она стояла рядом с мужем, спиной ко мне.
Свекровь воскликнула:
- Посмотрите, кто к нам приехал!
Люда обернулась, положила ладонь на округлый живот и улыбнулась мне так ослепительно, что я поняла: сейчас закричу. Боль, копившаяся во мне полгода, вырвется наружу, и я не смогу ее сдержать. Руслан не говорил, что она беременна и этому было только одно объяснение – ребенок не от Дани. Люда носит малыша моего мужа.
Будто я ему устроила хоть одну.
Позволила отвести себя в столовую. Лихорадочно поискала взглядом Люду, она стояла рядом с мужем, спиной ко мне.
Свекровь воскликнула:
- Посмотрите, кто к нам приехал!
Люда обернулась, положила ладонь на округлый живот и улыбнулась мне так ослепительно, что я поняла: сейчас закричу. Боль, копившаяся во мне полгода, вырвется наружу, и я не смогу ее сдержать. Руслан не говорил, что она беременна и этому было только одно объяснение – ребенок не от Дани. Люда носит малыша моего мужа.
Она - наивная и нежная студентка, одна в этом огромном, туманном городе.
Он - хулиган из бедного квартала, руки которого привыкли держать биту и пистолет.
Однажды ей понадобиться его помощь. А дальше все, как в самой романтичной сказке, - дружба и любовь. Но есть одно но - между ними не может быть ничего серьезного!
***
- А вдруг найдётся та, что полюбит тебя? - тихо поинтересовалась Ксюша, потому что похоже это вот-вот должно было произойти именно с ней.
- Я не смогу ответить тем же! Потому что любовь – это несерьезно и в мои планы не входит, - и тут он, улыбнувшись, добавил, - Но, если она придется мне по вкусу, я буду совсем не против делать с ней то, что вчера делал с Лолой.
- Это жестоко по отношению к ней, - Ксюша поправила шарф, который сейчас нестерпимо душил ее.
- Было бы жестоко, если б я пудрил ей мозги и говорил, что тоже люблю! Но я буду честен! Я сразу скажу о том, что со мной не может быть ничего серьезного!
Он - хулиган из бедного квартала, руки которого привыкли держать биту и пистолет.
Однажды ей понадобиться его помощь. А дальше все, как в самой романтичной сказке, - дружба и любовь. Но есть одно но - между ними не может быть ничего серьезного!
***
- А вдруг найдётся та, что полюбит тебя? - тихо поинтересовалась Ксюша, потому что похоже это вот-вот должно было произойти именно с ней.
- Я не смогу ответить тем же! Потому что любовь – это несерьезно и в мои планы не входит, - и тут он, улыбнувшись, добавил, - Но, если она придется мне по вкусу, я буду совсем не против делать с ней то, что вчера делал с Лолой.
- Это жестоко по отношению к ней, - Ксюша поправила шарф, который сейчас нестерпимо душил ее.
- Было бы жестоко, если б я пудрил ей мозги и говорил, что тоже люблю! Но я буду честен! Я сразу скажу о том, что со мной не может быть ничего серьезного!
– За удачную сделку! – провозгласил Павел и пояснил: – Корнев продал мне половину своих акций, и теперь у меня контрольный пакет.
– Поздравляю! – улыбнулась я, чокаясь с мужем.
– Так что ты мне больше не нужна, Чудо, – заявил Истомин, осушив бокал и стукнув им по столешнице. – И мы разводимся!
Разумеется, о своей беременности в тот вечер я промолчала.
Анастасия Чудова влюблена в Павла Истомина с детства. Но брак с ним не принес ей счастья: Настя вышла замуж по любви, Павел женился по расчету и разорвал отношения тут же, как перестал нуждаться в приданом жены.
Развод все расставил по своим местам: там, где жила любовь, поселились страх и ненависть. И тут вдруг выясняется, что Истомин планирует реконструировать разрушенную им семью.
Удастся ли Насте противостоять напору бывшего мужа, который зачем-то стремится стать будущим?
Сумеет ли Павел возродить в душе Чуда чувства, которые сам же и растоптал?
– Поздравляю! – улыбнулась я, чокаясь с мужем.
– Так что ты мне больше не нужна, Чудо, – заявил Истомин, осушив бокал и стукнув им по столешнице. – И мы разводимся!
Разумеется, о своей беременности в тот вечер я промолчала.
Анастасия Чудова влюблена в Павла Истомина с детства. Но брак с ним не принес ей счастья: Настя вышла замуж по любви, Павел женился по расчету и разорвал отношения тут же, как перестал нуждаться в приданом жены.
Развод все расставил по своим местам: там, где жила любовь, поселились страх и ненависть. И тут вдруг выясняется, что Истомин планирует реконструировать разрушенную им семью.
Удастся ли Насте противостоять напору бывшего мужа, который зачем-то стремится стать будущим?
Сумеет ли Павел возродить в душе Чуда чувства, которые сам же и растоптал?
Выберите полку для книги