Читать книги онлайн бесплатно
— Кирюш, уже скучаю. Надеюсь, она не мучает тебя своими капризами. Ты герой, что до сих пор с ней, помни об этом. Хорошего дня, милый! ❤️
Пишет какая-то Виолетта моему мужу на случайно забытый в спортивной сумке телефон.
А он, в перерывах между восхищением ее внешностью, рассказывает о том, что я, со своим заболеванием, скоро отъеду на тот свет.
— Потерпи, малыш. Скоро вырвусь. Ты же понимаешь, я порядочный. У меня и дочка маленькая и жена одной ногой уже...
Ах так?
Значит, я больна, Кирилл?
Значит, я угасаю?
Муж всегда говорил, что ценит мою рассудительность. Мое спокойствие. Что ж, раз он так хочет быть героем при умирающей жене… я устрою ему этот спектакль.
Раз я для вас труп — пора вставать из гроба.
Пишет какая-то Виолетта моему мужу на случайно забытый в спортивной сумке телефон.
А он, в перерывах между восхищением ее внешностью, рассказывает о том, что я, со своим заболеванием, скоро отъеду на тот свет.
— Потерпи, малыш. Скоро вырвусь. Ты же понимаешь, я порядочный. У меня и дочка маленькая и жена одной ногой уже...
Ах так?
Значит, я больна, Кирилл?
Значит, я угасаю?
Муж всегда говорил, что ценит мою рассудительность. Мое спокойствие. Что ж, раз он так хочет быть героем при умирающей жене… я устрою ему этот спектакль.
Раз я для вас труп — пора вставать из гроба.
— Ты влезла между нами. В щель, которой раньше не было. Теперь он смотрит на меня как на врага. Из-за тебя.
— И самое отвратительное, — шепчет парень, и его дыхание обжигает, — что я понимаю его. Потому что я одержим тобой с той самой минуты, как ты назвала меня трусом. Ненавижу эту одержимость. Ненавижу себя за это. Ненавижу тебя за то, что ты заставила меня это чувствовать.
Он целует меня жадно и коротко, я даже не успеваю вскрикнуть. Но так же быстро отстраняется.
— Почему? — его вопрос похож на стон. — Ты же чувствуешь... Ты ответила мне.
— Я чувствую, — признаюсь я, и голос срывается. — И поэтому не могу. Я не могу делить себя. Не могу быть тем, из-за чего вы...
— Вон, — говорит он тихо, голос снова обретает привычную, мертвенную ровность. — Уходи.
— И самое отвратительное, — шепчет парень, и его дыхание обжигает, — что я понимаю его. Потому что я одержим тобой с той самой минуты, как ты назвала меня трусом. Ненавижу эту одержимость. Ненавижу себя за это. Ненавижу тебя за то, что ты заставила меня это чувствовать.
Он целует меня жадно и коротко, я даже не успеваю вскрикнуть. Но так же быстро отстраняется.
— Почему? — его вопрос похож на стон. — Ты же чувствуешь... Ты ответила мне.
— Я чувствую, — признаюсь я, и голос срывается. — И поэтому не могу. Я не могу делить себя. Не могу быть тем, из-за чего вы...
— Вон, — говорит он тихо, голос снова обретает привычную, мертвенную ровность. — Уходи.
– Так сколько, ты говоришь, твоей дочке? – недовольно прищуривается бывший, переводя взгляд с меня на малышку.
Внутренне сжимаюсь, как перед надвигающейся катастрофой.
Он не спрашивал, а я не уточняла. И Ян сделал вывод, что Аля от моего мужа, с которым у меня никогда ничего и не было.
– Год… – мямлю в ответ робко.
Он же сам меня бросил, к чему теперь этот допрос?
– Год и… – разводит руками. – Ну, Насть, договаривай?
– И три месяца, – сама подписываю себе приговор.
Муж выгнал меня, когда понял, что я не отвечу ему взаимностью. Выгнал в ночь, в метель, с маленьким ребёнком на руках.
И если бы не бывший, который нашёл нас, мы бы просто замёрзли насмерть.
Я теперь обязана ему своей жизнь и жизнью дочки.
Нашей дочки, о которой он ничего не знал…
Внутренне сжимаюсь, как перед надвигающейся катастрофой.
Он не спрашивал, а я не уточняла. И Ян сделал вывод, что Аля от моего мужа, с которым у меня никогда ничего и не было.
– Год… – мямлю в ответ робко.
Он же сам меня бросил, к чему теперь этот допрос?
– Год и… – разводит руками. – Ну, Насть, договаривай?
– И три месяца, – сама подписываю себе приговор.
Муж выгнал меня, когда понял, что я не отвечу ему взаимностью. Выгнал в ночь, в метель, с маленьким ребёнком на руках.
И если бы не бывший, который нашёл нас, мы бы просто замёрзли насмерть.
Я теперь обязана ему своей жизнь и жизнью дочки.
Нашей дочки, о которой он ничего не знал…
Я открыла дверь — на кухне смех. Муж за столом. Вино. Женщина напротив. Я сначала решила — клиентка. Муж адвокат. Клиентка празднует свою скорую победу.
— Поздно работаете, — сказала я.
Она посмотрела на меня спокойно.
— Мы не работаем.
Я перевела взгляд на мужа.
— А что тогда?
Он раздражённо выдохнул.
— Лея, это моя новая женщина. А с тобой мы разводимся.
Женщина не отвела глаз. Сидела и изучала меня, как будто ждала слёз. И в этот момент я поняла, с кем прожила столько лет. А потом оказалось, что она не одна. Просто первая из любовниц, кого я увидела.
Он думал, что я буду умолять меня не бросать? Он сильно ошибся.
— Поздно работаете, — сказала я.
Она посмотрела на меня спокойно.
— Мы не работаем.
Я перевела взгляд на мужа.
— А что тогда?
Он раздражённо выдохнул.
— Лея, это моя новая женщина. А с тобой мы разводимся.
Женщина не отвела глаз. Сидела и изучала меня, как будто ждала слёз. И в этот момент я поняла, с кем прожила столько лет. А потом оказалось, что она не одна. Просто первая из любовниц, кого я увидела.
Он думал, что я буду умолять меня не бросать? Он сильно ошибся.
— Петенька, это тебе подарок, от нас с папой. – щебетала любовница мужа. – Твой любимый торт!
— Петя, иди к учительнице, — сказала я спокойно, забирая коробку.
Сын с облегчением кивнул и убежал. Я осталась одна напротив этих двоих.
— Вера, не начинай, — предупредил Костя. — Мы просто хотели порадовать ребёнка.
— Он был бы очень рад, если бы ты не явился на праздник с любовницей, – открыла коробку. Торт был огромный, красивый, с шоколадными завитушками и вишенками. Пахло от него божественно.
— Дорогуша, я не любовница... – договорить эта девица не успела.
Я со всей силы залепила тортом прямо в её накрашенное личико.
Крем брызнул во все стороны. Шоколадные завитушки прилипли к волосам. Вишенка упала за декольте. Алиса замерла на секунду, не веря, что это произошло, а потом заорала так, что, наверное, в соседнем квартале услышали.
— А-а-а-а! — визжала она, размазывая крем по лицу. — Кретинка! Твоя жена испортила мое платье! Это PRADA! Костя! Костя сделай что-нибудь
— Петя, иди к учительнице, — сказала я спокойно, забирая коробку.
Сын с облегчением кивнул и убежал. Я осталась одна напротив этих двоих.
— Вера, не начинай, — предупредил Костя. — Мы просто хотели порадовать ребёнка.
— Он был бы очень рад, если бы ты не явился на праздник с любовницей, – открыла коробку. Торт был огромный, красивый, с шоколадными завитушками и вишенками. Пахло от него божественно.
— Дорогуша, я не любовница... – договорить эта девица не успела.
Я со всей силы залепила тортом прямо в её накрашенное личико.
Крем брызнул во все стороны. Шоколадные завитушки прилипли к волосам. Вишенка упала за декольте. Алиса замерла на секунду, не веря, что это произошло, а потом заорала так, что, наверное, в соседнем квартале услышали.
— А-а-а-а! — визжала она, размазывая крем по лицу. — Кретинка! Твоя жена испортила мое платье! Это PRADA! Костя! Костя сделай что-нибудь
— Врачи подтвердили, — произносит он. — Ты не можешь иметь детей.
Я киваю. Автоматически. Тело реагирует раньше разума — как при резком торможении: мышцы напрягаются, внутри всё съезжает вперёд и бьётся о лобовое стекло.
А, почему не мы? Почему, только я?
Мы с Каримом сидим за столом. На мне домашнее платье, на нём — белая рубашка, рукава закатаны, часы блестят. Ужин остывает. Я ещё надеюсь, что он скажет что-то другое. Что более одушевляющее.
— Это не приговор, — зачем-то говорю я. — Сейчас медицина… ЭКО… лечение… мы же кроме естественного процесса больше ничего не пробовали!
Я говорю быстро. Слишком. Слова высыпаются, как мелочь из дырявого кармана. Я хватаюсь за них, потому что, если остановлюсь — просто грохнусь сейчас на пол.
Муж смотрит на меня внимательно. Без какой-либо злости. Или жалости. Так смотрят на что-то малозначимую чепуху.
— Мне нужен наследник, Алия, — отвечает он. — Я ждал достаточно.
Я хочу спросить: А я тебе нужна?
Но не спрашиваю. Потому что ответ я уже
Я киваю. Автоматически. Тело реагирует раньше разума — как при резком торможении: мышцы напрягаются, внутри всё съезжает вперёд и бьётся о лобовое стекло.
А, почему не мы? Почему, только я?
Мы с Каримом сидим за столом. На мне домашнее платье, на нём — белая рубашка, рукава закатаны, часы блестят. Ужин остывает. Я ещё надеюсь, что он скажет что-то другое. Что более одушевляющее.
— Это не приговор, — зачем-то говорю я. — Сейчас медицина… ЭКО… лечение… мы же кроме естественного процесса больше ничего не пробовали!
Я говорю быстро. Слишком. Слова высыпаются, как мелочь из дырявого кармана. Я хватаюсь за них, потому что, если остановлюсь — просто грохнусь сейчас на пол.
Муж смотрит на меня внимательно. Без какой-либо злости. Или жалости. Так смотрят на что-то малозначимую чепуху.
— Мне нужен наследник, Алия, — отвечает он. — Я ждал достаточно.
Я хочу спросить: А я тебе нужна?
Но не спрашиваю. Потому что ответ я уже
🔥КНИГА ЗАВЕРШЕНА! 🔥
🔥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!🔥
— Мой муж сегодня... я застукала его. С другой девушкой. На рабочем месте. Прямо у него в кабинете…
— Ты уверена, что у него это впервые? — спрашивает Глеб. Голос все такой же ровный, без осуждения.
Я вздрагиваю.
— Я... не знаю, — мысль пробивается сквозь туман боли. — Господи. А вдруг это не впервые?
— Скорее всего, — говорит он спокойно и делает глоток. — Люди не начинают со снятия стресса на рабочем месте. Это приходит, когда уже притерлись. Когда чувствуют себя безнаказанными. Чтобы повысить дозу адреналина в крови.
Его слова, как пощечина. Но странным образом они отрезвляют.
— Я надеюсь, что ты не упустила момент и сняла это? — спрашивает он.
Пока я строила планы на наше общее будущее, муж строил отношения на стороне и изменял. Он явно не ожидал, что правда выйдет наружу. Ну держись, милый, скоро ты ответишь за все сполна!
🔥ПЕРВЫЕ ДНИ МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!🔥
— Мой муж сегодня... я застукала его. С другой девушкой. На рабочем месте. Прямо у него в кабинете…
— Ты уверена, что у него это впервые? — спрашивает Глеб. Голос все такой же ровный, без осуждения.
Я вздрагиваю.
— Я... не знаю, — мысль пробивается сквозь туман боли. — Господи. А вдруг это не впервые?
— Скорее всего, — говорит он спокойно и делает глоток. — Люди не начинают со снятия стресса на рабочем месте. Это приходит, когда уже притерлись. Когда чувствуют себя безнаказанными. Чтобы повысить дозу адреналина в крови.
Его слова, как пощечина. Но странным образом они отрезвляют.
— Я надеюсь, что ты не упустила момент и сняла это? — спрашивает он.
Пока я строила планы на наше общее будущее, муж строил отношения на стороне и изменял. Он явно не ожидал, что правда выйдет наружу. Ну держись, милый, скоро ты ответишь за все сполна!
– Папа! – по двору разносится детский крик.
Земля уходит из-под ног. Детский вскрик клеймом, выжигает на сердце слово «папа». Слеза течет по бесчувственному, онемевшему лицу.
Перед глазами все размыто, но я вижу, как с площадки к Яну срывается маленькая девочка. Ей годика три или меньше. Светлые волосы чуть ниже плеч развиваются легкими шелковыми нитями. Она спешит к… папе. В розовом милом платьице до колен. Боже… Опускаю глаза, проглатывая ком в горле.
Ян подхватывает крошку как пушинку, закручивая в вальсе и подбрасывая до небес. Задорный звонкий детский смех для меня как звук бьющегося тонкого стекла.
Так больно в груди… так больно. Кто же я теперь? Как меня назвать? Горько усмехаюсь.
– Ян! – она идет к моему… к Яну и машет рукой.
– Мама! – вскрикивает девочка. – Папа тут! – радостно кричит она на своем детском языке.
Мама, папа, дочь… В голове вихрем закручивается торнадо из мыслей, но все сводится к одному – они его семья. Настоящая! А я беременная, не пойми кто…
Земля уходит из-под ног. Детский вскрик клеймом, выжигает на сердце слово «папа». Слеза течет по бесчувственному, онемевшему лицу.
Перед глазами все размыто, но я вижу, как с площадки к Яну срывается маленькая девочка. Ей годика три или меньше. Светлые волосы чуть ниже плеч развиваются легкими шелковыми нитями. Она спешит к… папе. В розовом милом платьице до колен. Боже… Опускаю глаза, проглатывая ком в горле.
Ян подхватывает крошку как пушинку, закручивая в вальсе и подбрасывая до небес. Задорный звонкий детский смех для меня как звук бьющегося тонкого стекла.
Так больно в груди… так больно. Кто же я теперь? Как меня назвать? Горько усмехаюсь.
– Ян! – она идет к моему… к Яну и машет рукой.
– Мама! – вскрикивает девочка. – Папа тут! – радостно кричит она на своем детском языке.
Мама, папа, дочь… В голове вихрем закручивается торнадо из мыслей, но все сводится к одному – они его семья. Настоящая! А я беременная, не пойми кто…
— Я оставляю сына вам. Он Орлов и заслуживает лучшего,— перечитываю записку.
Орлов —фамилия моего мужа. А это значит мальчик его сын. Сдавленно всхлипываю и малыш просыпается. Смотрит на меня удивленно своими огромными карими глазами. Такими же, как у отца.
Дрожащими пальцами беру переноску и вношу в дом. Зима, холодно, ребенок может простыть. Ставлю ее на стол в гостиной, за которым муж ужинает.
— Это тебе,— из меня вырывается всхлип,— твой сын, которого бракованная жена не смогла родить! Зато другая смогла!
—Сима, он не мой,— муж бледнеет и вскакивает на ноги.
Как есть, в домашнем платье выскакиваю на улицу. Я больше ни минуты рядом с изменщиком не проведу!
—Сима, вернись! — Летит мне в спину разъяренно. Делаю всего несколько шагов по запорошённому снегом крыльцу, когда Демьян успевает меня перехватить.
—Пусти!
—Нет! —Рявкает Демьян авторитарно и затаскивает обратно в дом. Захлопывает дверь перед моим носом. — В горе и в радости, Серафима. Ты моя жена и останешься здесь!
Орлов —фамилия моего мужа. А это значит мальчик его сын. Сдавленно всхлипываю и малыш просыпается. Смотрит на меня удивленно своими огромными карими глазами. Такими же, как у отца.
Дрожащими пальцами беру переноску и вношу в дом. Зима, холодно, ребенок может простыть. Ставлю ее на стол в гостиной, за которым муж ужинает.
— Это тебе,— из меня вырывается всхлип,— твой сын, которого бракованная жена не смогла родить! Зато другая смогла!
—Сима, он не мой,— муж бледнеет и вскакивает на ноги.
Как есть, в домашнем платье выскакиваю на улицу. Я больше ни минуты рядом с изменщиком не проведу!
—Сима, вернись! — Летит мне в спину разъяренно. Делаю всего несколько шагов по запорошённому снегом крыльцу, когда Демьян успевает меня перехватить.
—Пусти!
—Нет! —Рявкает Демьян авторитарно и затаскивает обратно в дом. Захлопывает дверь перед моим носом. — В горе и в радости, Серафима. Ты моя жена и останешься здесь!
— Что здесь происходит?! — за спиной медсестры раздается грозный низкий голос.
Девушка разворачивается, и я вижу за ней мужчину в деловом костюме, в накинутом на плечи белом халате.
— Здравствуйте, Герман Денисович… — теряется медсестра.
Я сижу абсолютно спокойно и продолжаю кормить второго малыша. Мужчина долго смотрит на нас. В глазах стоят слезы. В нем сейчас плещется боль, страдание и сильная любовь, и…благодарность.
— Он ест? — наконец выдыхает он.
Я отдаю медсестре сытого младенца и беру второго. Он тут же принимается за дело. Отец мальчиков берет на руки сытого сынишку и нежно смотрит на него.
— Они хорошо кушают грудь. И им трудно будет подобрать смесь, — отвечаю я тихо.
— Вы, — он обращает на меня строгий взгляд карих глаз. — Едете со мной. Я заплачу любые деньги. Пожалуйста.
Я опускаю голову, не зная, что делать. Мне очень хочется помочь этим крохам, которые так рано остались без мамы. Да и я к ним привязалась. Но нужна ли такая кормилица, у которой свой младенец?
Девушка разворачивается, и я вижу за ней мужчину в деловом костюме, в накинутом на плечи белом халате.
— Здравствуйте, Герман Денисович… — теряется медсестра.
Я сижу абсолютно спокойно и продолжаю кормить второго малыша. Мужчина долго смотрит на нас. В глазах стоят слезы. В нем сейчас плещется боль, страдание и сильная любовь, и…благодарность.
— Он ест? — наконец выдыхает он.
Я отдаю медсестре сытого младенца и беру второго. Он тут же принимается за дело. Отец мальчиков берет на руки сытого сынишку и нежно смотрит на него.
— Они хорошо кушают грудь. И им трудно будет подобрать смесь, — отвечаю я тихо.
— Вы, — он обращает на меня строгий взгляд карих глаз. — Едете со мной. Я заплачу любые деньги. Пожалуйста.
Я опускаю голову, не зная, что делать. Мне очень хочется помочь этим крохам, которые так рано остались без мамы. Да и я к ним привязалась. Но нужна ли такая кормилица, у которой свой младенец?
Книги онлайн читать скачать слушать
Выберите полку для книги
Литмаркет - книжный портал самиздата с тысячами книг
Онлайн библиотека в которой сами писатели выкладывают свои произведения. Лучшая проза, фантастика и фэнтези, многие другие романы, большинство из них бесплатны. Чтение возможно онлайн, как регистрацией так и без. Декламаторы озвучивают книги, давая возможность прослушивать их онлайн. Выборки по жанрам, топам, поиску, завершенности, циклам, тысячам тэгов, сериям, возможностью скачивания, авторам, размеру книг, формату, популярности, виду монетизации, новинкам и топам лучших. Живое общение с авторами, многочисленные комментарии, авторские блоги, озвучка от лучших декламаторов, чтение онлайн, скачивание.
В электронной библиотеке Литмаркет, можно читать книги как полностью, так и в процессе написания. Есть завершенные романы, с опцией скачивания - как бесплатно так и платные произведения. Скачивание в форматах фб2 и epub. Покупайте книги по подписке либо читайте ознакомительные отрывки. Слушайте аудиокниги, в скором появится возможность скачивания аудиокниг. Портал запоминает месте где вы остановились. Есть взможность ускорить воспроизведение. Сайт адаптивный, вы свободно можете читать онлайн либо слушать аудиокниги с телефона. На портале вы можете найти книги популярных жанров:
- читать фэнтези, книги о любви
- фантастика, магические романы
- любовные романы, Магия и приключения
- попаданцы, Хоррор
- популярные книги (детективы, приключения, исторические и др), книги о войне
- самые популярные аудиокниги, попаданцы
Аудиоплеер позволяет слушать онлайн. Библиотека хранит купленные книги, отложенные для будущего прочтения, а так же является фильтром для произведений которые вам не понравились. Авторы и состоявшиеся писатели могут продавать свои романы без всякого коммерческого статуса. Вы легко можете опубликовать электронные и аудиокниги.