Книги в жанре «Драма» по тегу «ochen-emotsionalno»
— Света, хватит накручивать себя. Между нами ничего нет . У Алины есть муж, — убеждал меня муж.
А через неделю…
— Тетя Света, пойдемте со мной, — взволнованно тянет меня в ванную Ася, дочка друзей.
— Что случилось?
— Тёте Алине плохо, она странно кричит … Дядя Коля делает с ней что-то плохое…
— Ничего страшного, малышка, иди за стол, они просто в игру такую играют. Игру для взрослых, — отворачиваясь, говорю я. Девочка не должна видеть мои слёзы…
Если бы Алина была блондинкой, то нас бы легко можно было принять за сестер-близняшек. Только мне сорок, а ей едва исполнилось тридцать… Она — моя копия. Она — мой враг.
А через неделю…
— Тетя Света, пойдемте со мной, — взволнованно тянет меня в ванную Ася, дочка друзей.
— Что случилось?
— Тёте Алине плохо, она странно кричит … Дядя Коля делает с ней что-то плохое…
— Ничего страшного, малышка, иди за стол, они просто в игру такую играют. Игру для взрослых, — отворачиваясь, говорю я. Девочка не должна видеть мои слёзы…
Если бы Алина была блондинкой, то нас бы легко можно было принять за сестер-близняшек. Только мне сорок, а ей едва исполнилось тридцать… Она — моя копия. Она — мой враг.
Анна Петрова думала, что её жизнь выстроена как идеальный проект: любимый мужчина, работа, друзья, привычные улицы Петербурга. Но один неожиданный поворот — и привычный мир рушится, оставляя после себя только дождь, недосказанности и… билет в один конец.
В Париже Анна начинает всё с нуля — строит новую карьеру, заводит знакомства, учится снова доверять себе. Но прошлое не сдаётся без боя. Письмо из Петербурга и случайная встреча с человеком, который слишком многое знает, возвращают её к вопросам, от которых она бежала.
Что было правдой, а что — искусно подстроенной ложью? И сможет ли Анна, разобравшись в чужой измене, не предать саму себя?
Это история о том, как предательство может стать отправной точкой, а чужая ложь — началом собственной правды. О мостах, которые мы разрушаем, и тех, что всё-таки решаем перейти.
Для тех, кто готов рискнуть и переписать свою жизнь — даже если придётся начать с пустого листа.
В Париже Анна начинает всё с нуля — строит новую карьеру, заводит знакомства, учится снова доверять себе. Но прошлое не сдаётся без боя. Письмо из Петербурга и случайная встреча с человеком, который слишком многое знает, возвращают её к вопросам, от которых она бежала.
Что было правдой, а что — искусно подстроенной ложью? И сможет ли Анна, разобравшись в чужой измене, не предать саму себя?
Это история о том, как предательство может стать отправной точкой, а чужая ложь — началом собственной правды. О мостах, которые мы разрушаем, и тех, что всё-таки решаем перейти.
Для тех, кто готов рискнуть и переписать свою жизнь — даже если придётся начать с пустого листа.
Анонимное письмо об измене мужа переворачивает жизнь Ксении, заставляя ее усомниться в верности любимого мужчины.
Всего две строчки – “Ваш муж любит другую женщину. Ваш друг.” – рушат доверие, обнажают страхи и подозрения, которые, возможно, жили в душе давно.
Нет подписи, нет доказательств – только холодный ужас и вопросы.
Но главное – не сам факт возможной измены, а осознание: она уже давно об этом думает.
Только теперь еще кто-то играет на ее страхах.
Кому это выгодно? И что она готова сделать, чтобы узнать правду?..
Всего две строчки – “Ваш муж любит другую женщину. Ваш друг.” – рушат доверие, обнажают страхи и подозрения, которые, возможно, жили в душе давно.
Нет подписи, нет доказательств – только холодный ужас и вопросы.
Но главное – не сам факт возможной измены, а осознание: она уже давно об этом думает.
Только теперь еще кто-то играет на ее страхах.
Кому это выгодно? И что она готова сделать, чтобы узнать правду?..
Тогда он посмотрел на меня. И в его глазах — в этих карих глазах, в которые я влюблялась каждое утро вот уже пятнадцать лет — я увидела пустоту. Не злость, не боль, не сожаление. Пустоту.
— У меня есть другая.
Два слова. На этот раз всего два слова, но они прозвучали как выстрел в упор.
Я ощутила, как кровь отхлынула от лица. Мир вокруг поплыл, и я схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Очки снова съехали, и без них лицо Михаила превратилось в размытое пятно.
— Кто? — выдохнула я.
— Елена.
Я всегда знала. В глубине души, в том месте, куда страшно заглядывать, я всегда знала.
— Как долго? — Мой голос звучал почти спокойно. Удивительно, на что способен человек, когда его мир разваливается на части.
— Полгода.
Полгода. Пока я носила под сердцем нашего сына — того малыша, о котором мы мечтали семь лет, — мой муж спал с другой женщиной.
— У меня есть другая.
Два слова. На этот раз всего два слова, но они прозвучали как выстрел в упор.
Я ощутила, как кровь отхлынула от лица. Мир вокруг поплыл, и я схватилась за спинку кровати, чтобы не упасть. Очки снова съехали, и без них лицо Михаила превратилось в размытое пятно.
— Кто? — выдохнула я.
— Елена.
Я всегда знала. В глубине души, в том месте, куда страшно заглядывать, я всегда знала.
— Как долго? — Мой голос звучал почти спокойно. Удивительно, на что способен человек, когда его мир разваливается на части.
— Полгода.
Полгода. Пока я носила под сердцем нашего сына — того малыша, о котором мы мечтали семь лет, — мой муж спал с другой женщиной.
Я, как в бреду, как в тумане, пыталась отшатнуться, но не смогла, мои руки коснулись его сильных плеч, губы слились в единое целое. Это был взрыв, самый настоящий взрыв. Я, и, наверное, он, понимали оба что мы совершаем ошибку, что это их с Аленой дом, что это грех, но было поздно. Мы не могли остановиться. Ни я ни он. Его губы все сильнее впивались в мои, руки бродили вдоль моего тела, заставляя меня забыть обо всем, заставляя меня полностью раствориться в нем, в мужчине которого я полюбила, кажется, как только впервые увидела, и уже не могла ни жить без него, не дышать. Внутри все кипело, тело горело от его сильных рук, которые умело ласкали меня, только в его руках, я растворялась и отдавалась полностью чувствам, только с ним, я становилась сама собой.
- Яна! Глупая моя девочка! Как я скучал, ты даже себе представить не можешь! Волком выл по тебе!
Слеза падает с моих ресниц, прямо мне на щеку, но он, тут же не сводя с меня глаз, слизывает ее.
- Не гони меня больше от себя никогда, прошу!
Руки Артема до боли сжали мою грудь. Я застонала не в силах сдерживаться.
- Никогда не прогоню, клянусь! Больше никогда не прогоню от себя, девочка!
Его губы завладевают моим ртом, а мне вновь становится нечем дышать, я вдыхаю его запах и опять схожу с ума, с ума от осознания что сейчас, он рядом, он мой, мой и больше ничей…
Слеза падает с моих ресниц, прямо мне на щеку, но он, тут же не сводя с меня глаз, слизывает ее.
- Не гони меня больше от себя никогда, прошу!
Руки Артема до боли сжали мою грудь. Я застонала не в силах сдерживаться.
- Никогда не прогоню, клянусь! Больше никогда не прогоню от себя, девочка!
Его губы завладевают моим ртом, а мне вновь становится нечем дышать, я вдыхаю его запах и опять схожу с ума, с ума от осознания что сейчас, он рядом, он мой, мой и больше ничей…
— Я хочу вернуться, Кира. Попробовать всё заново. Быть семьей.
— Семьей? — горько усмехаюсь я. — Ты опоздал, Лев.
Муж ушел полтора года назад к любовнице. Оставил меня одну после аварии. Слепую, с детьми, с долгами и болью.
Я научилась выживать в абсолютной темноте. Ради детей.
Но всё рушится в одну секунду, когда он возвращается, как ни в чем не бывало, а сын занимает его сторону.
— Да пусть папа остается с нами! Я только рад буду!
Сын готов простить отца. А я не готова давать шанс предателю, который сломал нам жизнь и лишил меня зрения.
— Семьей? — горько усмехаюсь я. — Ты опоздал, Лев.
Муж ушел полтора года назад к любовнице. Оставил меня одну после аварии. Слепую, с детьми, с долгами и болью.
Я научилась выживать в абсолютной темноте. Ради детей.
Но всё рушится в одну секунду, когда он возвращается, как ни в чем не бывало, а сын занимает его сторону.
— Да пусть папа остается с нами! Я только рад буду!
Сын готов простить отца. А я не готова давать шанс предателю, который сломал нам жизнь и лишил меня зрения.
– Поздно, курочка. – Усмехается. – И раз правда вскрылась таким неожиданным образом...В общем, родишь моего сына и напишешь на него отказную.
– Только в параллельной жизни, понял?! – Плюю каждое слово в его холёную физиономию. – Савелий мой сын! Мой! А ты с этой секунды всего лишь лялькабанк!!!
– Слушай, идиотка, – Димуля озирается по сторонам и меня к металлическому столбу придавливает, – ты же картонка. Плоская, никакущая, безликая. Я женился на тебе, потому что выбора не было.
Бедненький несчастный мужичок. "Еще маме поплачься" - подумала про себя и кто же знал, что именно так он и поступит...
– Только в параллельной жизни, понял?! – Плюю каждое слово в его холёную физиономию. – Савелий мой сын! Мой! А ты с этой секунды всего лишь лялькабанк!!!
– Слушай, идиотка, – Димуля озирается по сторонам и меня к металлическому столбу придавливает, – ты же картонка. Плоская, никакущая, безликая. Я женился на тебе, потому что выбора не было.
Бедненький несчастный мужичок. "Еще маме поплачься" - подумала про себя и кто же знал, что именно так он и поступит...
– Я беременна от твоего мужа, – нагло заявила незнакомка в телефоне.
– Вы ошиблись номером, – хмыкнула я, уверенная в верности своего мужа.
– У нас с ним роман, – резким, недружелюбным голосом добавила девушка. – Уже давно. Я на восьмом месяце беременности. И мне надоело ждать, когда Костя наберётся смелости от тебя уйти!
Костя... так звали моего мужа.
Нет, я не поверила ей. Но сомнения заставили меня проверить компьютер мужа, в котором обнаружились любовные переписки и фотографии.
Сначала я подумала, что жизнь кончена.
Но потом решила, что нет! Я не позволю какому-то идиоту поставить на мне крест!
Мы разведёмся, а потом я отомщу ему так, что он поседеет и будет на коленях умолять меня вернуться.
– Вы ошиблись номером, – хмыкнула я, уверенная в верности своего мужа.
– У нас с ним роман, – резким, недружелюбным голосом добавила девушка. – Уже давно. Я на восьмом месяце беременности. И мне надоело ждать, когда Костя наберётся смелости от тебя уйти!
Костя... так звали моего мужа.
Нет, я не поверила ей. Но сомнения заставили меня проверить компьютер мужа, в котором обнаружились любовные переписки и фотографии.
Сначала я подумала, что жизнь кончена.
Но потом решила, что нет! Я не позволю какому-то идиоту поставить на мне крест!
Мы разведёмся, а потом я отомщу ему так, что он поседеет и будет на коленях умолять меня вернуться.
– Папа! Купи мне эту игрушку! - капризно протягивает малыш.
Я оборачиваюсь и вижу своего мужа с малышом на руках.
Герман? Ты же сейчас должен лететь в самолете!
– Конечно, - соглашается мой муж, - все, что пожелаешь.
Его ласковый тон разбивает внутри меня все живое.
– Ну, что? Выбрали? - подходит эффектная брюнетка к моему мужу и целует в щечки малыша.
Я оборачиваюсь и вижу своего мужа с малышом на руках.
Герман? Ты же сейчас должен лететь в самолете!
– Конечно, - соглашается мой муж, - все, что пожелаешь.
Его ласковый тон разбивает внутри меня все живое.
– Ну, что? Выбрали? - подходит эффектная брюнетка к моему мужу и целует в щечки малыша.
Подборка эмоциональных драм
Выберите полку для книги