Книги в жанре «Эротика» по тегу «erotika-chitat-besplatno»
— Мужчина, я вся горю!
— Вижу… — отозвался стриженый почти что наголо тип с лицом, с которого впору было бы истуканов для острова Пасхи ваять.
Танк, а не человек. Бронетранспортёр. Или этот… как его? Во: брандспойт пожарный!
***
Мужчина, с которым Соня прожила вполне семейно больше года, заявил ей, что скоро женится на "правильной" девушке, а саму Соню готов оставить любовницей. Был, понятно, тут же послан во всем известном направлении, но... дальше-то как?! Настроение — ниже плинтуса, а ведь на дворе 8-е марта! И даже приехавшие утешить и поддержать Соню ее лучшие подружки — Дунька и Валя — теми еще щучками оказались: подбили на дурацкий спор, и теперь Соня должна сказать дебильную фразу "Мужчина, я вся горю!" здоровенному пожарному, которого видит впервые в жизни... И ладно бы только это, но ведь еще и кое-что другое сделать придется!
— Вижу… — отозвался стриженый почти что наголо тип с лицом, с которого впору было бы истуканов для острова Пасхи ваять.
Танк, а не человек. Бронетранспортёр. Или этот… как его? Во: брандспойт пожарный!
***
Мужчина, с которым Соня прожила вполне семейно больше года, заявил ей, что скоро женится на "правильной" девушке, а саму Соню готов оставить любовницей. Был, понятно, тут же послан во всем известном направлении, но... дальше-то как?! Настроение — ниже плинтуса, а ведь на дворе 8-е марта! И даже приехавшие утешить и поддержать Соню ее лучшие подружки — Дунька и Валя — теми еще щучками оказались: подбили на дурацкий спор, и теперь Соня должна сказать дебильную фразу "Мужчина, я вся горю!" здоровенному пожарному, которого видит впервые в жизни... И ладно бы только это, но ведь еще и кое-что другое сделать придется!
Светлые боги ждут от Далита решительных действий. Он должен поспешить и вернуть Габриэль на путь света. Проблема в том, что, став любимицей Ллос, Габриэль даже не думает менять вектор развития. Она предана война, которую хочет развязать темная богиня, и теперь перед ней стоит важная задача, сплотить темных эльфов под новым знаменем, в то время как Далит мучается от своей любви к строптивой попаданке, которая никак не хочет падать в его объятия.
- А, вот и наша мама прибыла! – едва успеваю выйти из такси, как на меня набрасывается Грызунов. – Ничего не хочешь мне рассказать?!
Босс грубо хватает меня за предплечье и тянет на себя.
- Ч-что Вам нужно? – как же страшно, когда его искажённое злостью лицо, так близко!
- Это вам с сыночком, что от меня нужно?! Мелодрам на пенсии насмотрелась? В голову песок ударился? – шипит он.
- Как-кой песок…
-Тот, который из твоей пятой точки сыпется!
- Вы помешались? – пытаюсь оттолкнуть неандертальца.
- Я в своём уме! А, вот, ты, Лиса, когда сыну врала, что Грызунов его папа, на что рассчитывала?
- Пусти, гад! Больно! – с силой наступаю ему на ногу.
От неожиданности он отдёргивает руку и отступает назад.
- Костюмированную вечеринку, помнишь? – смотрю на него, не мигая.
В его глазах вспыхивает что-то, похожее на испуг. Он резко отворачивается, проводит рукой по своим волосам, ото лба к затылку.
- Не может быть, чтобы это была ты?!
Босс грубо хватает меня за предплечье и тянет на себя.
- Ч-что Вам нужно? – как же страшно, когда его искажённое злостью лицо, так близко!
- Это вам с сыночком, что от меня нужно?! Мелодрам на пенсии насмотрелась? В голову песок ударился? – шипит он.
- Как-кой песок…
-Тот, который из твоей пятой точки сыпется!
- Вы помешались? – пытаюсь оттолкнуть неандертальца.
- Я в своём уме! А, вот, ты, Лиса, когда сыну врала, что Грызунов его папа, на что рассчитывала?
- Пусти, гад! Больно! – с силой наступаю ему на ногу.
От неожиданности он отдёргивает руку и отступает назад.
- Костюмированную вечеринку, помнишь? – смотрю на него, не мигая.
В его глазах вспыхивает что-то, похожее на испуг. Он резко отворачивается, проводит рукой по своим волосам, ото лба к затылку.
- Не может быть, чтобы это была ты?!
Меня выдернули из дома среди ночи, как мешок картошки. Клык сказал: «Отработаешь — отпустим». Бабушкин дом спалили дотла, а меня швыряли в «буханке» по ухабам, и я уже не надеялась увидеть рассвет. А потом из темноты вышел он. Барс. Тот самый волк с трассы, с холодными глазами и наглой усмешкой. Разбросал моих похитителей, как котят, и бросил: «Садись в джип. Не вздумай спорить».
Я сижу в его машине, пахнущей кожей и табаком, и шиплю сквозь зубы:
— Ты кто вообще такой?
— Руслан. Для своих — Барс. А ты — проблема на мою голову. Но раз уж спас, значит, моя.
Я сжимаю кулаки. Смотрю на его профиль, выхваченный фарами встречных машин, и чувствую, как внутри закипает злость. И что-то ещё, чему я боюсь дать имя.
Моя? Посмотрим, Барс. Посмотрим, кто кого приручит.
Я сижу в его машине, пахнущей кожей и табаком, и шиплю сквозь зубы:
— Ты кто вообще такой?
— Руслан. Для своих — Барс. А ты — проблема на мою голову. Но раз уж спас, значит, моя.
Я сжимаю кулаки. Смотрю на его профиль, выхваченный фарами встречных машин, и чувствую, как внутри закипает злость. И что-то ещё, чему я боюсь дать имя.
Моя? Посмотрим, Барс. Посмотрим, кто кого приручит.
Отпуск мечты: межгалактический лайнер, пункт назначения — курортная планета с лазурным морем и бархатным песком. Мира хотела только одного — забыть о земных проблемах и раствориться в неге нулевой гравитации. Но её планы рушатся в первый же день, когда она по ошибке попадает на капитанский мостик.
Взгляд двух пар глаз прожигает её насквозь. Кайл — воплощение ледяного спокойствия и строгой дисциплины, его воля — закон для экипажа. Алекс — дерзкий и непредсказуемый, привыкший брать от жизни всё. Оба — капитаны этого корабля, и оба не привыкли делить власть. Но, увидев Миру, они мгновенно заключают перемирие, чтобы заполучить не просто пассажирку, а трофей.
Жара на корабле нарастает с каждой секундой. Теперь Мире предстоит решить, сможет ли она выдержать температуру, которую способны создать два властных мужчины, и готова ли она к путешествию, которое перевернет её представление о наслаждении. Ведь до планеты ещё лететь...
Взгляд двух пар глаз прожигает её насквозь. Кайл — воплощение ледяного спокойствия и строгой дисциплины, его воля — закон для экипажа. Алекс — дерзкий и непредсказуемый, привыкший брать от жизни всё. Оба — капитаны этого корабля, и оба не привыкли делить власть. Но, увидев Миру, они мгновенно заключают перемирие, чтобы заполучить не просто пассажирку, а трофей.
Жара на корабле нарастает с каждой секундой. Теперь Мире предстоит решить, сможет ли она выдержать температуру, которую способны создать два властных мужчины, и готова ли она к путешествию, которое перевернет её представление о наслаждении. Ведь до планеты ещё лететь...
Сава начал ухаживать за Машей еще в школе, но его ревность подчас переходила границы, и девушка бросила неуравновешенного кавалера.
Через четыре года судьба свела их вновь на дикой тропе в Сибири. Бывший повзрослел и, кажется, стал еще опаснее, а смотрит так, будто видит девушку насквозь. Машу от одного его вида бросает в дрожь…
Кто теперь для нее Сава, защитник или враг?
Через четыре года судьба свела их вновь на дикой тропе в Сибири. Бывший повзрослел и, кажется, стал еще опаснее, а смотрит так, будто видит девушку насквозь. Машу от одного его вида бросает в дрожь…
Кто теперь для нее Сава, защитник или враг?
- Ты станешь моей женой, - рычит мужчина, и его взгляд, наполненный ненавистью, обрушивается на меня. - И я буду играть с тобой до тех пор, пока не сломаю, - обещает Громов.
- Я не выйду за вас! – выдыхаю испуганно.
- Ты же не хочешь, чтобы жизнь твоей мамы превратилась в ад? – заявляет он, а у меня от страха мурашки ползут по спине.
Громов Илья – холодный, жестокий и опасный человек.
Он привык ломать людей. Наши отцы заклятые враги. Громов решил сделать меня своей женой, чтобы отобрать земли, которые мне достались в наследство от отца.
- Я не выйду за вас! – выдыхаю испуганно.
- Ты же не хочешь, чтобы жизнь твоей мамы превратилась в ад? – заявляет он, а у меня от страха мурашки ползут по спине.
Громов Илья – холодный, жестокий и опасный человек.
Он привык ломать людей. Наши отцы заклятые враги. Громов решил сделать меня своей женой, чтобы отобрать земли, которые мне достались в наследство от отца.
С подносом в руках я вернулся в спальню. Толкнул дверь ногой и… замер.
Комната была пуста. Кровать аккуратно застелена, будто никто на ней и не спал. Ни следа Василисы. Только на подушке лежала сложенная записка. Я поставил поднос на тумбочку и развернул листок.
Аккуратный, красивый почерк:
«Спасибо. Это была разовая акция!!!»
Внутри что‑то взорвалось. Кровь ударила в виски, руки затряслись от ярости.
— Что за…?! — выдохнул я сквозь зубы.
Поднос полетел в стену. Чашка разлетелась на осколки, яичница шлепнулась на паркет, кофе растёкся тёмной лужей.
Ярость захлестнула с головой. Дикое, первобытное желание крушить и швырять. В груди клокотало: не одна девушка от меня не сбегала — всегда делал это я. И не одну девушку я не приводил к себе в квартиру. Никогда.
Эта квартира — моё личное пространство, мой бастион. Сюда не ступала нога ни одной женщины. А она… она просто взяла и ушла. Как будто я — никто. Как будто ночь, которую мы провели, — пустое место.
Сжал кулаки...
Комната была пуста. Кровать аккуратно застелена, будто никто на ней и не спал. Ни следа Василисы. Только на подушке лежала сложенная записка. Я поставил поднос на тумбочку и развернул листок.
Аккуратный, красивый почерк:
«Спасибо. Это была разовая акция!!!»
Внутри что‑то взорвалось. Кровь ударила в виски, руки затряслись от ярости.
— Что за…?! — выдохнул я сквозь зубы.
Поднос полетел в стену. Чашка разлетелась на осколки, яичница шлепнулась на паркет, кофе растёкся тёмной лужей.
Ярость захлестнула с головой. Дикое, первобытное желание крушить и швырять. В груди клокотало: не одна девушка от меня не сбегала — всегда делал это я. И не одну девушку я не приводил к себе в квартиру. Никогда.
Эта квартира — моё личное пространство, мой бастион. Сюда не ступала нога ни одной женщины. А она… она просто взяла и ушла. Как будто я — никто. Как будто ночь, которую мы провели, — пустое место.
Сжал кулаки...
Он огромный и властный, хозяин клуба "Жажда". Я все равно пришла к нему на собеседование. Он заставил меня танцевать, раздеться, а потом предложил миллион рублей за один лишь раз.
🔥В первую брачную ночь я узнала, что мой любимый мужчина и есть тот маньяк, который держал меня взаперти.
Я узнала его по шраму. По прикосновению. По тому самому дыханию с привкусом мяты и стали, что шептало мне в темноте, пока я была пленницей.
А теперь он — герцог Лотар Лантери. Мой законный супруг. Тот, кому я сказала «да», сияя от счастья, не зная правды.
Он утверждает, что это был не он. Что его дракон вырвался из-под контроля. Что медальон на его груди сдерживает зверя, который жаждет обладать мной.
Но я помню всё.
Холод кандалов. Шелковую повязку на глазах. Его руки, которые ласкали и пугали одновременно. И тот предательский отклик собственного тела, за который мне до сих пор стыдно.
Теперь я в его логове. По закону. Навсегда.
Он не даст мне развод. Не отпустит. Говорит, что хочет искупить вину. Что дракон выбрал меня как истинную пару.
А я… я только что ослепила его. Случайно. С помощью древнего амулета, который должен был защитить.
Я узнала его по шраму. По прикосновению. По тому самому дыханию с привкусом мяты и стали, что шептало мне в темноте, пока я была пленницей.
А теперь он — герцог Лотар Лантери. Мой законный супруг. Тот, кому я сказала «да», сияя от счастья, не зная правды.
Он утверждает, что это был не он. Что его дракон вырвался из-под контроля. Что медальон на его груди сдерживает зверя, который жаждет обладать мной.
Но я помню всё.
Холод кандалов. Шелковую повязку на глазах. Его руки, которые ласкали и пугали одновременно. И тот предательский отклик собственного тела, за который мне до сих пор стыдно.
Теперь я в его логове. По закону. Навсегда.
Он не даст мне развод. Не отпустит. Говорит, что хочет искупить вину. Что дракон выбрал меня как истинную пару.
А я… я только что ослепила его. Случайно. С помощью древнего амулета, который должен был защитить.
Выберите полку для книги