Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
- Эм… это была не я.
- Ох, малышка, - расплылся в хищной улыбке заместитель босса, - нас такими оправданиями не проведёшь.
- Эти красивые глазки выдают тебя, - протянул босс.
Пальцы беззастенчиво скользнули на приоткрытые губы, сминая и надавливая. Я почувствовала, как всё внутри предательски отозвалось на этот откровенный жест сладким томлением.
- С нами тебе не нужно скрывать свои желания. Мы мужчины с широкими взглядами и тоже любим развлечения.
Боссы узнали мой запретный секрет, который я тщательно скрывала. Что же теперь будет?
- Ох, малышка, - расплылся в хищной улыбке заместитель босса, - нас такими оправданиями не проведёшь.
- Эти красивые глазки выдают тебя, - протянул босс.
Пальцы беззастенчиво скользнули на приоткрытые губы, сминая и надавливая. Я почувствовала, как всё внутри предательски отозвалось на этот откровенный жест сладким томлением.
- С нами тебе не нужно скрывать свои желания. Мы мужчины с широкими взглядами и тоже любим развлечения.
Боссы узнали мой запретный секрет, который я тщательно скрывала. Что же теперь будет?
— За что ты так со мной? Что я тебе сделала?
— Сначала спроси у своего братца, что он сделал с моей Леной.
Пелагея не знает никакой Лены. Но с каждым часом девушка понимает — мужчина, который держит ее в заточении, верит в ее вину безоговорочно. Чтобы выжить, она поклялась разгадать головоломку из чужого прошлого, пока собственное будущее не рассыпалось в прах. В мире, где стираются границы между болью и наслаждением, кто кого пленит на самом деле?
— Сначала спроси у своего братца, что он сделал с моей Леной.
Пелагея не знает никакой Лены. Но с каждым часом девушка понимает — мужчина, который держит ее в заточении, верит в ее вину безоговорочно. Чтобы выжить, она поклялась разгадать головоломку из чужого прошлого, пока собственное будущее не рассыпалось в прах. В мире, где стираются границы между болью и наслаждением, кто кого пленит на самом деле?
Мороз щипал кожу, но Кате было жарко. Они сидели рядом, и каждый глоток игристого казался опаснее предыдущего.
— Ты сегодня очень красивая, — вдруг сказал Андрей.
— Спасибо, — она засмеялась нервно. — Максим даже не заметил.
— Максим дурак.
Тишина. Только треск дров в камине и далёкие хлопки петард.
— А ты… всегда так смотришь на меня? — Катя не планировала это говорить, но шампанское сделало своё дело.
Андрей медленно повернулся к ней.
— А ты всегда так краснеешь?
Её сердце колотилось так, что, казалось, он слышит.
— Холодно, — соврала она.
— Лжёшь.
Их пальцы случайно соприкоснулись, когда он наливал ей вино. Искра. Катя задержала дыхание.
— Ты сегодня очень красивая, — вдруг сказал Андрей.
— Спасибо, — она засмеялась нервно. — Максим даже не заметил.
— Максим дурак.
Тишина. Только треск дров в камине и далёкие хлопки петард.
— А ты… всегда так смотришь на меня? — Катя не планировала это говорить, но шампанское сделало своё дело.
Андрей медленно повернулся к ней.
— А ты всегда так краснеешь?
Её сердце колотилось так, что, казалось, он слышит.
— Холодно, — соврала она.
— Лжёшь.
Их пальцы случайно соприкоснулись, когда он наливал ей вино. Искра. Катя задержала дыхание.
Мой жених оказался козлом. Классика. Вместо подготовки к свадьбе он развлекался на нашей будущей даче с пышногрудой брюнеткой. Теперь я одна посреди метели, без связи и с разбитым сердцем. Кажется, хуже быть не может. Но тут появляется ОН. Мой отчим. Тот, на кого я всегда смотрела с тайным трепетом. Он предлагает помощь. Одна ночь в его роскошном доме вместе с его друзьями. Одна ночь, чтобы забыть обо всём. Но я ещё не знаю, что эта метель сведёт нас слишком близко…
- Папа, папочка, пожалуйста, не надо, - кричу я, уже не сдерживая рыданий, - умоляю!
- Ты выйдешь замуж за Влада и это не обсуждается, - отец бьет кулаком по столу.
Влад - его друг. Жестокий, циничный, грубый, одержимый маньяк. Я его боюсь. Боюсь и ненавижу.
Я сползаю по стене и реву. Громко. В голос. Чувствую, как рушится моя жизнь, слышу, как разбиваются вдребезги мои мечты. Олег, любимый, где ты сейчас? Вытащи меня из этого ада! Я знаю, что он не придет, знаю, что они с ним сделали и мое несчастное сердце истекает кровью. Отец берет меня за подбородок, больно сжимает его и поднимает с пола:
- Я сделаю так, что он никогда не выйдет из тюрьмы, ты этого хочешь?
- Нет, - шепчу я.
- Или ты выходишь замуж за Влада или завтра твой Олежка получит в камере удар заточкой в сердце. Выбирай: свадьба или похороны. Тебе решать.
- Ты выйдешь замуж за Влада и это не обсуждается, - отец бьет кулаком по столу.
Влад - его друг. Жестокий, циничный, грубый, одержимый маньяк. Я его боюсь. Боюсь и ненавижу.
Я сползаю по стене и реву. Громко. В голос. Чувствую, как рушится моя жизнь, слышу, как разбиваются вдребезги мои мечты. Олег, любимый, где ты сейчас? Вытащи меня из этого ада! Я знаю, что он не придет, знаю, что они с ним сделали и мое несчастное сердце истекает кровью. Отец берет меня за подбородок, больно сжимает его и поднимает с пола:
- Я сделаю так, что он никогда не выйдет из тюрьмы, ты этого хочешь?
- Нет, - шепчу я.
- Или ты выходишь замуж за Влада или завтра твой Олежка получит в камере удар заточкой в сердце. Выбирай: свадьба или похороны. Тебе решать.
— Станислав Викторович, я прошу прощения. Кажется, я у вас ключи... забы... — слова застревают где-то в горле, когда я вижу то, что вижу.
Мой начальник стоит посреди своего кабинета. И вроде бы в этом нет ничего такого, если бы не тот факт, что из его рта торчат острые белоснежные клыки, а вместо ногтей на пальцах выступили огромные чёрные когти.
— Лика... — рычит... не говорит, а именно рычит Зверев.
Мой мозг, отказываясь воспринимать происходящее, хаотично ищет способы как-то справиться с тем, что происходит и между бежать, орать или хотя бы спросить "какого черта, собственно говоря?!", он решает просто потерять сознание.
Мой начальник стоит посреди своего кабинета. И вроде бы в этом нет ничего такого, если бы не тот факт, что из его рта торчат острые белоснежные клыки, а вместо ногтей на пальцах выступили огромные чёрные когти.
— Лика... — рычит... не говорит, а именно рычит Зверев.
Мой мозг, отказываясь воспринимать происходящее, хаотично ищет способы как-то справиться с тем, что происходит и между бежать, орать или хотя бы спросить "какого черта, собственно говоря?!", он решает просто потерять сознание.
Двадцатилетняя Камелия из Москвы ехала к парню на новогодние каникулы, но метель и поломка машины занесли её в горное «Орлиное гнездо», гостевой домик, где остались только двое: Рустам и Шамиль, братья, настоящие горные волки.
Снегопад завалил все дороги на неделю.
Телефон мёртв.
Помощи ждать неоткуда.
А в доме всего одна…
Снегопад завалил все дороги на неделю.
Телефон мёртв.
Помощи ждать неоткуда.
А в доме всего одна…
Передо мной стоят типичные гопники: грязные куртки, шапки набекрень, наглые взгляды. И что-то мне подсказывает, что они вовсе не в библиотеку шли.
— Ну че, доставай баблишко, — ухмыляется первый. — Бог велел делиться с ближним, а тебе так вдвойне. Денежку отдашь — меньше булок сожрешь.
Он ржет своей шутке, видимо, считая, что сказал что-то смешное. Но лучше бы он молчал. Теперь я буду рвать его на куски.
— И телефон давай! — добавляет второй, протягивая руку. — С наушниками…
— А вы не боитесь, что я вас сейчас… — начинаю я, делая вид, что шарю по карманам.
— Чего? — наглеет первый грабитель. — Задавишь?
Его противный хохот снова отскакивает от кирпичных стен.
— А что здесь происходит? — раздается холодный голос.
В свете уличного фонаря мужчина, вошедший в подворотню, кажется огромным. У меня даже перехватывает дыхание. Блииин, прям как в кино… Сердце замирает... Какой голос… Бешеные мурашки бегут по спине, когда я смотрю на широкие накачанные плечи, обтянутые черной ветровкой
— Ну че, доставай баблишко, — ухмыляется первый. — Бог велел делиться с ближним, а тебе так вдвойне. Денежку отдашь — меньше булок сожрешь.
Он ржет своей шутке, видимо, считая, что сказал что-то смешное. Но лучше бы он молчал. Теперь я буду рвать его на куски.
— И телефон давай! — добавляет второй, протягивая руку. — С наушниками…
— А вы не боитесь, что я вас сейчас… — начинаю я, делая вид, что шарю по карманам.
— Чего? — наглеет первый грабитель. — Задавишь?
Его противный хохот снова отскакивает от кирпичных стен.
— А что здесь происходит? — раздается холодный голос.
В свете уличного фонаря мужчина, вошедший в подворотню, кажется огромным. У меня даже перехватывает дыхание. Блииин, прям как в кино… Сердце замирает... Какой голос… Бешеные мурашки бегут по спине, когда я смотрю на широкие накачанные плечи, обтянутые черной ветровкой
❗БЕСПЛАТНО ДО 1.12❗
«Богдан Басманов и его любовница», — читаю вслух заголовок статьи, а дальше — фотография в интернете, где мы садимся в машину.
— Любовница? Ты... женат?
— Что тебя удивляет?
— Зачем я тебе? — Голос полон обиды.
— Я так хочу, — отвечает холодно. На лице — ноль эмоций.
— Мало ли чего ты хочешь?! Я не игрушка, Богдан!
— Ты моя игрушка. Захочу — буду любить. Захочу — выброшу на помойку.
— Нет, я так не хочу. Я не буду любовницей!
— Мало ли чего ты хочешь, — возвращает он мне мои же слова. — Никуда от меня не денешься. Будешь послушной игрушкой столько, сколько я захочу. — Он встает, подходит вплотную и сжимает мое горло рукой. — Ясно?
Богдан Басманов — безжалостный и жестокий. Я совсем не хотела связи с ним, но выбора он мне не оставил. Насильно сделал меня своей. За несколько месяцев я увидела в нем что-то светлое, однако... Теперь мне необходимо исчезнуть. Иначе ни я, ни моя малышка, о которой он не знает, не выживем в его мире.
«Богдан Басманов и его любовница», — читаю вслух заголовок статьи, а дальше — фотография в интернете, где мы садимся в машину.
— Любовница? Ты... женат?
— Что тебя удивляет?
— Зачем я тебе? — Голос полон обиды.
— Я так хочу, — отвечает холодно. На лице — ноль эмоций.
— Мало ли чего ты хочешь?! Я не игрушка, Богдан!
— Ты моя игрушка. Захочу — буду любить. Захочу — выброшу на помойку.
— Нет, я так не хочу. Я не буду любовницей!
— Мало ли чего ты хочешь, — возвращает он мне мои же слова. — Никуда от меня не денешься. Будешь послушной игрушкой столько, сколько я захочу. — Он встает, подходит вплотную и сжимает мое горло рукой. — Ясно?
Богдан Басманов — безжалостный и жестокий. Я совсем не хотела связи с ним, но выбора он мне не оставил. Насильно сделал меня своей. За несколько месяцев я увидела в нем что-то светлое, однако... Теперь мне необходимо исчезнуть. Иначе ни я, ни моя малышка, о которой он не знает, не выживем в его мире.
"Он что, издевается?" — Кристина растерянно моргнула. Но запах шоколада был слишком соблазнительным. Она осторожно отломила кусочек и зажмурилась от наслаждения.
В этот момент в номер позвонили.
— Мадам, вам букет, — прозвучал голос портье.
Кристина открыла дверь и ахнула — огромный букет алых роз, а рядом... коробка конфет ее любимой марки.
"Что за игра?" — ее сердце забилось чаще.
Она потянулась к карточке, прикрепленной к букету: "Чтобы помнили — настоящие женщины должны быть... вкусными. Э.В."
Кристина ощутила странное тепло в груди. Может быть, эти три недели окажутся не такими уж плохими?
В этот момент в номер позвонили.
— Мадам, вам букет, — прозвучал голос портье.
Кристина открыла дверь и ахнула — огромный букет алых роз, а рядом... коробка конфет ее любимой марки.
"Что за игра?" — ее сердце забилось чаще.
Она потянулась к карточке, прикрепленной к букету: "Чтобы помнили — настоящие женщины должны быть... вкусными. Э.В."
Кристина ощутила странное тепло в груди. Может быть, эти три недели окажутся не такими уж плохими?
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги