Книги в жанре «Эротика» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Я сидела в лимузине с фатой на голове и думала, что послезавтра стану самой счастливой женщиной на свете.
А потом я увидела его.
Моего жениха. С другой женщиной, на его мальчишнике.
Свадьбы не будет! Я отомщу ему за все!
Двое незнакомцев. Одна ночь.
Они не знали моего имени. Я не знала их. Но к утру они изменили все. Они стерли мою боль поцелуями. Они сломали меня и собрали заново.
Эта ночь научила меня одному: иногда, чтобы родиться заново, нужно сгореть дотла. Сгореть в чужих объятиях.
А потом я увидела его.
Моего жениха. С другой женщиной, на его мальчишнике.
Свадьбы не будет! Я отомщу ему за все!
Двое незнакомцев. Одна ночь.
Они не знали моего имени. Я не знала их. Но к утру они изменили все. Они стерли мою боль поцелуями. Они сломали меня и собрали заново.
Эта ночь научила меня одному: иногда, чтобы родиться заново, нужно сгореть дотла. Сгореть в чужих объятиях.
Он останавливается на мгновение, подходит ближе. Чувствую его дыхание на своей шее, его пальцы скользят по плечу — осторожно, почти нежно. От этого прикосновения меня бросает в дрожь.
— Завтра, — шепчет он мне на ухо, и в этом шёпоте столько угрозы, что кровь стынет в жилах, — А пока… наслаждайся ожиданием.
Ещё один удар — последний, самый сильный. Боль взрывается внутри, заполняет всё существо, вытесняет мысли, волю, силы.
Сознание ускользает. Мир темнеет. Звуки отдаляются, будто доносящиеся издалека. Последнее, что я слышу, — его смех. Жёсткий, торжествующий, пропитанный властью и жестокостью.
Проваливаюсь в забытье. В темноте, где нет боли, нет Рената, нет цепей. Только тишина. И где‑то далеко — голос Вахида: «Я иду, Катя. Держись. Я уже близко».
— Завтра, — шепчет он мне на ухо, и в этом шёпоте столько угрозы, что кровь стынет в жилах, — А пока… наслаждайся ожиданием.
Ещё один удар — последний, самый сильный. Боль взрывается внутри, заполняет всё существо, вытесняет мысли, волю, силы.
Сознание ускользает. Мир темнеет. Звуки отдаляются, будто доносящиеся издалека. Последнее, что я слышу, — его смех. Жёсткий, торжествующий, пропитанный властью и жестокостью.
Проваливаюсь в забытье. В темноте, где нет боли, нет Рената, нет цепей. Только тишина. И где‑то далеко — голос Вахида: «Я иду, Катя. Держись. Я уже близко».
Откровенная история девушки о том, как важно соблюдать за рулём ПДД. А ещё о том, что улица полна неожиданностей.
Что будет, если случайно пролить кофе на пиджак владельца сети модных кофеен?
В его жизни все распланировано: бизнес, репутация, легкие отношения без обязательств. В ее жизни только творчество, независимость и твердое правило: не доверять мужчинам.
Все меняется в аэропорту во время грозы. Один пролитый кофе, один отмененный рейс — и вот они уже в маленьком, странном отеле, где даже лифт решает сыграть свою роль в их судьбе.
Алиса Полежаева не планировала влюбляться. Особенно в самоуверенного владельца сети кофеен, который смотрит на отношения как на временную забаву. Марк Вершинин не собирался терять голову из‑за эксцентричной художницы, которая то язвит, то заставляет его улыбаться против воли.
Но судьба распорядилась иначе. Вынужденное соседство, комичные ситуации, острые моменты выбора — и вот уже деловые интересы сталкиваются с растущим чувством.
В его жизни все распланировано: бизнес, репутация, легкие отношения без обязательств. В ее жизни только творчество, независимость и твердое правило: не доверять мужчинам.
Все меняется в аэропорту во время грозы. Один пролитый кофе, один отмененный рейс — и вот они уже в маленьком, странном отеле, где даже лифт решает сыграть свою роль в их судьбе.
Алиса Полежаева не планировала влюбляться. Особенно в самоуверенного владельца сети кофеен, который смотрит на отношения как на временную забаву. Марк Вершинин не собирался терять голову из‑за эксцентричной художницы, которая то язвит, то заставляет его улыбаться против воли.
Но судьба распорядилась иначе. Вынужденное соседство, комичные ситуации, острые моменты выбора — и вот уже деловые интересы сталкиваются с растущим чувством.
Пока Демьян вытаскивает из машины вещи, мы с Хэппи наперегонки несёмся к дому. Кот, выгнувшись в дугу, шипит на дверь.
– Эй, ты чего? Что там? – спрашиваю, присев на корточки. – Не шипи.
– Эва, – раздаётся тихий, собранный голос сзади, – беги.
Даже не думая, пячусь назад, когда дверь открывается, и из темноты раздаётся женский голос:
– Плохая идея. Очень. Плохая. Идея, – а спустя бесконечное количество мгновений, вспарывает всю нашу жизнь: – Тень.
Я обманула всех. Пошла одна против мира и устоявшейся системы правопорядка, чтобы спасти любимого человека. Много месяцев я вынашивала план, но когда мне удалось воплотить его в жизнь, Демьян забрал всю ответственность на себя.
Мы сбежали и укрылись в глухой деревне на краю света, где смогли быть обычными людьми. Мы учились быть вместе, счастливыми тем, что у нас есть. Пока его прошлое не постучалось в дверь.
И оно забрало у меня всё, ради чего я так боролась. Осталась только месть, новый план и понимание: я уничтожу Систему цено
– Эй, ты чего? Что там? – спрашиваю, присев на корточки. – Не шипи.
– Эва, – раздаётся тихий, собранный голос сзади, – беги.
Даже не думая, пячусь назад, когда дверь открывается, и из темноты раздаётся женский голос:
– Плохая идея. Очень. Плохая. Идея, – а спустя бесконечное количество мгновений, вспарывает всю нашу жизнь: – Тень.
Я обманула всех. Пошла одна против мира и устоявшейся системы правопорядка, чтобы спасти любимого человека. Много месяцев я вынашивала план, но когда мне удалось воплотить его в жизнь, Демьян забрал всю ответственность на себя.
Мы сбежали и укрылись в глухой деревне на краю света, где смогли быть обычными людьми. Мы учились быть вместе, счастливыми тем, что у нас есть. Пока его прошлое не постучалось в дверь.
И оно забрало у меня всё, ради чего я так боролась. Осталась только месть, новый план и понимание: я уничтожу Систему цено
Любовь, которая прошла через ненависть. Страсть, которая выжила после предательства.
Вера Власова никогда не была стройной. Она привыкла к шёпоту за спиной и косым взглядам. Но когда её муж — властный, успешный Демид Власов — изменяет ей с идеальной моделью, мир рушится окончательно.
Фотография в телефоне. Чужая помада на его шее. Запах чужих духов на подушке.
Вера подаёт на развод, но суд решает иначе — до окончания процесса они обязаны жить вместе. В одном доме. В разных спальнях. С одной болью на двоих.
Роман о том, что остаётся, когда любовь сгорает дотла. Очень откровенно. Очень эмоционально.
Вера Власова никогда не была стройной. Она привыкла к шёпоту за спиной и косым взглядам. Но когда её муж — властный, успешный Демид Власов — изменяет ей с идеальной моделью, мир рушится окончательно.
Фотография в телефоне. Чужая помада на его шее. Запах чужих духов на подушке.
Вера подаёт на развод, но суд решает иначе — до окончания процесса они обязаны жить вместе. В одном доме. В разных спальнях. С одной болью на двоих.
Роман о том, что остаётся, когда любовь сгорает дотла. Очень откровенно. Очень эмоционально.
У Кирилла Белова просрочка по кредитам, убыточные клубы и команда, которая тянет его на дно.
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
У меня — репутация лучшего антикризисника в городе и контракт на три месяца.
Я пришла спасать его бизнес. Я не планировала спасать его.
Первый поцелуй был ошибкой. Первый раз на его столе — профессиональным провалом. Но когда он смотрит на меня так, будто я — единственный актив, который стоит сохранить, я забываю про цифры, отчёты и дедлайны.
Он говорит, что я — его форс-мажор.
Я говорю, что у нас критическая задолженность друг перед другом.
Но кто заплатит по счетам, когда контракт закончится?
— Вы можете не шуметь?
Орк суёт мне что-то под нос. От удивления и смущения я теряю дар речи.
— Попробуешь? Крепкое, горячее, с начинкой на финише.
Я хотела тишины, он требовал попробовать его печенье. Теперь кто-то обязан уступить.
Орк суёт мне что-то под нос. От удивления и смущения я теряю дар речи.
— Попробуешь? Крепкое, горячее, с начинкой на финише.
Я хотела тишины, он требовал попробовать его печенье. Теперь кто-то обязан уступить.
— А, вернулась? — хрипло бросает он, преграждая нам путь. — Пришла за тряпками? Или за деньгами?
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Никита мгновенно загораживает меня собой. Его голос звучит холодно и твёрдо:
— Уйди с дороги.
Но Денис не унимается. Он начинает выкрикивать оскорбления, старается унизить меня при соседях. Его голос разносится по всему двору, привлекая внимание. Я чувствую, как краска стыда заливает лицо, слёзы катятся по щекам.
Говорят, браки заключаются на небесах. Чушь! В их мире брак - обычная сделка, договоренность между семьями. И никого не волнует, что жених с невестой не стремятся связывать себя брачными узами. Что Динара делает спортивную карьеру, а Муса с головой увяз в отношениях с другой женщиной. Договоренности. Надо. Выполнять.
И они, конечно, подчинятся этому правилу. Вопрос - что дальше? Ведь Муса не собирается менять свою жизнь ради новоиспеченной жены, а Динара не привыкла сдаваться.
И они, конечно, подчинятся этому правилу. Вопрос - что дальше? Ведь Муса не собирается менять свою жизнь ради новоиспеченной жены, а Динара не привыкла сдаваться.
Подборка очень откровенной эротики
Выберите полку для книги