Книги в жанре «Эротика» по тегу «skachat»
нора- Мне было суждено умереть, но Кейн решил иначе. Теперь я обречена слоняться по городу изнывая от жажды и желания. Но кое что пересиливает и притупляет все эти чувства. И это МЕСТЬ.
Кейн- Я не мог позволить ей умереть, а теперь не знаю где ее искать. Но она вернется, не сможет устоять перед нашей связью. И я знаю ее. Теперь ей движет только МЕСТЬ.
Кейн- Я не мог позволить ей умереть, а теперь не знаю где ее искать. Но она вернется, не сможет устоять перед нашей связью. И я знаю ее. Теперь ей движет только МЕСТЬ.
В городе, где власть передаётся не по законам, а по негласным правилам, где каждое поколение Дювалей доказывает своё право управлять, Аврора Донахью ищет убийцу брата — и находит себя на краю пропасти. Поступив в университет Дома Дюваль, она втирается в доверие к окружению могущественной семьи, чтобы раскрыть правду, скрытую за блеском привилегий и жестокими играми элиты. Но чем ближе она подбирается к тайне, тем отчётливее понимает: цена истины может оказаться выше, чем она готова заплатить.
Аврора не собиралась ни с кем сближаться — особенно с кем‑то из Дювалей. Николас, известный в кампусе как Ликвидатор, казался ей воплощением той самой системы, что сломала её жизнь: холодный, непроницаемый, привыкший решать судьбы одним взглядом. Она старательно избегала его, стараясь даже не пересекаться с ним взглядом — ведь он был не человеком, а препятствием на пути к правде.
Но судьба не спрашивает, кого нам позволено впустить в сердце.
Аврора не собиралась ни с кем сближаться — особенно с кем‑то из Дювалей. Николас, известный в кампусе как Ликвидатор, казался ей воплощением той самой системы, что сломала её жизнь: холодный, непроницаемый, привыкший решать судьбы одним взглядом. Она старательно избегала его, стараясь даже не пересекаться с ним взглядом — ведь он был не человеком, а препятствием на пути к правде.
Но судьба не спрашивает, кого нам позволено впустить в сердце.
Я — пустое место. Двадцать четыре, три работы, долги и съёмная конура. Я не живу. Я выживаю. И давно забыла, как это — когда тебя хотят так, что сносит крышу.
Пока в мою жизнь не врывается ОН.
Дэмиан Рейн. Волк. Зверь. Мужчина, от одного запаха которого у меня подкашиваются ноги, а тело предаёт с первой секунды. Он смотрит так, будто уже раздел меня. Говорит так, будто я его собственность. И предлагает сделку, после которой моя жизнь уже никогда не будет прежней.
Я должна его ненавидеть. И ненавижу.
Но по ночам его сообщения прожигают телефон. Его голос остаётся под кожей. Его запах — на моей одежде. Он ещё не прикоснулся ко мне. Но я уже не могу думать ни о чём другом.
И есть второй.
Тот, кто молчит. Кто рядом. Кто смотрит не на моё тело, а в самую душу.
Он не требует. Он ждёт.
Но за его тишиной — тоже клыки. И он тоже волк.
Двое. Два хищника. Одна я.
Один хочет сломать.
Второй хочет присвоить.
А я — добыча, которая должна понять: есть ли разница, если оба звери?
Пока в мою жизнь не врывается ОН.
Дэмиан Рейн. Волк. Зверь. Мужчина, от одного запаха которого у меня подкашиваются ноги, а тело предаёт с первой секунды. Он смотрит так, будто уже раздел меня. Говорит так, будто я его собственность. И предлагает сделку, после которой моя жизнь уже никогда не будет прежней.
Я должна его ненавидеть. И ненавижу.
Но по ночам его сообщения прожигают телефон. Его голос остаётся под кожей. Его запах — на моей одежде. Он ещё не прикоснулся ко мне. Но я уже не могу думать ни о чём другом.
И есть второй.
Тот, кто молчит. Кто рядом. Кто смотрит не на моё тело, а в самую душу.
Он не требует. Он ждёт.
Но за его тишиной — тоже клыки. И он тоже волк.
Двое. Два хищника. Одна я.
Один хочет сломать.
Второй хочет присвоить.
А я — добыча, которая должна понять: есть ли разница, если оба звери?
Она попадает в дом, который наследуют два брата — один жёсткий, молчаливый, второй харизматичный, с садистскими нотками. Дом был их отцовским, и по его завещанию она тоже часть наследства. Братья не собираются делиться: каждый хочет забрать её себе. Но между ними — кровная связь, которая сильнее любой ревности. И однажды ночью они понимают: единственный способ не уничтожить друг друга — разделить её.
Они делили отца. Теперь делят её. И она не может выбрать — потому что ей нужны оба...
Они делили отца. Теперь делят её. И она не может выбрать — потому что ей нужны оба...
Она выполнила приказ с грацией балерины и точностью солдата. Каждый шаг был выверен. Когда она остановилась передо мной, я увидел, как чуть дрогнули её ресницы. Страх? Нет. Предвкушение. Тот самый электрический разряд, который пробегает по коже, когда ты стоишь на краю пропасти и знаешь, что падение будет не гибелью, а полётом.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
— Ты опоздала на двенадцать секунд, — констатировал я, не отрывая взгляда от её лица.
Елена побледнела. Её пальцы слегка сжались в кулаки вдоль тела.
— Простите, Андрей Викторович. Пробки на Третьем транспортном...
— Обстоятельства не имеют значения, — перебил я мягко, но твёрдо. — Имеет значение только результат. И твоё состояние. Ты нервничаешь.
Это было утверждением, а не вопросом. Я видел, как учащённо билась жилка на её шее. Видел, как расширились зрачки.
— Да, — выдохнула она.
— Почему?
— Потому что... потому что я хочу всё сделать правильно.
Я медленно обошёл стол и встал перед ней. Расстояние между нами сократилось до минимума.
История от лица мужчины, который вместе со своим напарником по работе постепенно соблазняет их общую коллегу. Сначала это случайные касания в офисе после часов, потом — откровенные сообщения, потом — вечер, когда они остаются втроём в переговорной. Внутренний монолог героя: как он наблюдает за каждым её вздохом, за тем, как она сдаётся, за тем, как между двумя мужчинами возникает негласное соперничество — кто доставит ей больше удовольствия.
Конференц-зал после работы. Двое коллег. Одна женщина. И ни одного правила, которое бы они не нарушили...
Конференц-зал после работы. Двое коллег. Одна женщина. И ни одного правила, которое бы они не нарушили...
Два совладельца бара: один — харизматичный фронтмен, который зажигает толпу, второй — холодный стратег, который держит всё под контролем. Между ними — барменша, которую оба знают годами. Она никогда не выбирала, потому что оба дают ей разное: один — огонь, другой — стабильность. От лица харизматичного: он не хочет делить, но и не может проиграть. Соперничество начинается с мелочей: кто первым заметит её усталость, кто предложит остаться после смены, кто не отведёт взгляд. Постепенно игра становится опасной: чем ближе они, тем сильнее искрит между ними троими. Два босса. Одна слабость. И ни одного шанса остаться равнодушной...
Как она опускала взгляд, встречаясь со мной глазами, не из уважения к должности, а из какого-то внутреннего инстинкта. Как её дыхание становилось поверхностным, когда я повышал голос, критикуя отчёт.
Это не был страх увольнения. Это было нечто иное. Что-то тёмное, притягательное, запретное.
В тот вторник вечер затянулся. Сотрудники давно разошлись, охрана дремала на постах, а мы с Алисой остались одни. Она готовила презентацию для совета директоров. Я сидел за своим массивным столом из чёрного дерева, наблюдая за ней.
— Алиса, — позвал я. Голос прозвучал тихо, но в тишине офиса он прозвучал как выстрел.
Она вздрогнула, чуть не уронив планшет. Обернулась.
— Да, Виктор Андреевич?
— Подойдите сюда.
Она сделала несколько шагов, остановившись у края стола. Расстояние между нами было безопасным, корпоративным. Но воздух уже начал густеть.
— Вы допустили ошибку в расчётах на третьем слайде, — сказал я, не глядя на экран, а смотря прямо ей в глаза.
Её лицо побледнело.
— Простите, я..
Это не был страх увольнения. Это было нечто иное. Что-то тёмное, притягательное, запретное.
В тот вторник вечер затянулся. Сотрудники давно разошлись, охрана дремала на постах, а мы с Алисой остались одни. Она готовила презентацию для совета директоров. Я сидел за своим массивным столом из чёрного дерева, наблюдая за ней.
— Алиса, — позвал я. Голос прозвучал тихо, но в тишине офиса он прозвучал как выстрел.
Она вздрогнула, чуть не уронив планшет. Обернулась.
— Да, Виктор Андреевич?
— Подойдите сюда.
Она сделала несколько шагов, остановившись у края стола. Расстояние между нами было безопасным, корпоративным. Но воздух уже начал густеть.
— Вы допустили ошибку в расчётах на третьем слайде, — сказал я, не глядя на экран, а смотря прямо ей в глаза.
Её лицо побледнело.
— Простите, я..
Она — молодой специалист по кибербезопасности, он — загадочный инвестор, который предлагает ей работу в закрытом клубе, где «доверие» измеряется не словами, а протоколами. В клубе действует система «согласованных ограничений»: каждый уровень доступа требует добровольного согласия на всё более жёсткие условия контроля. Героиня уверена, что сможет держать дистанцию и использовать систему как рычаг для расследования. Но чем глубже она заходит, тем сильнее границы размываются: её собственные триггеры становятся частью игры, а «правила» начинают казаться единственным способом чувствовать себя в безопасности.
«Ты боишься не смерти, Нора. Ты боишься совершить ошибку. Ты боишься меня».
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.
Подборка книг
Выберите полку для книги