Книги в жанре «Эротика» по тегу «tag»
Екатерина сбегает от идеального брака, в котором задыхается. Всего шесть часов пути — и шанс стереть себя. В купе к ней подсаживаются двое. Их разговор — не флирт, а интеллектуальная ловушка. Они видят её боль. И предлагают лекарство — опасное, запретное, меняющее всё. Одно решение до конечной станции. Одно «да» — чтобы почувствовать себя живой. Одно «нет» — чтобы навсегда остаться в клетке. Готовы ли вы узнать, что она выберет?
Что делать, если «валентинка» попала не в те руки? Кирилл Штерн, молодой преподаватель экономики, уверен – дерзкая Арина Савина назначила ему свидание. Студентка готова «сдаться на отлично», но сможет ли сам доцент не провалить экзамен на настоящие чувства?
*
«Твои лекции — мой эндорфин. Готова сдаться на «отлично» сегодня в 22.00. А.С.»
Сердце Кирилла Борисовича бухнулось о ребра, подпрыгнуло к горлу и упало ниже желудка, чтобы уже следующими ударами начать отплясывать ирландскую джигу.
«А.С.» — Арина Савина. Все сходилось. Дерзость, странный поверхностный взгляд, не беседа, а вызов — это была игра! Студентка нацепила маску равнодушия, проверяя его! Развела на эмоции лишь затем, чтобы назначить место и время.
«Сдаться»… Какая наглость! Какая восхитительная наглость! Эти рыжие волосы, этот пирсинг, вызов в зеленых глазах, насмешка на алых губах – определенно, он постарается, чтобы Савина «ответила на отлично» за его душевный раздрай.
*
«Твои лекции — мой эндорфин. Готова сдаться на «отлично» сегодня в 22.00. А.С.»
Сердце Кирилла Борисовича бухнулось о ребра, подпрыгнуло к горлу и упало ниже желудка, чтобы уже следующими ударами начать отплясывать ирландскую джигу.
«А.С.» — Арина Савина. Все сходилось. Дерзость, странный поверхностный взгляд, не беседа, а вызов — это была игра! Студентка нацепила маску равнодушия, проверяя его! Развела на эмоции лишь затем, чтобы назначить место и время.
«Сдаться»… Какая наглость! Какая восхитительная наглость! Эти рыжие волосы, этот пирсинг, вызов в зеленых глазах, насмешка на алых губах – определенно, он постарается, чтобы Савина «ответила на отлично» за его душевный раздрай.
Я думала, что со мной что-то не так: ровесники не вызывали трепета, а близость казалась скучной обязанностью. Я смирилась со своей «холодностью», пока папа не оставил меня под присмотром своего друга. Лев — взрослый, властный и пугающе притягательный. Узнав, что я не верю в страсть, он решил доказать обратное. Одна поездка по ночному городу, и его уверенные руки навсегда изменят моё представление о себе и о настоящем желании.
! НЕ про драконов
! НЕ фэнтези
Бажену хотят выдать замуж насильно... но она делает ход конём: и сама предлагает замужество...
! НЕ фэнтези
Бажену хотят выдать замуж насильно... но она делает ход конём: и сама предлагает замужество...
Работа Эштона Грея — стирать чужие грехи. Он мечтает вырваться, но слишком ценного работника никто не собирается отпускать... по крайней мере, живым.
Работа Ариадны Шервуд — отправлять за решётку тех, кто грешит. Но и у неё есть свои скелеты за спиной, а прошлое наступает на пятки.
Только объединившись, они смогут изменить будущее.
Работа Ариадны Шервуд — отправлять за решётку тех, кто грешит. Но и у неё есть свои скелеты за спиной, а прошлое наступает на пятки.
Только объединившись, они смогут изменить будущее.
Что остается, когда исчезает свет? Звук дыхания. Шорох шагов по ковру. Горячий шепот у уха и обещание: «Просто скажи "стоп"».
Он предложил ей игру в темноте, где главное — не видеть, а чувствовать. Сосредоточиться только на голосе, на прикосновениях, на собственных желаниях, которые в кромешной тьме звучат громче любого слова. Но любая игра имеет правила. А любое правило — свой предел.
Он предложил ей игру в темноте, где главное — не видеть, а чувствовать. Сосредоточиться только на голосе, на прикосновениях, на собственных желаниях, которые в кромешной тьме звучат громче любого слова. Но любая игра имеет правила. А любое правило — свой предел.
Марк — наследник двух самых главных орков крепости, но его оружие — не меч, а интеллект. В мире, где правит грубая сила, все видят в нем лишь «ботаника». Даже наемница Руна, приставленная к нему для охраны, уверена, что ей придется нянчить беспомощного парня.
Но отправляясь в смертельно опасные Дикие Земли, Марк уже просчитал все ходы.
Но отправляясь в смертельно опасные Дикие Земли, Марк уже просчитал все ходы.
Умелая купчиха Сунна дает отворот-поворот не первому кандидату на ее руку и сердце. Самостоятельно занимается оставленными отцом делами. И по-настоящему удивляется, когда ей приходит алый конверт без опознавательных знаков. Приглашение в элитный бордель ни капли не прельщает купчиху, отправиться в соблазнительное путешествие Сунну уговаривает подруга. Делец в юбке еще не знает, что ее там ждет, и чем обернется роковая встреча.
– Вот видишь, – он отошел на шаг, скрестил руки на груди, изучая меня. Но в уголках глаз таилась какая-то тёплая искорка. – Когда знаешь, на какие кнопки нажимать, всё получается. А у тебя, я вижу, кнопки отзывчивые.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
Я сглотнула комок в горле.
– Спасибо, – прохрипела я. – За… инструктаж.
– Всегда пожалуйста, соседка. – Он улыбнулся, и эта улыбка была уже не просто дружеской, в ней была доля понимания, доля того пошлого подтекста, что висел в воздухе. – Если что, я тут часто бываю и всегда готов помочь… с корректировкой техники. Особенно, если дело касается… нестабильных положений.
Он развернулся и вышел, оставив меня одну с бешено колотящимся сердцем, горящими щеками и абсолютной уверенностью в одном: эта «корректировка техники» была самой откровенной, самой обжигающе-соблазнительной пыткой в моей жизни. И я, кажется, готова была на большее.
В горных кланах Сардаррии законы кровной мести сильнее любых договоров.
Ляна приезжает в родовое село отца и сразу чувствует себя чужой: другая кровь, акцент, иные правила жизни. Всё рушится в один день. Она находит отца убитым, а на месте преступления — Амира Ансари, главу враждебного клана. Теперь Ляна — свидетель и пленница. От неё проще избавиться, чем оставить в живых, но у Амира есть выход: чтобы снять с себя обвинения и остановить вражду, он решает связать их судьбы браком. Без её согласия. Без права на жалость.
Ляна приезжает в родовое село отца и сразу чувствует себя чужой: другая кровь, акцент, иные правила жизни. Всё рушится в один день. Она находит отца убитым, а на месте преступления — Амира Ансари, главу враждебного клана. Теперь Ляна — свидетель и пленница. От неё проще избавиться, чем оставить в живых, но у Амира есть выход: чтобы снять с себя обвинения и остановить вражду, он решает связать их судьбы браком. Без её согласия. Без права на жалость.
Выберите полку для книги