Книги в жанре «Эротика» по тегу «vlastnyy-geroy»
— Раздевайся, — его голос прозвучал хлестко, заставив меня вздрогнуть.
Я подняла глаза и встретилась с холодным взглядом. Он стоял в тени, но даже в полумраке я видела, как горят его глаза.
— Что? — мой голос предательски дрогнул.
— Ты слышала. Я не люблю повторять дважды.
Его пальцы скользнули по столу, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Этот мужчина пугал меня до дрожи.
— У меня нет опыта… — начала было я, но он перебил:
— Это не проблема. Я научу.
*******************************************
Он - властный, безжалостный босс.
Она - жертва обстоятельств.
Вас ждут:
Драматическая борьба
Напряженное противостояние
Противоречивые чувства
Психологическая игра
Я подняла глаза и встретилась с холодным взглядом. Он стоял в тени, но даже в полумраке я видела, как горят его глаза.
— Что? — мой голос предательски дрогнул.
— Ты слышала. Я не люблю повторять дважды.
Его пальцы скользнули по столу, и я почувствовала, как по спине пробежал холодок. Этот мужчина пугал меня до дрожи.
— У меня нет опыта… — начала было я, но он перебил:
— Это не проблема. Я научу.
*******************************************
Он - властный, безжалостный босс.
Она - жертва обстоятельств.
Вас ждут:
Драматическая борьба
Напряженное противостояние
Противоречивые чувства
Психологическая игра
Алиса Грин считала, что надёжно укрылась от мужского внимания за стенами аэропорта.
Но всё изменилось, когда в её жизни появился Фабиан Бойл — мужчина, перед которым невозможно устоять.
Он богат, властен и привык получать всё, чего захочет. Каждый день с ним — это новый вираж, где страсть переплетается с холодом его сердца. Алиса готова пойти на всё, чтобы растопить эту ледяную стену, но чем дальше, тем больше понимает: игра может выйти из-под контроля.
Но всё изменилось, когда в её жизни появился Фабиан Бойл — мужчина, перед которым невозможно устоять.
Он богат, властен и привык получать всё, чего захочет. Каждый день с ним — это новый вираж, где страсть переплетается с холодом его сердца. Алиса готова пойти на всё, чтобы растопить эту ледяную стену, но чем дальше, тем больше понимает: игра может выйти из-под контроля.
— Что вы делаете? — наконец прорывается голос — слабый шепот, полный ужаса.
— Раздеваю, — его ответ звучит так же естественно, как если бы он сказал «подметаю пол». — Вы мокрая насквозь и грязная, как дворняга. Испачкаете мне диван.
Гостепреимненько, однако. Сначала чуть не застрелил, а теперь раздевает, лишь я не запачкала ему мебель.
Незнакомец стаскивает с меня платье, затем колготки. Холодный воздух комнаты касается кожи, и я покрываюсь мурашками, пытаясь прикрыться руками. Стыд пылает на моих щеках. Его пальцы, грубые и уверенные, обжигают меня, оставляя невидимые следы.
— Вы... вы не имеете права... — пытаюсь я протестовать, но звучу жалко и беспомощно.
Он поднимает на меня взгляд. В его темных глазах — не гнев, а холодная, всепоглощающая уверенность.
— Я имею право на все, что происходит под моей крышей, — его голос тихий, но в нем сталь. — Могу согреть. Могу выбросить обратно в лес. Так сказать, положить туда, где взял. Выбирай.
— Раздеваю, — его ответ звучит так же естественно, как если бы он сказал «подметаю пол». — Вы мокрая насквозь и грязная, как дворняга. Испачкаете мне диван.
Гостепреимненько, однако. Сначала чуть не застрелил, а теперь раздевает, лишь я не запачкала ему мебель.
Незнакомец стаскивает с меня платье, затем колготки. Холодный воздух комнаты касается кожи, и я покрываюсь мурашками, пытаясь прикрыться руками. Стыд пылает на моих щеках. Его пальцы, грубые и уверенные, обжигают меня, оставляя невидимые следы.
— Вы... вы не имеете права... — пытаюсь я протестовать, но звучу жалко и беспомощно.
Он поднимает на меня взгляд. В его темных глазах — не гнев, а холодная, всепоглощающая уверенность.
— Я имею право на все, что происходит под моей крышей, — его голос тихий, но в нем сталь. — Могу согреть. Могу выбросить обратно в лес. Так сказать, положить туда, где взял. Выбирай.
Они хотели поиграть с «серой мышкой» на корпоративе в стиле Хэллоуин…
В эту ночь, когда границы реальности стерты маскарадом, три самых влиятельных мужчины компании предложили провокационную игру. Я согласилась. Теперь их взгляды горят от желания, а мое слово – закон. Они думали, что ведут охоту на скромную пышку, но именно эти пышные формы стали оружием, заставившим сильнейших мужчин преклонить колени.
В эту ночь, когда границы реальности стерты маскарадом, три самых влиятельных мужчины компании предложили провокационную игру. Я согласилась. Теперь их взгляды горят от желания, а мое слово – закон. Они думали, что ведут охоту на скромную пышку, но именно эти пышные формы стали оружием, заставившим сильнейших мужчин преклонить колени.
— Что за шум? — натягивая на ходу футболку спросил Денис. Он удивленно посмотрел вслед отцу, который захлопнул дверь кабинета с таким грохотом, что я вздрогнула.
— Ничего особенного. — холодно произнес Вадим, откладывая журнал. — Мамаша нашей “сводной сестренки”, оказалась с сюрпризом. Завела себе любовника на курорте, который разумеется оплатил наш отец.
Денис свистнул и на его лице расплылась усмешка.
— Жаль. Не везет отцу с бабами. Значит, никакая она нам теперь не сводная… да и не была. Они не женаты. — он перевел взгляд на меня, его глаза только что насмешливые, вдруг стали безжалостными, точь-в-точь как у отца. — А раз мать гулящая, то и Танька, поди, нам врет, что никого нет. Яблочко от яблони, известно куда падает.
— Ничего особенного. — холодно произнес Вадим, откладывая журнал. — Мамаша нашей “сводной сестренки”, оказалась с сюрпризом. Завела себе любовника на курорте, который разумеется оплатил наш отец.
Денис свистнул и на его лице расплылась усмешка.
— Жаль. Не везет отцу с бабами. Значит, никакая она нам теперь не сводная… да и не была. Они не женаты. — он перевел взгляд на меня, его глаза только что насмешливые, вдруг стали безжалостными, точь-в-точь как у отца. — А раз мать гулящая, то и Танька, поди, нам врет, что никого нет. Яблочко от яблони, известно куда падает.
— Стой, гад! — кричу я парню, который вырвал у меня сумочку прямо около ресторана. — Стой!
Сбрасываю туфли на высоком каблуке, сжимаю их в руках и несусь в погоню. Там же вся моя жизнь. Телефон, документы, ключи от квартиры, кошелек… Мне надо его догнать!
Ускоряюсь, чувствуя, как начинает колоть в боку, но я стараюсь не отставать.
— Стой! — на последнем издыхании кричу я, а потом останавливаюсь и, прицелившись, бросаю туфлю вслед грабителю.
А дальше как в фантастическом кино. Из стоящего на обочине автомобиля выскакивает мужчина и бросается наперерез воришке, выхватывает сумку и поворачивается в мою сторону… И тут снаряд в виде моей туфли прилетает ему прямо в лоб.
— Простите, — выдыхаю я, сгибаясь и опираясь на колени. — Спасибо.
— Ты языкатая? — удивленно восклицает мой спаситель, потирая ушибленный лоб. — Оказывается, ты еще и бегать умеешь.
От этого голоса все внутри сжимается, а сердце пропускает удар.
Сбрасываю туфли на высоком каблуке, сжимаю их в руках и несусь в погоню. Там же вся моя жизнь. Телефон, документы, ключи от квартиры, кошелек… Мне надо его догнать!
Ускоряюсь, чувствуя, как начинает колоть в боку, но я стараюсь не отставать.
— Стой! — на последнем издыхании кричу я, а потом останавливаюсь и, прицелившись, бросаю туфлю вслед грабителю.
А дальше как в фантастическом кино. Из стоящего на обочине автомобиля выскакивает мужчина и бросается наперерез воришке, выхватывает сумку и поворачивается в мою сторону… И тут снаряд в виде моей туфли прилетает ему прямо в лоб.
— Простите, — выдыхаю я, сгибаясь и опираясь на колени. — Спасибо.
— Ты языкатая? — удивленно восклицает мой спаситель, потирая ушибленный лоб. — Оказывается, ты еще и бегать умеешь.
От этого голоса все внутри сжимается, а сердце пропускает удар.
— Итак, Диана, как поживает мой сын? Всё ещё бегает по миру, забывая о семье? — сказал он, его голос был насмешливым, с лёгкой ухмылкой.
Я сглотнула, пытаясь сохранить спокойствие.
— Андрей работает много. Это важно для нас.
— Для нас? — он рассмеялся. — Ты имеешь в виду для тебя? Или для него? Я вижу, как ты сидишь здесь, одна, пока он наслаждается своей командировкой. Скучаешь по нему, да? Или, может, тебе нужно что-то большее?
"Что он подразумевает? Насмехается над моим браком? Как он смеет! Андрей — не идеал, но это не его дело." Я стиснула вилку.
— Мой брак — не ваше дело, Виктор. Мы справляемся.
Он наклонился ближе, его глаза сверкнули.
— Справляетесь? Ты выглядишь напряжённой, Диана. Может, тебе нужно расслабиться. Или, может, мой сын не даёт тебе того, что тебе нужно. Я знаю, как это бывает — женщины в твоём положении часто чувствуют себя... забытыми.
Я сглотнула, пытаясь сохранить спокойствие.
— Андрей работает много. Это важно для нас.
— Для нас? — он рассмеялся. — Ты имеешь в виду для тебя? Или для него? Я вижу, как ты сидишь здесь, одна, пока он наслаждается своей командировкой. Скучаешь по нему, да? Или, может, тебе нужно что-то большее?
"Что он подразумевает? Насмехается над моим браком? Как он смеет! Андрей — не идеал, но это не его дело." Я стиснула вилку.
— Мой брак — не ваше дело, Виктор. Мы справляемся.
Он наклонился ближе, его глаза сверкнули.
— Справляетесь? Ты выглядишь напряжённой, Диана. Может, тебе нужно расслабиться. Или, может, мой сын не даёт тебе того, что тебе нужно. Я знаю, как это бывает — женщины в твоём положении часто чувствуют себя... забытыми.
– Мне нужны деньги. Много.
– Хорошо, — произнес он. Спокойно. Без эмоций. — Я дам тебе денег, Дана.
Я едва не рухнула от облегчения, но его следующая фраза вогнала меня обратно в кресло.
– Сейчас ты едешь ко мне. Собираешь вещи и переезжаешь в мой пентхаус. Сегодня же.
Я пришла к Воронову за деньгами, а получила ультиматум: он платит мои долги, а я становлюсь его пленницей в роскошном пентхаусе.
Здесь все напоминает о моей матери, но он уверяет, что ее здесь не было. Он лжет. Как лжет и мое тело, которое тянется к тому, кого должна презирать.
Наша связь — грех. Наше влечение — яд.
А его следующая команда прозвучала в тишине моей спальни: «Сними это. Прямо сейчас»
– Хорошо, — произнес он. Спокойно. Без эмоций. — Я дам тебе денег, Дана.
Я едва не рухнула от облегчения, но его следующая фраза вогнала меня обратно в кресло.
– Сейчас ты едешь ко мне. Собираешь вещи и переезжаешь в мой пентхаус. Сегодня же.
Я пришла к Воронову за деньгами, а получила ультиматум: он платит мои долги, а я становлюсь его пленницей в роскошном пентхаусе.
Здесь все напоминает о моей матери, но он уверяет, что ее здесь не было. Он лжет. Как лжет и мое тело, которое тянется к тому, кого должна презирать.
Наша связь — грех. Наше влечение — яд.
А его следующая команда прозвучала в тишине моей спальни: «Сними это. Прямо сейчас»
— Добро пожаловать, Анна, — сказал Александр, его голос был низким, как рык волка в зимнем лесу, и он шагнул ближе, его взгляд скользнул по её телу, задержавшись на груди. — Мы слышали о вас. Вы готовы к работе?
Иван улыбнулся, его губы изогнулись в лукавой ухмылке.
— Да, милая, давайте не тратить время на формальности. Заходите в кабинет. — Его тон был мягким, но в нём сквозила та же хищная энергия, что и у Александра.
Анна почувствовала, как её сердце заколотилось.
"Что это? Они смотрят на меня, как на добычу", – подумала она, но возбуждение уже разгоралось в ней. Она кивнула и последовала за ними в просторный кабинет, где огромные окна открывали вид на снежный пейзаж Москвы. Дверь закрылась с глухим стуком, и воздух сгустился, наполняясь напряжением.
Иван улыбнулся, его губы изогнулись в лукавой ухмылке.
— Да, милая, давайте не тратить время на формальности. Заходите в кабинет. — Его тон был мягким, но в нём сквозила та же хищная энергия, что и у Александра.
Анна почувствовала, как её сердце заколотилось.
"Что это? Они смотрят на меня, как на добычу", – подумала она, но возбуждение уже разгоралось в ней. Она кивнула и последовала за ними в просторный кабинет, где огромные окна открывали вид на снежный пейзаж Москвы. Дверь закрылась с глухим стуком, и воздух сгустился, наполняясь напряжением.
– Мистер тренер, можно хотя бы водички?
– Нельзя. Продолжай, – отбривает он.
И ещё целую минуту я продолжаю лупить по чёртовой груше.
Потом падаю. А этот узурпатор поднимает меня чуть ли не за шкирку и с презрением смотрит в лицо.
– Ты вообще зачем сюда пришла?
– Я была в отчаянии!.. – жалобно протягиваю я.
Окидывает меня снисходительным взглядом.
– Я покажу тебе, что такое отчаяние, Лера. Если боишься – лучше уходи.
Индивидуальные тренировки по боксу с самим Магом – это звучало весьма романтично. Поначалу. Кто же знал, что он окажется таким психованным, бесчеловечным и бездушным чурбаном?!
Кто же знал, что он станет единственным, кто сможет меня починить, предварительно сломав?..
– Нельзя. Продолжай, – отбривает он.
И ещё целую минуту я продолжаю лупить по чёртовой груше.
Потом падаю. А этот узурпатор поднимает меня чуть ли не за шкирку и с презрением смотрит в лицо.
– Ты вообще зачем сюда пришла?
– Я была в отчаянии!.. – жалобно протягиваю я.
Окидывает меня снисходительным взглядом.
– Я покажу тебе, что такое отчаяние, Лера. Если боишься – лучше уходи.
Индивидуальные тренировки по боксу с самим Магом – это звучало весьма романтично. Поначалу. Кто же знал, что он окажется таким психованным, бесчеловечным и бездушным чурбаном?!
Кто же знал, что он станет единственным, кто сможет меня починить, предварительно сломав?..
Подборка книг про властных героев
Выберите полку для книги