Книги в жанре «Фэнтези» по тегу «fentezi-skachat»
История эта отдельная, её можно читать как с предыдущим романом, так и без него 💓
Пять лет прошло после событий романа «Шут её Высочества».
Война закончилась. Королевства наконец заключили мир. Но пока правители праздновали победу, работорговцы становились только сильнее. Чтобы уничтожить преступную сеть, опутавшую весь континент, король Теонард отправляет в Альдорен свою лучшую наёмницу — легендарную Белую Волчицу.
Её новым напарником становится наследный принц Дамиан.
Он привык просчитывать каждый шаг. Она доверяет только своим инстинктам. Он действует по плану. Она постоянно этот план рушит. Их расследование начинается с бесконечных перепалок, продолжается опасными поединками, а заканчивается тем, что с каждым днём становится всё труднее игнорировать взгляды, задерживающиеся чуть дольше положенного, случайные прикосновения и желание оказаться друг к другу гораздо ближе, чем позволяют долг и здравый смысл.
Пять лет прошло после событий романа «Шут её Высочества».
Война закончилась. Королевства наконец заключили мир. Но пока правители праздновали победу, работорговцы становились только сильнее. Чтобы уничтожить преступную сеть, опутавшую весь континент, король Теонард отправляет в Альдорен свою лучшую наёмницу — легендарную Белую Волчицу.
Её новым напарником становится наследный принц Дамиан.
Он привык просчитывать каждый шаг. Она доверяет только своим инстинктам. Он действует по плану. Она постоянно этот план рушит. Их расследование начинается с бесконечных перепалок, продолжается опасными поединками, а заканчивается тем, что с каждым днём становится всё труднее игнорировать взгляды, задерживающиеся чуть дольше положенного, случайные прикосновения и желание оказаться друг к другу гораздо ближе, чем позволяют долг и здравый смысл.
Она — инструктор по рукопашному бою. Профессионально ломает челюсти и не умеет проигрывать. Он — полукровка, проклятый и людьми, и орками. Холодный, опасный, с репутацией, от которой стынет кровь.
Они из разных миров и разных рас. Но когда портал Варгов выбрасывает Алису на невольничий рынок, именно этот орк перебивает ставку и заявляет: «Теперь ты моя».
Он видит в ней не рабыню, а бойца. Того, кто прикроет его спину в войне с кланом, уничтожившим его семью. Но Алиса не намерена подчиняться и уже строит план побега.
Ей приходится ночевать в его палатке и прислуживать ему. Она хочет ненавидеть своего хозяина, но не получается. Его руки слишком осторожно касаются её шрамов. А когда она заглядывает ему в глаза, то забывает, что он — чудовище.
Они из разных миров и разных рас. Но когда портал Варгов выбрасывает Алису на невольничий рынок, именно этот орк перебивает ставку и заявляет: «Теперь ты моя».
Он видит в ней не рабыню, а бойца. Того, кто прикроет его спину в войне с кланом, уничтожившим его семью. Но Алиса не намерена подчиняться и уже строит план побега.
Ей приходится ночевать в его палатке и прислуживать ему. Она хочет ненавидеть своего хозяина, но не получается. Его руки слишком осторожно касаются её шрамов. А когда она заглядывает ему в глаза, то забывает, что он — чудовище.
Я просто хотела отметить начало учебного года с девчонками, а проснулась на полу разгромленной лаборатории в теле эльфийки. И первым меня заметил ректор-эльф, в мечтах которого я уже давно отчислена.
Только вот его мама застала нас, и теперь он обязан на мне жениться. Отчислять теперь меня нельзя. А мы друг друга терпеть не можем.
Он идеальный, высокомерный и безупречно причёсанный. Я попаданка, у которой магия срабатывает по принципу «хотела подсветить, а взорвала полкоридора».
Академия теперь ходит ходуном, ректор смотрит на меня, как на стихийное бедствие, а я пытаюсь не разнести ещё и ректорат. И при этом как-то выжить в этом мире… и, возможно, не влюбиться в того, кто мечтает от меня избавиться.
Только вот его мама застала нас, и теперь он обязан на мне жениться. Отчислять теперь меня нельзя. А мы друг друга терпеть не можем.
Он идеальный, высокомерный и безупречно причёсанный. Я попаданка, у которой магия срабатывает по принципу «хотела подсветить, а взорвала полкоридора».
Академия теперь ходит ходуном, ректор смотрит на меня, как на стихийное бедствие, а я пытаюсь не разнести ещё и ректорат. И при этом как-то выжить в этом мире… и, возможно, не влюбиться в того, кто мечтает от меня избавиться.
Я погибла на Земле, а пришла в себя в теле Элиссы — жены лорда-дракона, которую он считает предательницей.
Измена. Позор. Изгнание!
Муж, от которого веет силой и лютой ненавистью, ссылает меня в родовой замок Драконьи Скалы — мертвое место на краю мира.
Он думал, я там сдохну. Но… не дождется!
Я — антикризисный менеджер и подниму эти руины, даже если для этого придется поставить на колени самого лорда.
Вот только у Драконьих Скал свои планы: замок признал меня, как новую Хозяйку. А мой муж, кажется, не смог остаться в стороне… и явился под чужой личиной, чтобы вернуть то, что считает своим по праву.
Измена. Позор. Изгнание!
Муж, от которого веет силой и лютой ненавистью, ссылает меня в родовой замок Драконьи Скалы — мертвое место на краю мира.
Он думал, я там сдохну. Но… не дождется!
Я — антикризисный менеджер и подниму эти руины, даже если для этого придется поставить на колени самого лорда.
Вот только у Драконьих Скал свои планы: замок признал меня, как новую Хозяйку. А мой муж, кажется, не смог остаться в стороне… и явился под чужой личиной, чтобы вернуть то, что считает своим по праву.
Силасия хочет разрушить чужую свадьбу и нанимает наёмника, чтобы тот сыграл роль её раба и соблазнил невесту. Они договариваются о правилах, но вскоре перестают их соблюдать.
– И все? – я удивлена. Обязанности минимальны, а зарплата мне обещана немалая.
– И все, – подтверждает Вольский. – Разумеется, я могу попросить тебя и о других услугах, но откликнуться ли на мою просьбу или нет, решать тебе – женщин я никогда ни к чему не принуждаю.
В его словах я слышу намек на внеслужебные отношения, но не уверена в этом. Поэтому предпочитаю никак не комментировать фразу Вольского о дополнительных услугах.
– Мои обязанности меня устраивают, – информирую его, отвечая на поставленный ранее вопрос.
– Тогда ты принята. Можешь переселяться хоть сегодня и приступать к работе, – многозначительно улыбается Вольский.
______
Оставшись после развода без средств к существованию, Светлана вынуждена наняться на работу в дом Вольского, несмотря на его сомнительную репутацию. Она подозревает, что он бандит, но вскоре с ужасом понимает, что самое страшное не это. Ее работодатель оказывается оборотнем, и он считает Светлану своей истинной парой.
– И все, – подтверждает Вольский. – Разумеется, я могу попросить тебя и о других услугах, но откликнуться ли на мою просьбу или нет, решать тебе – женщин я никогда ни к чему не принуждаю.
В его словах я слышу намек на внеслужебные отношения, но не уверена в этом. Поэтому предпочитаю никак не комментировать фразу Вольского о дополнительных услугах.
– Мои обязанности меня устраивают, – информирую его, отвечая на поставленный ранее вопрос.
– Тогда ты принята. Можешь переселяться хоть сегодня и приступать к работе, – многозначительно улыбается Вольский.
______
Оставшись после развода без средств к существованию, Светлана вынуждена наняться на работу в дом Вольского, несмотря на его сомнительную репутацию. Она подозревает, что он бандит, но вскоре с ужасом понимает, что самое страшное не это. Ее работодатель оказывается оборотнем, и он считает Светлану своей истинной парой.
Мачеха поручила мне присматривать за новым рабом – ушастым гладиатором, который должен принести немало денег нашей семье, сражаясь на арене. Могучий воин, красив как бог. Покорённый, но не сломленный. Он должен мне подчиняться, магия его заставит, но Эльф изо всех сил сопротивляется и борется за свою свободу, не зная, что я не стану над ним издеваться, мои методы – забота и доброта, от которых он давно отвык.
Со временем я всё чаще задаюсь вопросом, кто кого пленил? И сердце подсказывает, что в оковах не только он. Но подобные чувства очень опасны, табу, под запретом, ведь эльфы – злейшие враги империи, а я – уродина, калека, на которую ни один мужчина не взглянет без жалости и брезгливости.
Со временем я всё чаще задаюсь вопросом, кто кого пленил? И сердце подсказывает, что в оковах не только он. Но подобные чувства очень опасны, табу, под запретом, ведь эльфы – злейшие враги империи, а я – уродина, калека, на которую ни один мужчина не взглянет без жалости и брезгливости.
Семь лет я жила ненавистью и жаждой мести. Семь лет училась стрелять без промаху, ковать стрелы с железными наконечниками, чтобы в решающий момент не дрогнуть перед тьмой. И когда пришла та самая ночь, я вышла к лесу — с луком, с ножом, и с клятвой, которую шептала вместо молитвы.
Я должна была убить вожака фейри.
Но он обезоружил меня одним движением. Взглянул на меня серебряными глазами, в которых не было ни жалости, ни злости, назвал меня птичкой и... ушёл, даже не приняв бой всерьёз.
Я пошла за ним. Сама. В лес, куда не ступала нога живого человека. Чтобы довести дело до конца.
Только вот лес за моей спиной закрылся.
На семь лет.
Теперь я иду рядом с тем, кого поклялась убить. И с каждым шагом понимаю, что всё, что мне рассказывали о фейри, — лишь половина правды. Что мать, возможно, не была жертвой. Что в глазах моей одержимости прячется что-то, чему я не хочу давать имени, но от чего перехватывает дыхание.
Я должна была убить вожака фейри.
Но он обезоружил меня одним движением. Взглянул на меня серебряными глазами, в которых не было ни жалости, ни злости, назвал меня птичкой и... ушёл, даже не приняв бой всерьёз.
Я пошла за ним. Сама. В лес, куда не ступала нога живого человека. Чтобы довести дело до конца.
Только вот лес за моей спиной закрылся.
На семь лет.
Теперь я иду рядом с тем, кого поклялась убить. И с каждым шагом понимаю, что всё, что мне рассказывали о фейри, — лишь половина правды. Что мать, возможно, не была жертвой. Что в глазах моей одержимости прячется что-то, чему я не хочу давать имени, но от чего перехватывает дыхание.
— Выбирай, Ирма, — мой жених смотрит на меня с презрением. — Ты или тихо и сама едешь в монастырь и доживаешь остаток жизни сестрой милосердия, или я отдаю тебя под суд, предаю всё огласке, и ты будешь казнена за свои преступления.
— Пошёл ты! Лучше убей сразу, зачем тянуть?
— Как скажешь.
Я попала в тело Ирмы Кохейн, с виду идеальной леди, адептки элитной магической академии и невесты молодого герцога Виллард. Кажется, что её ждёт безбедная и беззаботная жизнь, но я-то знаю, что это не так. Ирму обвинят в использовании тёмной магии, и она погибнет от руки собственного жениха, любви которого так и не добьётся.
Обратной дороги нет. Мне надо освоиться и выжить в этом мире, а для начала разорвать помолвку и держаться от жениха подальше. Только все мои действия имеют противоположный эффект, и теперь Виллард уделяет мне повышенное внимание. Разве он сам не хотел бросить Ирму?
__
ХЭ!
— Пошёл ты! Лучше убей сразу, зачем тянуть?
— Как скажешь.
Я попала в тело Ирмы Кохейн, с виду идеальной леди, адептки элитной магической академии и невесты молодого герцога Виллард. Кажется, что её ждёт безбедная и беззаботная жизнь, но я-то знаю, что это не так. Ирму обвинят в использовании тёмной магии, и она погибнет от руки собственного жениха, любви которого так и не добьётся.
Обратной дороги нет. Мне надо освоиться и выжить в этом мире, а для начала разорвать помолвку и держаться от жениха подальше. Только все мои действия имеют противоположный эффект, и теперь Виллард уделяет мне повышенное внимание. Разве он сам не хотел бросить Ирму?
__
ХЭ!
— Убери сумку с моей парты, — сухо отрезала я, не поднимая глаз.
— А то что, мышка? — нагло усмехнулся он.
— Проверю на тебе законы магического сопротивления. Физически.
Он тихо рассмеялся, подаваясь ближе. От этого звука по спине пробежали мурашки:
— А ты забавная. Мы подружимся.
Я сирота со стипендией, чья единственная цель - выучиться в элитной Академии. Мое правило: зубрить и держаться подальше от аристократов. Он наследник клана, гениальный, бесячий и привыкший, что все девчонки падают к его ногам.
Я совершила ошибку, проигнорировав его чары. Теперь этот невыносимый нахал объявил мне войну, решив во что бы то ни стало сломать мою ледяную броню. Но он не знает, с кем связался. Я не сдамся без боя. Главное в этом противостоянии - не заметить, как его издевки превращаются в одержимую защиту.
— А то что, мышка? — нагло усмехнулся он.
— Проверю на тебе законы магического сопротивления. Физически.
Он тихо рассмеялся, подаваясь ближе. От этого звука по спине пробежали мурашки:
— А ты забавная. Мы подружимся.
Я сирота со стипендией, чья единственная цель - выучиться в элитной Академии. Мое правило: зубрить и держаться подальше от аристократов. Он наследник клана, гениальный, бесячий и привыкший, что все девчонки падают к его ногам.
Я совершила ошибку, проигнорировав его чары. Теперь этот невыносимый нахал объявил мне войну, решив во что бы то ни стало сломать мою ледяную броню. Но он не знает, с кем связался. Я не сдамся без боя. Главное в этом противостоянии - не заметить, как его издевки превращаются в одержимую защиту.
Выберите полку для книги