Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

— Скучаю по тебе, родная, — пишет муж из командировки и присылает фото из номера.
Я машинально улыбаюсь, пока взгляд не цепляется за маленькую деталь на заднем плане. Женские колготки и чужое бельё. Всё бы ничего, но это точно не мои вещи.
Ещё секунду назад думала, что у нас счастливая семья.
Ещё секунду назад верила каждому его слову.
Что делать, когда одно случайное фото разрушает всё, во что ты верила?
Стерпеть или бороться за своё счастье?

— Каково тебе быть второй женой? Легко ли согласилась?

— Простите… что? — смотрю на отца своего мужа, а кровь отливает от лица.

Однажды я поверила своему мужу, который обещал вечную любовь и счастье до конца жизни. Но в день, когда я узнала о беременности, его отец, приехавший с Кавказа, сообщил новость, которая разрушила мой привычный мир.

На родине моего мужа его ждёт жена, с которой он в браке двадцать лет.

А еще у него есть пятнадцатилетний сын, который нуждается в дорогостоящем лечении.

❤️‍ Эмоции на грани
❤️‍ Сложные отношения и выбор
❤️‍ Обязательный ХЭ

В мрачном танце страсти и боли переплетаются судьбы двух людей, чьи отношения напоминают разбитую скульптуру — прекрасную в своей целостности, но разрушенную предательством. Рей, могущественный и безжалостный, владеет не только бизнесом, но и сердцем Кирстин. Она — его муза, его пленница, его искупление.

В мире, где любовь смешивается с болью, а страсть граничит с одержимостью, Кирстин пытается сохранить себя, пока Рей разрушает и воссоздаёт её заново. Их отношения — как каменный цветок, прекрасный, но холодный, как змея, обвивающая их души.

Среди дождя и ненастья, в лабиринте лжи и правды, они ищут путь друг к другу. Но каждый шаг вперёд может стать шагом в пропасть. В этой истории нет места счастливым финалам — только горькая правда о том, что любовь может быть страшнее любого наказания.

Каждую пятницу Фу Мин исполняет любой каприз главного медиамагната архипелага.

"Мин давно уже пришло в голову, что власть, деньги и влияние заменяли отцу секс. Все его женщины были лишь суррогатом, способом занять время между новыми завоеваниями. То, чего он хотел реально — стать самым богатым на архипелаге. И уничтожить своих врагов.
Люди для Фу Лао делились на три неравные группы: те, кого он хотел и те, кого он презирал. Был еще человек, которого он боялся, но его существование порой казалось Мин мифом. Она никогда не встречала своего старшего брата.
Сейчас список желаний Фу Лао возглавлял Сюй Чень, и он ждал ее в соседней комнате."

Старый дом на окраине города дышал покоем и запахом сушеных трав. Здесь, среди пыльных книг и вышитых подушек, жила Анна Петровна, женщина, чьи глаза видели многое, а руки помнили тепло бесчисленных рассветов и закатов. Она никогда не стремилась к славе или богатству, довольствуясь тихой жизнью, наполненной заботой о саде и чтением. Но даже в этой уединенной обители, Анна Петровна чувствовала, как невидимые нити судьбы сплетают ее путь, порой неожиданно и неумолимо.

Александр, высокий, крепкий мужчина с добрыми глазами, проводил свои дни, обходя периметр большого торгового центра. Его работа была монотонной, но требовала постоянной бдительности. Вечерами, уставший, он возвращался в свою скромную квартиру в небольшом городке, где единственным его развлечением становился Интернет. Александр не был активным пользователем социальных сетей, но иногда, чтобы отвлечься от рутины, просматривал ленту новостей.

— Сначала мне нужно убедиться, что ты действительно согласна со всеми условиями, — загадочно произносит Тагир.
— Что мне нужно сделать? — поправляю купальник, который жмёт в области груди и давно мне мал.
— Открой рот, — просит он.
— Просто открыть? — задаю глупый вопрос и выполняю его просьбу.
Он наклоняется и запускает свою слюну мне в рот, не касаясь губами. Я в шоке! Мне мерзко, неприятно и унизительно!
В эмоциональном порыве наклоняюсь и сплёвываю на пол. Разворачиваюсь и иду прочь.
Останавливаюсь к нему спиной. Кладу руки на талию. Вспоминаю для чего я всë это делаю...
Собираюсь с мыслями и возвращаюсь к нему.
— Давайте попробуем ещё раз, пожалуйста,— прошу я, пытаясь отыграть назад.

Таня была не просто вредной. Она была вредной до мозга костей, до кончиков ресниц, до последней капли малинового варенья, которое она, конечно же, украла из банки, пока мама не видела. Ее вредность была многогранна, как бриллиант, только вместо блеска она излучала легкое, но настойчивое раздражение.

Шаловливые ноги, будто взбесившись, ускорили шаг, руки попутно схватили пару йогуртов, и тут все мои установки рухнули в одночасье. Оказалась я у манящего холодильника с пирожными и тортами, где здравый смысл окончательно капитулировал перед искушением.
Нет, я не сразу сдалась, помучилась.
- Выбираете, девушка? Очень советую взять вон тот, шоколадный, - посоветовал рядом стоящий мужчина.
Мысли мои крамольные прочитал что ли?
Видит Бог, я боролась, выискивая что-то хотя бы творожное.
- Все, больше не могу, - тихо выдохнула и направилась к продавцу за шоколадным тортом.
- И правильно, вам с вашей фигурой, Ира, можно все.
Обернулась на голос. Рядом стоял тот, кого мы с девчонками мигом бы определили в мужики мечты. Так, не таять, стоит и стоит, а впрочем…

Муж отодвигает ноутбук. На экране продолжает демонстрировать свои прелести девушка.
— Заметь, Марина, я тебе ещё даже не изменял.
Ну, обнадеживает…
— А смотреть кто ж запрещает, когда есть, на что смотреть?
Мой взгляд сосредоточен на экране. В объектив летит женское белье.
— Вот! Тут даже трусики красивые, не то, что у тебя. Парашюты.
У меня срывает ограничители.
— Парашюты? Ну, хорошо. Давай, становись на подоконник. Я обеспечу тебя парашютами. Сколько надо? Один, два? Третий запасной? Лети к своей прелестнице с красивым бельишком. Мои парашюты тебе в этом помогут.
***
Мужа я выставила и сама уехала из квартиры.
Решила сменить обстановку. И вот, несмотря на отключенную электроэнергию, попала в родительскую квартиру, забралась под одеяло.
Но теперь на меня направлен луч фонарика, а знакомый голос произносит:
— Ягодка? Маринка? Что ты делаешь в моей постели?
Это я что, как в иронии судьбы, перепутала квартиры и пришла в чужую? В соседскую?