Книги в жанре «Любовные романы» по тегу «russkie-lyubovnye-romany»

— Терпимо.
— «Терпимо»?! — я ахнула и от возмущения даже забыла о страхе. — Да я эти пирожки по бабушкиному рецепту пекла! За них люди...
— Люди, — перебил он, аккуратно слизывая крошку с большого пальца, — может, и стояли бы в очереди. А я не люди.
— А вы кто? Волк-одиночка?
Он сунул остаток пирожка в рот и, дожёвывая, бросил через плечо:
— Волчара. С пирожками теперь.
Развернулся и ушёл. А я осталась стоять посреди пилорамы, чувствуя, как колотится сердце. Во рту пересохло, ладони вспотели. Сделка с дьяволом? Нет. Сделка с волчарой. С пирожками.
Я ехала домой и улыбалась. Впервые за долгое время.

— Тётя Яся, почему здесь написано, что ты моя мать?

На двадцать пятом дне рождения Мирославы семейный тест должен был стать необычным подарком. Вместо этого он раскрыл тайну, которую от меня скрывали четверть века: девушка, выросшая дочерью моей сестры, на самом деле — моя дочь.

Но самое страшное открытие ждало впереди. Мой муж не удивился результатам. Он знал правду двенадцать лет и решил, что имеет право молчать ради сохранения семьи.

Теперь сестра боится потерять дочь, муж требует забыть о разводе, а Мирослава не знает, кого из нас называть мамой. Но я больше не позволю другим распоряжаться моей жизнью. Я ухожу от мужа, начинаю всё заново и учусь быть матерью взрослой женщине, у которой уже есть мама.

И именно тогда рядом появляется мужчина, который не пытается решать за меня.

Можно ли вернуть потерянные годы, не разрушив тех, кого любишь? И что останется от семьи, когда правда наконец прозвучит?

Мою пекарню хотят снести. А единственный мужчина, который может её спасти, — тот самый миллиардер, чей холдинг подписал приговор моему дому.

Но у Матвея Зорина есть условие: я должна стать его фиктивной невестой.
Всего на месяц. Без чувств и всего в этом духе.

Вот только почему тогда он следил за мной? Зачем спрятал мою фотографию в секретной папке с пометкой «Объект Пышка. Не трогать»? И почему смотрит на меня так, будто наша сделка для него — совсем не игра?
Я согласилась на фиктивную помолвку, чтобы спасти свою пекарню.

Только не учла одного: иногда самая опасная сделка — та, в которой рискуешь не только сердцем, но и жизнью, которую привыкла считать своей.