Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «izmena»
— Я беременна, — выдает племянница на одном дыхании.
— Что ты сказала? — хрипло шепчу я, не веря своим ушам.
— Нет никакого отравления, Свет. Я беременна. У меня токсикоз.
Белла… Моя маленькая Белла… Беременна? Всего пару недель назад она переехала к нам, чтобы поступить в университет, и вот тебе новость.
Да у неё, насколько я знаю, и парня-то не было!
Как такое могло произойти?
— Белла, девочка моя… Как же так?! Кто отец? Он знает? — спрашиваю, хватая её за руку.
— Знает, — тихо отвечает она, отводя взгляд.
— Он из деревни? Как его зовут?
— Нет, — коротко бросает Белла, и это её «нет» ломает последние остатки моей надежды.
— Но кто тогда? Ты с кем-то уже успела познакомиться?
— Твой муж, — голос племянницы звучит резко, холодно, будто лезвием по голой коже.
— Что?
— Отец ребенка — твой муж, — повторяет Белла, и эти слова, словно яд, растекаются по венам, отравляя всё мое существо.
Моя жизнь… После этих слов она разделяется на до и после.
— Что ты сказала? — хрипло шепчу я, не веря своим ушам.
— Нет никакого отравления, Свет. Я беременна. У меня токсикоз.
Белла… Моя маленькая Белла… Беременна? Всего пару недель назад она переехала к нам, чтобы поступить в университет, и вот тебе новость.
Да у неё, насколько я знаю, и парня-то не было!
Как такое могло произойти?
— Белла, девочка моя… Как же так?! Кто отец? Он знает? — спрашиваю, хватая её за руку.
— Знает, — тихо отвечает она, отводя взгляд.
— Он из деревни? Как его зовут?
— Нет, — коротко бросает Белла, и это её «нет» ломает последние остатки моей надежды.
— Но кто тогда? Ты с кем-то уже успела познакомиться?
— Твой муж, — голос племянницы звучит резко, холодно, будто лезвием по голой коже.
— Что?
— Отец ребенка — твой муж, — повторяет Белла, и эти слова, словно яд, растекаются по венам, отравляя всё мое существо.
Моя жизнь… После этих слов она разделяется на до и после.
Просыпаюсь посреди ночи от крика дочки. Два часа ночи. Игоря всё ещё нет. Сердце тревожно сжимается. Где его носит?!
Беру трехмесячную Аришку на руки, тихонько пою колыбельную, стараясь не разбудить старшенькую.
Свободной рукой листаю ленту соцсетей, пытаюсь отвлечься. Щелкаю все сториз подряд.
И вдруг… Замираю.
Узнаю этот банкет-зал. Это же тот самый ресторан, где у Игоря сегодня был корпоратив. Мы там как-то его юбилей праздновали, когда только поженились и детей ещё не было. Тогда у нас была совсем другая жизнь.
Замечаю вдалеке мужа. Танцует медленный танец… С молоденькой симпатичной девушкой. Это же его секретарша!
Она прижимается к Игорю, он обнимает её за талию. Такие счастливые.
Сердце сжимается от боли.
Ариша просыпается, начинает плакать. И я плачу. Вместе с ней…
Семь лет брака. Две маленькие дочки-погодки. И муж, который решил, что может делать из меня дуру. Посмотрим, что он скажет, когда поймёт, что я все знаю!
Беру трехмесячную Аришку на руки, тихонько пою колыбельную, стараясь не разбудить старшенькую.
Свободной рукой листаю ленту соцсетей, пытаюсь отвлечься. Щелкаю все сториз подряд.
И вдруг… Замираю.
Узнаю этот банкет-зал. Это же тот самый ресторан, где у Игоря сегодня был корпоратив. Мы там как-то его юбилей праздновали, когда только поженились и детей ещё не было. Тогда у нас была совсем другая жизнь.
Замечаю вдалеке мужа. Танцует медленный танец… С молоденькой симпатичной девушкой. Это же его секретарша!
Она прижимается к Игорю, он обнимает её за талию. Такие счастливые.
Сердце сжимается от боли.
Ариша просыпается, начинает плакать. И я плачу. Вместе с ней…
Семь лет брака. Две маленькие дочки-погодки. И муж, который решил, что может делать из меня дуру. Посмотрим, что он скажет, когда поймёт, что я все знаю!
Я прошу подругу-официантку отнести к столику, за которым сидят мой муж и любовница записку.
Виола с радостью соглашается.
В то время, когда я на сцене пою, подруга подносит к их столику две чашки и послание от меня.
Девица, увидев записку, хмурится, но все же читает. Я едва не сбиваюсь с ритма.
Там написано: “Этот мужчина женат!”
Нахалка оглядывается по сторонам и явно ищет того, кто написал ей это. Потом прищуривается, резко сжимает бумажку, что та превращается в ком и, не моргнув, поворачивается к Семёну, обхватывает его лицо ладонями и целует. Долго. С вызовом.
У меня дрожат руки. Голос почти срывается.
Но я продолжаю петь — сгорая от боли, не позволяя ей выйти наружу.
Потому что сцена — моё единственное оружие.
Виола с радостью соглашается.
В то время, когда я на сцене пою, подруга подносит к их столику две чашки и послание от меня.
Девица, увидев записку, хмурится, но все же читает. Я едва не сбиваюсь с ритма.
Там написано: “Этот мужчина женат!”
Нахалка оглядывается по сторонам и явно ищет того, кто написал ей это. Потом прищуривается, резко сжимает бумажку, что та превращается в ком и, не моргнув, поворачивается к Семёну, обхватывает его лицо ладонями и целует. Долго. С вызовом.
У меня дрожат руки. Голос почти срывается.
Но я продолжаю петь — сгорая от боли, не позволяя ей выйти наружу.
Потому что сцена — моё единственное оружие.
Никогда не думала, что изысканный золотой браслет разобьет мне сердце!
– Ну хорошо. Ты все знаешь! Что дальше?! — он складывает руки на груди.
– Я хочу развод, - спокойно отвечаю я.
— Я не дам тебе развод, Ника! - с нажимом говорит он, — я не позволю тебе разрушить мою карьеру.
— Я тебя и спрашивать не буду, - хмыкаю я.
— Тогда я превращу твою жизнь в ад! Ты еще не знаешь на что я способен! - он понижает голос.
Я не испугаюсь, я справлюсь. А поможет мне...запах свежего хлеба.
– Ну хорошо. Ты все знаешь! Что дальше?! — он складывает руки на груди.
– Я хочу развод, - спокойно отвечаю я.
— Я не дам тебе развод, Ника! - с нажимом говорит он, — я не позволю тебе разрушить мою карьеру.
— Я тебя и спрашивать не буду, - хмыкаю я.
— Тогда я превращу твою жизнь в ад! Ты еще не знаешь на что я способен! - он понижает голос.
Я не испугаюсь, я справлюсь. А поможет мне...запах свежего хлеба.
– Это была ошибка. Я люблю Лену. Просто… в тот вечер я был пьян. Всё как-то завертелось. – говорил мой муж, а у меня сердце удары пропускало.
– Не ври мне, – прошипела моя… сестра. – Ты не был пьян. И не первый раз ты трогаешь меня не как муж сестры. Давай без иллюзий.
Мир перевернулся. Меня будто выбросили за пределы реальности. В висках долбил пульс.
– Катя, прошу… Ты же сама всё это допустила. Я пытался остановиться.
– Пытался? Ты звонил мне посреди ночи. Ты писал, что думаешь обо мне, когда спишь с ней! Ты обещал, что уйдёшь от неё. – Катин голос дрожал.
– Я не могу, – глухо сказал он. – Она моя жена. Она ни о чём не догадывается.
Не догадываюсь? Я стояла в метре от них и теперь уже знала всё.
Катя молчала. А потом сказала тихо:
– Я беременна.
На этот раз я зажала рот рукой. Чтобы не закричать.
Тишина на балконе стала звенящей.
– Не ври мне, – прошипела моя… сестра. – Ты не был пьян. И не первый раз ты трогаешь меня не как муж сестры. Давай без иллюзий.
Мир перевернулся. Меня будто выбросили за пределы реальности. В висках долбил пульс.
– Катя, прошу… Ты же сама всё это допустила. Я пытался остановиться.
– Пытался? Ты звонил мне посреди ночи. Ты писал, что думаешь обо мне, когда спишь с ней! Ты обещал, что уйдёшь от неё. – Катин голос дрожал.
– Я не могу, – глухо сказал он. – Она моя жена. Она ни о чём не догадывается.
Не догадываюсь? Я стояла в метре от них и теперь уже знала всё.
Катя молчала. А потом сказала тихо:
– Я беременна.
На этот раз я зажала рот рукой. Чтобы не закричать.
Тишина на балконе стала звенящей.
– Не ёрничай. Я серьёзно. После родов мы оформим развод. Цивилизованно. Ты получишь хорошее содержание. Квартиру купим. Не здесь, конечно, но в Москве. Приличный район.
– А дом?
– Дом останется мне. Это логично – я его покупал.
– На наши общие деньги.
– На мои деньги, Марина. Ты не работала последние пять лет.
– Потому что ты запретил! Сказал – сиди дома, готовься стать матерью!
– Марина, хватит. Случилось и случилось. Дарья... она другая. Понимает меня. Не пилит, не требует внимания каждую минуту!
– А дом?
– Дом останется мне. Это логично – я его покупал.
– На наши общие деньги.
– На мои деньги, Марина. Ты не работала последние пять лет.
– Потому что ты запретил! Сказал – сиди дома, готовься стать матерью!
– Марина, хватит. Случилось и случилось. Дарья... она другая. Понимает меня. Не пилит, не требует внимания каждую минуту!
— Ты видела это? — орет муж в трубку. — Что это за бред?! Я ничего не крал и ни с кем не был, это подделка!
— Неужели? А твоя пассия тоже бред? Или то, как ты никогда не хотел на мне жениться?
Муж давится воплями.
— Что?..
— Тебе даже не пришлось рассказывать мне, что ты хочешь развестись, — продолжаю я. — Зато все будут знать, почему с тобой развожусь я.
— Ты… — он хрипит. Прокашливается. — Ты разводишься со мной? Я… ты всё не так поняла… я…
Когда-то я верила, что мы созданы друг для друга. Когда-то, когда он предложил мне пойти на наше первое свидание, была так счастлива...
— Развожусь, — отрубаю я.
Муж думал, что я не узнаю о его измене, только вот тайное всегда становится явным, и теперь все тайны мужа передо мной как на ладони. Если он думает, что я подавлюсь его предательством, то он плохо меня знает. И сюрприз будет неприятным.
— Неужели? А твоя пассия тоже бред? Или то, как ты никогда не хотел на мне жениться?
Муж давится воплями.
— Что?..
— Тебе даже не пришлось рассказывать мне, что ты хочешь развестись, — продолжаю я. — Зато все будут знать, почему с тобой развожусь я.
— Ты… — он хрипит. Прокашливается. — Ты разводишься со мной? Я… ты всё не так поняла… я…
Когда-то я верила, что мы созданы друг для друга. Когда-то, когда он предложил мне пойти на наше первое свидание, была так счастлива...
— Развожусь, — отрубаю я.
Муж думал, что я не узнаю о его измене, только вот тайное всегда становится явным, и теперь все тайны мужа передо мной как на ладони. Если он думает, что я подавлюсь его предательством, то он плохо меня знает. И сюрприз будет неприятным.
ИСТОРИЯ ИЗ ЖИЗНИ!!!
Решаю не стучать в хлипкую старую дверь, а просто толкаю.
Внутри — полумрак. На диване Паша без футболки и Лика в кружевном лифчике. Они целуются. Нет, это не просто поцелуй - это самая красивая сцена в любовном фильме!
Ну знаете, такого кинА, от которого потом мерзко до подташнивания.
Я делаю шаг внутрь, и голубки вздрагивают.
— Простите, что испортила вам вечер, — говорю спокойно.
Паша вскакивает:
— Вика… это не то, что ты подумала…
Горько усмехаюсь, губы дрожат.
— Да? А что я подумала? Что ты строишь бизнес с инвестором?
Он делает попытку подойти ко мне, вытягивает руку, будто может стереть всё, что я только что увидела.
— Подожди… Дай объяснить…
— Не надо. Ты всё уже объяснил. У тебя теперь новые партнёрские отношения. Судя по всему, очень продуктивные.
***
Тогда я ещё не знала, что судьбу не обманешь: она всё равно приведёт туда, где тебе и правда место, даже если сначала это похоже на катастрофу.
Решаю не стучать в хлипкую старую дверь, а просто толкаю.
Внутри — полумрак. На диване Паша без футболки и Лика в кружевном лифчике. Они целуются. Нет, это не просто поцелуй - это самая красивая сцена в любовном фильме!
Ну знаете, такого кинА, от которого потом мерзко до подташнивания.
Я делаю шаг внутрь, и голубки вздрагивают.
— Простите, что испортила вам вечер, — говорю спокойно.
Паша вскакивает:
— Вика… это не то, что ты подумала…
Горько усмехаюсь, губы дрожат.
— Да? А что я подумала? Что ты строишь бизнес с инвестором?
Он делает попытку подойти ко мне, вытягивает руку, будто может стереть всё, что я только что увидела.
— Подожди… Дай объяснить…
— Не надо. Ты всё уже объяснил. У тебя теперь новые партнёрские отношения. Судя по всему, очень продуктивные.
***
Тогда я ещё не знала, что судьбу не обманешь: она всё равно приведёт туда, где тебе и правда место, даже если сначала это похоже на катастрофу.
— Ты хотел обмануть меня!
— И ты ничего не сможешь сделать, — уголки губ моего мужа дергаются. Он в себе уверен, как никогда. — И доказательств у тебя нет. Если хочешь развестись, давай разведемся. Но ты пожалеешь, что не согласилась на мое предложение.
Осень начинается для меня с кошмара, ставшего явью: муж изменяет мне. Изменяет с невестой нашего сына, с девушкой, которую я считала чуть ли не дочерью. Муж уверен, что сын не поверит мне, а потом будет уже слишком поздно. А ещё он собирается лишить меня дела всей моей жизни; бизнеса, который мы строили вместе… он собирается лишить меня всего, что у меня есть. Но я не сдамся. Ни за что.
— И ты ничего не сможешь сделать, — уголки губ моего мужа дергаются. Он в себе уверен, как никогда. — И доказательств у тебя нет. Если хочешь развестись, давай разведемся. Но ты пожалеешь, что не согласилась на мое предложение.
Осень начинается для меня с кошмара, ставшего явью: муж изменяет мне. Изменяет с невестой нашего сына, с девушкой, которую я считала чуть ли не дочерью. Муж уверен, что сын не поверит мне, а потом будет уже слишком поздно. А ещё он собирается лишить меня дела всей моей жизни; бизнеса, который мы строили вместе… он собирается лишить меня всего, что у меня есть. Но я не сдамся. Ни за что.
- Продолжайте, продолжайте!
А что я еще должна сказать, застав мужа на любовнице? «На» или «В» - даже не знаю как правильно, и то и то подходит.
Я, конечно, не теряюсь, готова пожелать ему счастья и отправить в пешее эротическое, хотя хочется сказать, что на работе надо работать, а не это вот всё.
Но говорю я, внезапно, совсем другое.
- Не знала, как тебе сказать, но у меня тоже есть другой.
И всё бы ничего, только теперь у меня одна маленькая проблема. Как найти этого другого и предъявить разъяренному супругу.
Ничего, я справлюсь. Что ж делать, если, как говорится, прошла любовь, завяли помидоры?
А что я еще должна сказать, застав мужа на любовнице? «На» или «В» - даже не знаю как правильно, и то и то подходит.
Я, конечно, не теряюсь, готова пожелать ему счастья и отправить в пешее эротическое, хотя хочется сказать, что на работе надо работать, а не это вот всё.
Но говорю я, внезапно, совсем другое.
- Не знала, как тебе сказать, но у меня тоже есть другой.
И всё бы ничего, только теперь у меня одна маленькая проблема. Как найти этого другого и предъявить разъяренному супругу.
Ничего, я справлюсь. Что ж делать, если, как говорится, прошла любовь, завяли помидоры?
Подборка мелодрам об измене
Выберите полку для книги