Книги в жанре «Мелодрама» по тегу «predatelstvo»

– Он хочет жениться на ней! – взвизгивает любовница моего мужа, – Вы понимаете?! Она забеременела и вас ждет развод!

– И… – я медленно провожу пальцем по ножке бокала, собираясь с силами, – Что вы предлагаете?

– Я предлагаю вам начать первой! – с хищным оскалом подается вперед девица, – Развод! Громкий! С фотографиями, записями… – она аж задыхается от предвкушения.

Но я резко осекаю ее:

– Нет…

Развод для него слишком милосердно.

- Я люблю тебя! Ты разве не понимаешь? - практически кричит мой муж.
Не мне…
Распахиваю дверь и смотрю сначала на него, а потом на ту, кого считала подругой.
Ту, которую мой муж на самом деле любит.
Не меня…
- Орхан, - зову его хрипло.
Он прошивает меня яростным взглядом.
- Выйди немедленно! Пошла вон!
- Не уйду, - заявляю твердо, хоть и дрожащим голосом. - Ты должен развестись со мной. Немедленно!
- Не будет развода, Зара! - рявкает он. - Никогда. А теперь вышла отсюда! Тобой я займусь позже.

— Аня, прошу не надо драматизировать...
— Ты разбиваешь мне жизнь, говоришь, что у тебя есть другая женщина, и я не должна драматизировать?!
— Контролируй себя, — говорит он строго. — Крики ничего не изменят. Решение принято, оно окончательно. Я не тот человек, который мечется и сомневается. Когда я что-то решаю, я иду до конца. Это всегда было моей силой.
— Силой? — смотрю на него сквозь слёзы. — Это называется жестокостью, Костя. Бесчувственностью. Ты сломал меня, окончательно, понимаешь? Вот так, за пять минут, сломал всю мою жизнь!
— Я не ломаю, — он качает головой. — Я освобождаю. Тебя и себя. От от этого брака. Разве ты не чувствовала, что, между нами давно ничего нет? Будь честна хотя бы сейчас.
— Нет! — кричу я. — Я не чувствовала! Я любила тебя! Люблю! Я просыпаюсь и радуюсь, что ты рядом! Я жду, когда ты вернёшься с работы! Я...
— Пойми меня правильно — я подал на развод, — перебивает муж. —Мы разводимся. Документы уже у юристов.

– Я люблю тебя, и только тебя, – как ненормальный нашёптывал мой муж, жадно сжимая в объятиях Леру, которая весело смеялась, в шутку пытаясь оттолкнуть его от себя.
Но я видела, насколько ей были приятны прикосновения Жени и как ярко горели её глаза, как она пыталась сильнее прижаться к его бёдрам, как невзначай скользила руками по его спине, опускаясь всё ниже и ниже.
– А как же Юля? Ты разве больше не любишь свою жёнушку?
– К чёрту Юлю! Зачем вообще вспоминать о ней в такой момент? Я хочу быть с тобой, ведь ты в сто раз лучше, чем она.
Лера снова звонко рассмеялась и её смех ядом растёкся по моему телу.

* * *

Всего в одно мгновение я потеряла двух самых близких людей, в которых ни капли не сомневалась. Меня предали, причинив столько боли, что будь я слабее, я бы точно сломалась.
А ведь у меня было всё о чём только можно мечтать. Вот только кто же знал, что родная сестра захочет разрушить моё счастье и забрать мужчину, которого я любила также сильно, как и её.

У него есть тайный сын. Значит, скоро не будет любимой жены...

У Данилы Магницкого есть всё, о чём можно мечтать: бизнес-империя, уважение, красавица-жена Марина, которую он любит до безумия. И есть то, о чём никто не должен знать: внебрачный сын в другом городе. Эта двойная жизнь — его крест и его тайное счастье.
Пока однажды Марина не начинает отдаляться. Её взгляд стал пустым, прикосновения — ледяными. Она улыбается, но не ему. Говорит, что всё хорошо, но это ложь, которую он слышит каждый день.

А в их доме появляется Кирилл — старый друг Данилы, бывший парень Марины, гламурный «дефлоратор» из Голливуда. И с ним Марина оживает. В её смехе снова появляется радость, в глазах — огонь, который Данила безуспешно пытался разжечь месяцами...

— Нет, ну ты только посмотри на это совершенство, — Лера встряхивает вешалкой так, будто держит не комплект белья, а как минимум знамя личной победы. — Если мой самец после такого не потеряет голову, я вообще не знаю, зачем человечеству кружево.
Я смотрю на черный комплект у нее в руках, потом на саму подругу, потом снова на комплект.
— Человечеству кружево нужно хотя бы затем, чтобы такие девушки, как ты, могли доводить до инфаркта чужие банковские счета.
— Завидуй молча, — говорит она и прикладывает бюстгальтер к себе. — Ну как?
— Дорого. Нагло. Эффектно. В общем, все как ты любишь.
— И как он любит, — подмигивает она.
— Слушай, — говорю я, прищурившись. — А ты точно моя подруга? Или тебя подменили приличной женщиной? Неужели решила остепениться и остановиться на одном?
— Представь себе, да.
— Даже страшно.
— И напрасно, между прочим. Потому что это... мужчина мечты.

— Юля, я не знаю, как тебе это сказать, но ты должна увидеть, — говорит подруга.
Протягивает мне журнал. На первой странице огромная фотография. Рамиль в дорогом костюме, рядом с ним девушка в белом свадебном платье. Красивая, темноволосая, с восточными чертами лица. Они стоят, держась за руки, и улыбаются.
Заголовок большими буквами: "Самый завидный холостяк Москвы женился! Рамиль Сабуров связал себя узами брака с турецкой красавицей Зейнеп Йилмаз."
Я смотрю на фотографию и не могу поверить.
Читаю статью. "Свадьба прошла в Стамбуле в узком семейном кругу... Невеста — дочь влиятельного турецкого бизнесмена... Помолвка была объявлена год назад... Молодожены проведут медовый месяц на Мальдивах..."
Когда я пришла на работу, он уже был помолвлен. Все эти восемь месяцев, что мы были вместе, он знал, что женится на другой.
***
Я любила, отдавала себя полностью, без остатка. А он использовал меня. Хотел еще немного пожить свободной жизнью, прежде чем связать себя семейными узами.

— У тебя есть ребенок от другой женщины? — спрашиваю я. Голос мой дрожит, но я держу его под контролем.
Он откидывается на спинку стула. Смотрит на меня долго, оценивающе. Будто решает, что говорить, как повернуть разговор.
— Да, — говорит он наконец. — У меня есть ещё ребенок. Дочь. Ей год и зовут Маша.
Слова падают, как камни в колодец. Я слышу каждое, но не могу поверить, что это реальность. Что это произносит мой муж. Отец моей дочери. Человек, который клялся мне в верности перед алтарем восемнадцать лет назад.
— И женщина? — Мой голос звучит чужим.
— Её зовут Ева. — Он говорит спокойно, деловито, как будто обсуждаем покупку машины. — Она работала у меня в компании. Юристом. Мы были вместе полгода. Она забеременела.
Они были вместе полгода. Потом девять месяцев беременности, год жизни ребенка. Два с половиной года он живет двойной жизнью, изменяет мне и врет.

«Это не я неполноценный. Это ты бракованная».

Он сказал это спокойно. Почти ласково — как говорят о погоде. А через несколько часов я узнала, что измена — это ещё не самое страшное.

Одиннадцать лет я была ему верной женой. Семь с половиной из них — молча носила на себе его тайну, позволяла его матери называть пустой меня и ни разу не сказала правды. Я привела в дом двоих детей из детского дома, брата и сестру, которых не дала разлучить, и поверила, что у них наконец есть отец.

А потом на его телефон пришло сообщение: «А в таком наряде меня накажет мой полковник?» И я открыла переписку. И узнала, зачем на самом деле этот человек когда-то позволил мне взять чужих детей. Узнала, что он давал другим ту нежность, которую перестал давать мне. Что беременна не я — беременна другая. И что теперь у него будет, как он написал, «настоящий, родной ребёнок».

Он думал, что выставил нас за дверь.

Он ещё не знал, что дверь за ним впервые закрыла я.

— Пап, не говори так. Она моя мама.
— Кристина тебя родила. Она твоя настоящая мать.
Девочка сильнее прижалась ко мне.
— А Аня?
Денис посмотрел прямо мне в глаза.
— Она больше не будет занимать это место.
Я едва узнала собственный голос:
— Семь лет я растила Лизу. Ты сам радовался, когда она впервые назвала меня мамой.
— Теперь всё изменилось.
— Из-за неё?
Он не ответил. Вместо этого произнёс:
— Мне и моей дочери больше не нужна такая фальшивка.
У меня внутри словно что-то оборвалось.
— Папа, перестань! — Лиза уже плакала.
Кристина потянулась к ней.
— Лизочка, успокойся. Ты просто пока не понимаешь.
Девочка отшатнулась.
— Не трогайте меня!
Я обняла её и посмотрела на Дениса поверх детской головы.
— Ты вообще видишь, что делаешь?
— Я вижу достаточно. Уходи, Аня.
— Сейчас тревога, ты не слышишь сирен?!
— Ничего страшного, ближайшее убежище недалеко. – с поразительным холодом ответил мой муж.