Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»
🧡САМАЯ НИЗКАЯ ЦЕНА В ПЕРВЫЕ ДНИ!🧡
— Оля, посмотри на меня, — голос Руслана резкий, низкий, почти рычание.
Я сжимаю губы, глядя в сторону. Не могу. Если посмотрю — сломаюсь.
— Посмотри, чёрт возьми! — он хватает меня за запястье, рывком разворачивая к себе.
Наши взгляды сталкиваются. Мир будто замирает.
— Сколько ему лет? — тихо, почти шёпотом, но в этом шёпоте — сталь.
— Отпусти, — прошу я. — Это не твоё дело.
— Ещё как моё, — он делает шаг ближе, и между нами остаётся всего несколько сантиметров. — Ему пять лет?
Я молчу. Грудь сдавливает так, что не могу вдохнуть.
— Пять, — повторяет он, и угол его губ дёргается в горькой усмешке.
— Руслан, хватит… — я отвожу взгляд, но он не даёт. Его ладонь ложится на мою щеку — горячая, уверенная, до боли знакомая.
— Посмотри на меня и скажи мне правду! Это мой ребёнок?
Шесть лет назад я потеряла всё — мужчину, которого любила до безумия, и себя вместе с ним.
Я убежала от боли и... спрятала от Руслана самое главное — его сына.
— Оля, посмотри на меня, — голос Руслана резкий, низкий, почти рычание.
Я сжимаю губы, глядя в сторону. Не могу. Если посмотрю — сломаюсь.
— Посмотри, чёрт возьми! — он хватает меня за запястье, рывком разворачивая к себе.
Наши взгляды сталкиваются. Мир будто замирает.
— Сколько ему лет? — тихо, почти шёпотом, но в этом шёпоте — сталь.
— Отпусти, — прошу я. — Это не твоё дело.
— Ещё как моё, — он делает шаг ближе, и между нами остаётся всего несколько сантиметров. — Ему пять лет?
Я молчу. Грудь сдавливает так, что не могу вдохнуть.
— Пять, — повторяет он, и угол его губ дёргается в горькой усмешке.
— Руслан, хватит… — я отвожу взгляд, но он не даёт. Его ладонь ложится на мою щеку — горячая, уверенная, до боли знакомая.
— Посмотри на меня и скажи мне правду! Это мой ребёнок?
Шесть лет назад я потеряла всё — мужчину, которого любила до безумия, и себя вместе с ним.
Я убежала от боли и... спрятала от Руслана самое главное — его сына.
Пышка Марина попала на должность личной помощницы генерального случайно. Ей просто повезло. Возможно впервые в жизни.
А вот её новому начальнику, кажется, наоборот. Потому что она абсолютная катастрофа.
Бог с ними, испорченными документами, пропущенными встречами. Всё самое интересное началось, когда в ресторан вместо актрисы, которая должна была сыграть невесту босса перед его родителями, но неожиданно заболела, пришлось заявиться ей самой.
Ну а что? Когда-то она хотела стать актрисой, вот, кажется, и наступил её звёздный час. Только босс как-то притих, и смотрит так недобро...
#ХЭ
А вот её новому начальнику, кажется, наоборот. Потому что она абсолютная катастрофа.
Бог с ними, испорченными документами, пропущенными встречами. Всё самое интересное началось, когда в ресторан вместо актрисы, которая должна была сыграть невесту босса перед его родителями, но неожиданно заболела, пришлось заявиться ей самой.
Ну а что? Когда-то она хотела стать актрисой, вот, кажется, и наступил её звёздный час. Только босс как-то притих, и смотрит так недобро...
#ХЭ
– Мы разводимся. После двадцати лет брака я встретил настоящую любовь.
– Любовь?! А как же я? Отдала тебе лучшие годы своей жизни...
– Твои лучшие годы прошли, – цинично бросает муж. – Девушка, к которой я ухожу, намного лучше тебя. Она ухаживает и за домом, и за собой.
Я опрятная, привлекательная женщина! Я не та, кто прячет возраст за силиконовыми вставками!
– Конечно, я не могу обнулить все твои заслуги. Навсегда запомню твою готовку. Тебя стоило сделать не своей женой, а кухаркой и уборщицей.
Ушам поверить не могу. Мир рушится прямо у меня на глазах.
– Я не буду играть роль мужа и отца. Мы ставим точку в наших отношениях. Нас разведут в ближайшее время.
Не дождавшись ответа, указывает мне на дверь:
– Освободи шкаф, скоро здесь будут лежать кружевные наряды моей любимой.
– Приди в себя! Куда ты меня выгоняешь? Представляешь, какой будет стресс у ребёнка, когда увидит меня с чемоданом?
– Да, представляю. Поэтому собери вещи дочери тоже, вы обе уходите из моего дома.
– Любовь?! А как же я? Отдала тебе лучшие годы своей жизни...
– Твои лучшие годы прошли, – цинично бросает муж. – Девушка, к которой я ухожу, намного лучше тебя. Она ухаживает и за домом, и за собой.
Я опрятная, привлекательная женщина! Я не та, кто прячет возраст за силиконовыми вставками!
– Конечно, я не могу обнулить все твои заслуги. Навсегда запомню твою готовку. Тебя стоило сделать не своей женой, а кухаркой и уборщицей.
Ушам поверить не могу. Мир рушится прямо у меня на глазах.
– Я не буду играть роль мужа и отца. Мы ставим точку в наших отношениях. Нас разведут в ближайшее время.
Не дождавшись ответа, указывает мне на дверь:
– Освободи шкаф, скоро здесь будут лежать кружевные наряды моей любимой.
– Приди в себя! Куда ты меня выгоняешь? Представляешь, какой будет стресс у ребёнка, когда увидит меня с чемоданом?
– Да, представляю. Поэтому собери вещи дочери тоже, вы обе уходите из моего дома.
Чек выпадает из кармана его куртки, когда я достаю мелочь перед стиркой.
Обычная рутина. Двенадцать лет брака научили меня делать это на автомате.
Разворачиваю листок, даже не думая, что он перевернет всю мою жизнь.
Ювелирный салон.
Серьги. Сапфиры. Бриллианты.
Почти двести тысяч рублей.
Дата – три недели назад.
Сердце проваливается куда-то вниз.
Я судорожно перебираю в памяти все даты.
День рождения? Уже прошёл – тогда Олег подарил мне планшет.
Годовщина свадьбы? Через два месяца.
Просто так? Олег никогда не дарил украшений «просто так». Вообще никогда.
А это – почти двести тысяч.
Я опускаюсь на край кровати, потому что ноги больше не держат. Тёмно-синяя куртка мужа сползает с колен на пол.
В ушах звенит тишина.
Я знаю точно – эти серьги не для меня.
Обычная рутина. Двенадцать лет брака научили меня делать это на автомате.
Разворачиваю листок, даже не думая, что он перевернет всю мою жизнь.
Ювелирный салон.
Серьги. Сапфиры. Бриллианты.
Почти двести тысяч рублей.
Дата – три недели назад.
Сердце проваливается куда-то вниз.
Я судорожно перебираю в памяти все даты.
День рождения? Уже прошёл – тогда Олег подарил мне планшет.
Годовщина свадьбы? Через два месяца.
Просто так? Олег никогда не дарил украшений «просто так». Вообще никогда.
А это – почти двести тысяч.
Я опускаюсь на край кровати, потому что ноги больше не держат. Тёмно-синяя куртка мужа сползает с колен на пол.
В ушах звенит тишина.
Я знаю точно – эти серьги не для меня.
Сегодня у нас с мужем годовщина развода, а три месяца назад мы переспали… И я залетела.
- Пришла меня поздравить? - усмехается Григорий, оглядывая жадно мою фигуру и тут же пряча этот взор. - Будешь отмечать сегодня? Одна? Или выпьем вместе?
Я мотаю головой и закусываю нижнюю губу.
- Мне нельзя пить. Я беременна, Гриш… От тебя.
Каменский округляет глаза. Я знаю, что у него есть невеста. Длинноногая туповатая модель, как с картинки. Которую он завел, якобы чтобы меня забыть. Но я не претендую на его жизнь… Мне нужно другое.
- И ты пришла, чтобы сказать, что хочешь снова со мной сойтись? - щурится Гриша.
- Нет, - снова качаю головой. - Я пришла, чтобы попросить о помощи и сказать, что потом исчезну.
Каменский хмыкает, опирается на стол руками и нависает надо мной:
- Ну уж нет. Теперь только я буду решать, исчезнешь ты, или нет, Лиза…
Мы переспали, я залетела. У ребенка возможен порок развития.
Куда же мне идти, как не к бывшему?
- Пришла меня поздравить? - усмехается Григорий, оглядывая жадно мою фигуру и тут же пряча этот взор. - Будешь отмечать сегодня? Одна? Или выпьем вместе?
Я мотаю головой и закусываю нижнюю губу.
- Мне нельзя пить. Я беременна, Гриш… От тебя.
Каменский округляет глаза. Я знаю, что у него есть невеста. Длинноногая туповатая модель, как с картинки. Которую он завел, якобы чтобы меня забыть. Но я не претендую на его жизнь… Мне нужно другое.
- И ты пришла, чтобы сказать, что хочешь снова со мной сойтись? - щурится Гриша.
- Нет, - снова качаю головой. - Я пришла, чтобы попросить о помощи и сказать, что потом исчезну.
Каменский хмыкает, опирается на стол руками и нависает надо мной:
- Ну уж нет. Теперь только я буду решать, исчезнешь ты, или нет, Лиза…
Мы переспали, я залетела. У ребенка возможен порок развития.
Куда же мне идти, как не к бывшему?
«Нам нужно разойтись», — единственное, что я тогда сказал. И ушел. Без причин, без объяснений.
Прошли годы. Я не забыл ее, а она... Она, оказывается, родила от меня дочь.
— Мама, кто этот дядя? — спрашивает малышка, дергая руку Мелиссы.
— Никто, милая. Садись в машину.
Малышка слушается. А Мелисса смотрит на меня. В ее глазах ужас, лицо становится серым.
— Что ты здесь делаешь?
— Пришел за дочерью. Которую ты от меня... скрыла.
— А ты попытался хоть что-то узнать? Ответил на мои звонки, сообщения, когда я хотела все рассказать? Уходи, Богдан, как ушел семь лет назад. У меня счастливая жизнь, есть любимый человек, свадьба на носу. И портить все это из-за тебя я не стану.
— Ты все такая же... Не умеешь скрывать свои чувства, Мелисса.
— Ошибаешься. Той наивной девчонки давно уже нет, Басманов. Исчезни с нашего пути и никогда не возвращайся. Ясно?
— Я потерял несколько лет. Ещё больше терять не хочу, Мелисса. И не стану. Дочь должна обо мне знать. Не хочешь по-хорошему? Будет по-
Прошли годы. Я не забыл ее, а она... Она, оказывается, родила от меня дочь.
— Мама, кто этот дядя? — спрашивает малышка, дергая руку Мелиссы.
— Никто, милая. Садись в машину.
Малышка слушается. А Мелисса смотрит на меня. В ее глазах ужас, лицо становится серым.
— Что ты здесь делаешь?
— Пришел за дочерью. Которую ты от меня... скрыла.
— А ты попытался хоть что-то узнать? Ответил на мои звонки, сообщения, когда я хотела все рассказать? Уходи, Богдан, как ушел семь лет назад. У меня счастливая жизнь, есть любимый человек, свадьба на носу. И портить все это из-за тебя я не стану.
— Ты все такая же... Не умеешь скрывать свои чувства, Мелисса.
— Ошибаешься. Той наивной девчонки давно уже нет, Басманов. Исчезни с нашего пути и никогда не возвращайся. Ясно?
— Я потерял несколько лет. Ещё больше терять не хочу, Мелисса. И не стану. Дочь должна обо мне знать. Не хочешь по-хорошему? Будет по-
— Какая же ты наивная! Думаешь, он идеальный? Любит тебя и хранит верность? — Она поправила шёлковый халатик, подтянула к себе длинные стройные ноги и томно улыбнулась. — Знаешь, Денис был просто великолепен! Впрочем, я от него другого и не ожидала.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, мгновенно разрушив мой прекрасный мир. Ещё недавно я думала, что в моей жизни всё наконец-то наладилось: отношения с Денисом казались сказкой, а он — тем самым мужчиной, с которым я смогу быть счастливой. Но в эту идиллию вмешалась другая.
Эти слова прозвучали как гром среди ясного неба, мгновенно разрушив мой прекрасный мир. Ещё недавно я думала, что в моей жизни всё наконец-то наладилось: отношения с Денисом казались сказкой, а он — тем самым мужчиной, с которым я смогу быть счастливой. Но в эту идиллию вмешалась другая.
Я стала его женой, чтобы он мог оформить опеку над племянником.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
Но я не справилась со своей ролью.
Слишком скованная. Слишком… настоящая.
Нас почти раскусили, и тогда он сказал, что притворства больше не будет.
Теперь нам придется доказать, что мы — семья.
Есть только один беспроигрышный вариант.
Он станет моим первым мужчиной, а цена этой сделки окажется выше, чем я могла представить.
ЗАВЕРШЕНО!
- Я не хочу отмечать вместе Новый год. Я устал играть в семью, Лина.
У меня в горле пересыхает.
- Играть? – переспрашиваю через силу.
Я прошла с ним многое, два года поднимала его на ноги после тяжёлой аварии. А для него это игра?
- Может, у тебя… кто-то появился? – спрашиваю, не дождавшись от него больше ни слова.
- А если и так? – говорит в ответ равнодушно.
- Тогда этот конец, - отвечаю шёпотом.
И сама в это не верю.
***
Между нами уже больше года – холод. С тех самых пор, как муж снова смог ходить. А теперь в его жизни появилась другая женщина…
И я ему больше не нужна.
- Я не хочу отмечать вместе Новый год. Я устал играть в семью, Лина.
У меня в горле пересыхает.
- Играть? – переспрашиваю через силу.
Я прошла с ним многое, два года поднимала его на ноги после тяжёлой аварии. А для него это игра?
- Может, у тебя… кто-то появился? – спрашиваю, не дождавшись от него больше ни слова.
- А если и так? – говорит в ответ равнодушно.
- Тогда этот конец, - отвечаю шёпотом.
И сама в это не верю.
***
Между нами уже больше года – холод. С тех самых пор, как муж снова смог ходить. А теперь в его жизни появилась другая женщина…
И я ему больше не нужна.
— Слава, ты ведь прилетел самолётом из Магадана?
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
— Конечно, милая!
— Покажи мне электронный билет. Он же у тебя в телефоне, правда? Покажи! – я вытянула руку вперед.
Муж лихорадочно соображал, придумывая новую ложь
***
Тридцатого декабря я потратила последние деньги на подарок мужу. А через час узнала, что самолёт, которым он летел из командировки, совершил аварийную посадку.
Два часа я умирала от страха, пока мне не сказали, что моего мужа нет в списках пассажиров. Потому что никакой командировки не было. Был чек из гостиницы в Сочи и чужой волос на воротнике.
Этот Новый год я встречу без него. А что будет дальше — зависит только от меня.
Выберите полку для книги