Книги в жанре «Современный любовный роман» по тегу «skachat-fb2»

Неподалёку слышались голоса. Похоже, какая-то парочка выбирала керамическую плитку для своего любовного гнездышка…
- Хочу вот эту, - капризно протянул женский голос.
- Ты же знаешь, для тебя и нашего дома – все, что угодно, - ответил ей мужской.
А у меня все внутри похолодело. Приглядевшись сквозь щели в полках стеллажа, я убедилась в том, что мне не померещилось…
Это был мой муж. Он по-хозяйки обнимал за талию ту, что была его любовницей. И он… купил ей дом.
Сделал для нее то, что так давно обещал мне!

Всё началось с того, что моя четырёхлетняя дочь на занятиях в садике изобразила голых мужчину и женщину. А некоторое время спустя в магазине строительных материалов я встретила мужа и его помощницу, с которой они вместе выбирали плитку для нового дома…
И все встало на свои места: Лёша изменял мне, а наша маленькая дочь это видела…

– Твой муж – мой любовник и отец моего будущего ребёнка!
– Что ты такое говоришь?
– Я беременна от твоего мужа! От Игната! – мерзавка щёлкает пальцами у меня перед носом. – Ты была на ночном дежурстве, а я отдыхала с девочками в клубе, ну и перепила немного. Я попросила Игната подвезти меня до дома, пригласила его на чай. А там уж он сам сообразил, что к чему, и затащил меня в постель. Он всю ночь с меня не слезал, шептал на ухо, что ты – бревно, а я – богиня.
Слова девушки, которую я считала чуть ли не сестрой, звенят у меня в ушах. Я не верю… Мой муж не мог изменить мне! Не мог переспать с женой своего старшего брата!
– Не веришь? Давай позвоним Игнату и он во всём тебе признается!
Не успеваю ничего сказать, как мерзавка уже набирает моего мужа.
– Я же просил не звонить мне на работу!
– Игнат… Ты спал с Альбиной? – мой голос дрожит.
– Да, я тебе изменил, – произносит он, и мир перед глазами начинает плыть.

— Алиса, — муж смотрит жёстко. — Домой вы пойдёте без меня.
— А ты?
Он оборачивается к моей подруге, которая сидит на заднем ряду минивэна, придерживая огромный живот обеими руками. Её сын рядом.
— Макару уже три, — говорит муж. — И Кира скоро родит. Тянуть дальше просто нельзя.
Машину резко потряхивает на стыке моста.
Я вцепляюсь в край сиденья, чтобы не упасть.
— Макар — мой сын, — продолжает муж твёрдо. — И будущий малыш — тоже мой.
Я судорожно сглатываю.
Мне хочется закричать. Но рядом маленькая Маша.
Она смотрит на нас с отцом по очереди и не понимает, что сейчас произошло.
— Я уже вывез все свои вещи, — продолжает Костя ровно. — И подготовил бумаги на развод. Я больше не приду. Всё кончено.
Водитель набирает скорость.
Из окна уже видно наш дом на берегу.
И вдруг — долгий, визжащий сигнал.
Маша вздрагивает всем телом и вцепляется в мою руку.
Удар.
Потом ещё один.
Автомобиль врезается в ограждение, проламывает его.
Машина валится в воду...

— Где наша няня?!
— Сбежала ваша няня, — говорю я, поднимаясь со скамейки.
А Елизавета в ужасе смотрит на меня и только сейчас понимает, кто держит ее ребенка.
Ее ребенка?
Я опускаю взгляд вниз, потом перевожу его на коляску.
— Лиза? Ты что родила? Двойню? А как же аборт?
Нервный возмущенный всхлип вырывается у Лизы.
— Вон твой аборт, Абасов. Двойной. Пять месяцев уже как со мной. Слава Богу я тебя тогда не послушала! Отдай младенца, Абасов! Это моя дочь! — ее руки тянутся, чтобы забрать у меня принцессу в розовой пачке и зеленой вязаной шапочке.
— Позволь-ка, — уворачиваюсь я. — Тебе не кажется, что нам надо поговорить? Потому что это и моя дочь. И вон та, — киваю на коляску, — тоже моя дочь!

— У меня есть другая, Мира. Но это не твоё дело!
Я сжимаю в руках телефон мужа и глотаю слёзы. То, что я увидела там, повергло меня в шок.
— Она ждёт тебя на парные роды. Это не моё дело?
— Она роскошная женщина, с четвёртым размером! Она делает меня счастливым! А ты ничего не добилась! Пахнешь хлоркой, таскаешься по дежурствам, зарабатываешь три копейки!
Ярослав своим криком напугал сынишку, который спал на заднем сиденье. Маленький, в слезах, он выскочил из машины и побежал в поле.
— Никита! — я бросилась за ним.
И вдруг…
Щёлк.
Я замерла.
Под ногой, в пыльной земле, виднелся край металлического диска.
— Ярослав, мне страшно! Помоги!
— Это мина, — выдохнул он, отступая. — Кажется, мы свернули не туда. Передовая рядом. Если рванёт — зацепит обоих! Я не могу. Ксюша там рожает. Я не стану рисковать! Прости, но такова судьба.
Он сел в машину, вдавил газ и уехал.
Малыш бежал по полю, моя нога соскальзывала.
А потом взрыв…

– Я не вызывала никакую полицию! Я вообще тут случайно! – спешу оправдаться, но это сложно, когда Гордей так близко.
– Ага, – цинично усмехается. – Просто мимо проходила. Случайно очутилась на закрытом заезде, случайно направила на меня камеру…
Хочу ответить, но язык к небу прирос.
– Дрожишь, куколка… – с очередной наглой усмешкой констатирует парень. – Это от страха или тебе нравится, когда я так близко?
Кровь мгновенно приливает к щекам.
Взгляд сам опускается на его пухлые губы, и я ничего не могу с этим поделать.
– Что и требовалось доказать, – почти шепчет Гордей.
– Я просто… Не смогла…
– Не смогла оторваться? – заканчивает он за меня. Его голос становится ниже, отчего колени почему-то подкашиваются. – Мне нравится, когда девушки не могут от меня оторваться. Но я терпеть не могу, когда после этого они стучат ментам!

Подруга уговорила поехать на гонки на мотоциклах. Все пошло не по плану. Теперь Гордей Соколов ищет меня, еще не зная, что я его новая сводная сестра

— Ради бога, Мира, это еще даже не ребенок, что ты тут устроила? — шипит муж.
— Никита, ты о чем? Это же наш...
— Эмбрион, — заявляет он. — Десять недель. Такое даже не сохраняют, а ты собралась эвакуироваться? Беременность не болезнь.
Мы оба пригибаемся от очередного удара.
— Никита...
— А я что жрать буду?
Муж оставляет меня одну в приемном покое военного госпиталя. Когда раздается новый взрыв.
— Скорее, скорее! — вопит кто-то, и я бегу, прячусь в туалете.
Стены трясутся, окна дрожат.
— Самир Магомедович, всех вывели! Уходим! — кричит кто-то в коридоре.
— Не всех, — слышу совсем рядом. — Идите, найду кое-кого и приду.
— Я здесь! — крич, и скоро дверь открывается.
— Вот я тебя и нашел, — говорит полковник Берсанов. Но стены снова сотрясаются.
Я падаю и чувствую острую боль в животе. Только не это...

– Тёть Соня! Гошу сбили!
Моего сына сбила самокатчица в парке, когда он гулял с друзьями.
– Мам… – у сына белые губы. – Я руку сломал. Мне больно.
– Больно ему! – капризный голос. – Да он сам мне под колёса кинулся!
Девица в шортиках. Рыжая. И я её где-то видела...
– Да ты знаешь, сколько мой айфон стоит?! – презрительно смотрит на меня. – Я скажу любимому, что разбила телефончик из-за твоего тупого пацана! Тебе не жить, курица!
– Заткнись, – цежу. – Полиция разберётся.
На обочине тормозит чёрный «Мерседес».
Муж.
Срывается. Бежит к нам.
Но я не говорила ему. Не успела. Откуда он узнал?
– Вить…
Он пробегает мимо. Даже не взглянул на сына. Присаживается на корточки рядом с самокатчицей и тихо спрашивает:
– Ты в порядке, пусён?

Хорошо, дорогой. Иди к своей пусёне.
Ты купил дочь. Покалечил сына. Подставил меня.
Но я не буду просить пощады.
Потому что умолять будешь ты, когда твоя новая жизнь превратится в ад!

— Ты кто такая? И что здесь делаешь? — голос высокого незнакомца в черном, внезапно возникшего из ниоткуда, заставляет меня вздрогнуть. От страха сердце подскакивает к горлу.
— Я здесь… живу. И работаю. Горничной… — поднимаясь с земли, сбивчиво объясняю я.
— Больше не работаешь. У тебя есть час, чтобы покинуть особняк.
— Н-но я… живу здесь с самого детства! И мне больше некуда идти!
— Твои проблемы.

* * *

Миллиардер Ник Бергман — загадочный и мрачный отшельник с темным, как его одежда, прошлым, за которого мечтают выйти замуж самые красивые девушки страны.
Но не я.
Я работаю горничной в его особняке только для того, чтобы выжить.
И слишком поздно осознаю, что работа в доме этого невыносимого мужчины для меня гораздо опаснее всего остального…

- Светлана Владимировна, вы больше не врач, извините.
Меня лишили всего. Муж бросил, его отец уничтожил мою карьеру. Но я не сдаюсь. Бегу в город, где меня никто не знает. Пытаюсь начать все сначала. Устраиваюсь медсестрой в военный госпиталь, по совместительству санитаркой. Делаю уколы, ставлю клизмы, убираю, а однажды слышу знакомую фамилию.
- Соболь…
- Ну, здравствуй, Александр Сергеевич.
- Лана? Ты… ты же погибла?
- Жива, как видишь…
Я говорила всем, что погиб он. За две недели до свадьбы на учениях. А я осталась, не одна, с двойней в животе. Теперь мне нужна его помощь, но что делать, если беспомощен он?