Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «izmena-i-predatelstvo»
У Вероники было всё: идеальный брак, успешный муж-искусствовед, шикарная квартира. Пока в антикварном магазине ей не попалась старая фотография: Марк смотрит на другую женщину с нежностью, какой она не видела никогда. Расследуя его прошлое, она выходит на таинственную художницу — и на собственные желания, которые скрывала годами. Грань между предательством и правдой тает, как старый лак на картине. Честно, напряжение сдавливает горло, химия запретная и такая острая, что не оторваться до последней страницы.
Весеннее солнце бьет в лобовое стекло. Я еду на автомойку Максима. Паркуюсь у входа, и ко мне сразу подходит Женя — администратор.
— Фаина Анатольевна! Доброе утро! Как обычно? Комплекс «Премиум»?
— Да, Женя, спасибо.
— Фаина Анатольевна, — голос Жени заставляет меня поднять голову. Он стоит передо мной с подарочным пакетом в руках. На пакете логотип бутика «Шарлиз».
— Женя, что это?
— Вчера, когда мыли машину Максима Николаевича, мойщики забыли ему его отдать. Мы решили, что это для вас. Вот и передали.
— Спасибо.
Я заглядываю в пакет и вижу платье. Красное.
Шелковое, с глубоким вырезом, на тонких бретелях. На секунду я чувствую тепло в груди. Максим. Он купил мне это платье.
Я переворачиваю платье, ищу бирку. Размер сорок два. Но у меня сорок шестой.
Ты сходишь с ума, Фаина. — Это просто платье. Просто ошибка.
Но я узнаю правду. Обязательно узнаю. Кому предназначено это красное платье.
— Фаина Анатольевна! Доброе утро! Как обычно? Комплекс «Премиум»?
— Да, Женя, спасибо.
— Фаина Анатольевна, — голос Жени заставляет меня поднять голову. Он стоит передо мной с подарочным пакетом в руках. На пакете логотип бутика «Шарлиз».
— Женя, что это?
— Вчера, когда мыли машину Максима Николаевича, мойщики забыли ему его отдать. Мы решили, что это для вас. Вот и передали.
— Спасибо.
Я заглядываю в пакет и вижу платье. Красное.
Шелковое, с глубоким вырезом, на тонких бретелях. На секунду я чувствую тепло в груди. Максим. Он купил мне это платье.
Я переворачиваю платье, ищу бирку. Размер сорок два. Но у меня сорок шестой.
Ты сходишь с ума, Фаина. — Это просто платье. Просто ошибка.
Но я узнаю правду. Обязательно узнаю. Кому предназначено это красное платье.
Сегодня приезжает моя младшая сестра.
— Ты волнуешься? — спрашивает Эдуард.
— Немного, — признаюсь я. — Мы с Лизой не виделись почти год.
Стоим, ждем. Почему я волнуюсь? Из вагона выходит Лиза, высокая, стройная, с длинными темными волосами, распущенными по плечам. Зеленые глаза , губы накрашены ярко-розовой помадой. Узкие джинсы, короткая кожаная куртка, каблуки. Она выглядит... соблазнительно.
— Лизонька, как же ты выросла! — говорю я, отстраняясь и разглядывая сестру. — Просто красавица!
***
Мне нужно ехать в город, к доктору Савельеву. Впереди показывается поворот. Я сбавляю скорость, поворачиваю руль... И вдруг из-за поворота вылетает огромный грузовик. Слышу визг тормозов, потом — удар. Скрежет металла. В больницу ко мне пришли Эдуард и Лиза. Когда они уходили, я услышала их голоса в коридоре.
— Инга не должна ничего заподозрить, — говорит Эдуард.
— Я знаю, — отвечает Лиза тихо. Это наш секрет. Я понимаю, что моя жизнь изменилась навсегда. И, не только из-за аварии!
— Ты волнуешься? — спрашивает Эдуард.
— Немного, — признаюсь я. — Мы с Лизой не виделись почти год.
Стоим, ждем. Почему я волнуюсь? Из вагона выходит Лиза, высокая, стройная, с длинными темными волосами, распущенными по плечам. Зеленые глаза , губы накрашены ярко-розовой помадой. Узкие джинсы, короткая кожаная куртка, каблуки. Она выглядит... соблазнительно.
— Лизонька, как же ты выросла! — говорю я, отстраняясь и разглядывая сестру. — Просто красавица!
***
Мне нужно ехать в город, к доктору Савельеву. Впереди показывается поворот. Я сбавляю скорость, поворачиваю руль... И вдруг из-за поворота вылетает огромный грузовик. Слышу визг тормозов, потом — удар. Скрежет металла. В больницу ко мне пришли Эдуард и Лиза. Когда они уходили, я услышала их голоса в коридоре.
— Инга не должна ничего заподозрить, — говорит Эдуард.
— Я знаю, — отвечает Лиза тихо. Это наш секрет. Я понимаю, что моя жизнь изменилась навсегда. И, не только из-за аварии!
Апрельское солнце пробивается сквозь жалюзи. Рабочий день подходит к концу. Стук в дверь.
– Оксана Валентиновна, к нам поступила Перьева Алина Максимовна, двадцать пять лет. Полный пакет обследований, палата люкс на две недели.
Я беру карту, пробегаю глазами. Беременность два месяца. Плановое наблюдение. Всё стандартно, если бы не одна деталь.
– Кто оплатил счёт? – спрашиваю я, разглядывая графу «Плательщик».
Лена пожимает плечами:
– Наличными. Неустановленное лицо.
Я заведующая одной из лучших частных клиник города, врач-гинеколог высшей категории. Десять лет замужем за владельцем этой клиники.
И пять лет безуспешных попыток стать матерью.
Седьмая палата. Дверь приоткрыта. Горит свет.
Я подхожу. Очень тихо. И слышу голоса.
– Не волнуйся, – говорит Валерий. – Всё хорошо. Мы будем вместе.
– Ты уверен? – это Алина, её голос дрожит.
– Наш ребёнок здоров. Я видел все анализы. Всё идеально.
– Наш ребёнок, – повторяет она, и в её голосе столько нежности.
Мой мир разрушен!
– Оксана Валентиновна, к нам поступила Перьева Алина Максимовна, двадцать пять лет. Полный пакет обследований, палата люкс на две недели.
Я беру карту, пробегаю глазами. Беременность два месяца. Плановое наблюдение. Всё стандартно, если бы не одна деталь.
– Кто оплатил счёт? – спрашиваю я, разглядывая графу «Плательщик».
Лена пожимает плечами:
– Наличными. Неустановленное лицо.
Я заведующая одной из лучших частных клиник города, врач-гинеколог высшей категории. Десять лет замужем за владельцем этой клиники.
И пять лет безуспешных попыток стать матерью.
Седьмая палата. Дверь приоткрыта. Горит свет.
Я подхожу. Очень тихо. И слышу голоса.
– Не волнуйся, – говорит Валерий. – Всё хорошо. Мы будем вместе.
– Ты уверен? – это Алина, её голос дрожит.
– Наш ребёнок здоров. Я видел все анализы. Всё идеально.
– Наш ребёнок, – повторяет она, и в её голосе столько нежности.
Мой мир разрушен!
Она десять лет была удобной женой. Он привык, что она никуда не денется. Но когда в дверь стучит чужая правда — в виде шелкового шарфа и насмешливой записки, — Есения решается на единственно возможный шаг: уйти.
Артем уверен, что жена одумается и вернется. Но её место в новой жизни уже занимает другой мужчина — спокойный, надежный, умеющий слышать.
Слишком поздно он понимает: изменяют не телом. Изменяют выбором — каждый день, каждым «не сейчас». И иногда единственный способ не исчезнуть — остаться, даже когда тебя уже не ждут.
Семейная драма о распаде, любви и взрослой честности.
Артем уверен, что жена одумается и вернется. Но её место в новой жизни уже занимает другой мужчина — спокойный, надежный, умеющий слышать.
Слишком поздно он понимает: изменяют не телом. Изменяют выбором — каждый день, каждым «не сейчас». И иногда единственный способ не исчезнуть — остаться, даже когда тебя уже не ждут.
Семейная драма о распаде, любви и взрослой честности.
– И давно это между вами? – ровным тоном спрашиваю я.
– Стелла, послушай, ты всё неправильно поняла… – он запнулся, потому что я выгнула бровь и бросила красноречивый взгляд на его руки.
Они торопливо застегивали молнию на брюках, а позади него стояла раскрасневшаяся девушка и смотрела в пол, боясь поднять глаза.
– Конечно, – фальшиво усмехаюсь, – я так и подумала, что всё неправильно поняла.
– Родная…
– Стоп! – рычу я. – Свои шмотки завтра заберешь, а сегодня, чтобы твоей ноги дома не было!
Я разворачиваюсь и дергаю ручку двери.
– Ты пожалеешь! Локти ещё кусать будешь! – вдруг в спину зло кричит Боря и добавляет: – И свою дочь я тоже завтра заберу! Поняла?
– Из своего, ты только девичью фамилию заберешь, Вагин!
***
Я думала, что измена – самое страшное, но муж приготовил сюрприз, к которому я не была готова. Только он не рассчитал одного: ложь я не приму и больно отвечу.
– Стелла, послушай, ты всё неправильно поняла… – он запнулся, потому что я выгнула бровь и бросила красноречивый взгляд на его руки.
Они торопливо застегивали молнию на брюках, а позади него стояла раскрасневшаяся девушка и смотрела в пол, боясь поднять глаза.
– Конечно, – фальшиво усмехаюсь, – я так и подумала, что всё неправильно поняла.
– Родная…
– Стоп! – рычу я. – Свои шмотки завтра заберешь, а сегодня, чтобы твоей ноги дома не было!
Я разворачиваюсь и дергаю ручку двери.
– Ты пожалеешь! Локти ещё кусать будешь! – вдруг в спину зло кричит Боря и добавляет: – И свою дочь я тоже завтра заберу! Поняла?
– Из своего, ты только девичью фамилию заберешь, Вагин!
***
Я думала, что измена – самое страшное, но муж приготовил сюрприз, к которому я не была готова. Только он не рассчитал одного: ложь я не приму и больно отвечу.
Он подобрал меня в дешёвом кафе и решил, что купил вещь. Удобную. Тёплую. Молчаливую.
Три года я замазывала консилером следы его «любви» и говорила спасибо за то, что он вообще меня держит 💔
А потом я нашла фотографии. Моя лучшая подруга. Наша кровать. Мой муж.
«Я тебя сломаю, а потом отпущу. На своих условиях», прошипел он мне в лицо.
Не угадал, мажорчик 🔥
Потому что у тихой домашней мышки в коробке из под тампонов лежит то, от чего его золотая империя рассыпется в пыль. И его собственный отец уже протягивает мне руку.
Развод будет громким. Дорогим. Показательным.
Он доводил меня до слёз. Но ушла я первой. И теперь жалеть будет он 😈
Три года я замазывала консилером следы его «любви» и говорила спасибо за то, что он вообще меня держит 💔
А потом я нашла фотографии. Моя лучшая подруга. Наша кровать. Мой муж.
«Я тебя сломаю, а потом отпущу. На своих условиях», прошипел он мне в лицо.
Не угадал, мажорчик 🔥
Потому что у тихой домашней мышки в коробке из под тампонов лежит то, от чего его золотая империя рассыпется в пыль. И его собственный отец уже протягивает мне руку.
Развод будет громким. Дорогим. Показательным.
Он доводил меня до слёз. Но ушла я первой. И теперь жалеть будет он 😈
Она думала, что у них идеальная семья.
Она думала, что он любит её так же, как она любит его.
Она ошибалась.
В ночь перед десятилетием свадьбы Алиса находит в кабинете мужа чужую заколку, а в их собственной постели — другую женщину. Павел не просто изменяет ей — он методично разрушает её жизнь, оставляя без гроша, отбирая ресторан и угрожая забрать дочь. Из тихой и доверчивой домохозяйки Алиса превращается в воина, который готов сражаться за своё будущее.
Но чем глубже она копает, тем страшнее становятся тайны прошлого. Предательство мужа оказывается лишь верхушкой айсберга, за которым скрываются финансовые махинации, шантаж и убийство. Алисе предстоит не просто пережить развод — она должна разрушить империю лжи, чтобы спасти свою семью. Она больше не жертва. Теперь она — охотник.
Она думала, что он любит её так же, как она любит его.
Она ошибалась.
В ночь перед десятилетием свадьбы Алиса находит в кабинете мужа чужую заколку, а в их собственной постели — другую женщину. Павел не просто изменяет ей — он методично разрушает её жизнь, оставляя без гроша, отбирая ресторан и угрожая забрать дочь. Из тихой и доверчивой домохозяйки Алиса превращается в воина, который готов сражаться за своё будущее.
Но чем глубже она копает, тем страшнее становятся тайны прошлого. Предательство мужа оказывается лишь верхушкой айсберга, за которым скрываются финансовые махинации, шантаж и убийство. Алисе предстоит не просто пережить развод — она должна разрушить империю лжи, чтобы спасти свою семью. Она больше не жертва. Теперь она — охотник.
Я стою в коридоре нашего офиса. Дверь в кабинет мужа приоткрыта. В руках у меня коробочка с детскими пинетками, а внутри — новая жизнь. Я пришла сказать Диме, что стану матерью. Но из-за двери доносится женский смех, и я замираю на месте.
— Дима, ты обещал, что разведешься с ней до конца лета. Лето заканчивается. Я устала ждать.
— Я разведусь. Просто нужно время. Ты же не хочешь остаться ни с чем?
— Не хочу. Я вообще не понимаю, как ты столько лет с ней живешь. Она же холодная, как рыба. И детей у нее никогда не будет. Ты сам говорил — она бесплодная.
Коробка падает из моих рук. Я распахиваю дверь. Мой муж в кресле. Она — на его столе, вульгарно закинув ногу на ногу. Смотрит на меня и растягивает губы в улыбке:
— Ой, привет. А ты, наверное, та самая бесплодная?
***
Каждый получит то, что заслуживает. Бывший — пустоту. А я — свободу.
— Дима, ты обещал, что разведешься с ней до конца лета. Лето заканчивается. Я устала ждать.
— Я разведусь. Просто нужно время. Ты же не хочешь остаться ни с чем?
— Не хочу. Я вообще не понимаю, как ты столько лет с ней живешь. Она же холодная, как рыба. И детей у нее никогда не будет. Ты сам говорил — она бесплодная.
Коробка падает из моих рук. Я распахиваю дверь. Мой муж в кресле. Она — на его столе, вульгарно закинув ногу на ногу. Смотрит на меня и растягивает губы в улыбке:
— Ой, привет. А ты, наверное, та самая бесплодная?
***
Каждый получит то, что заслуживает. Бывший — пустоту. А я — свободу.
— Может, тебе уже пора принять, что не всем женщинам дано стать матерями?
— Врач просит всего один анализ, Лёш. Я шесть лет обследуюсь.
— Со мной всё нормально, Оля. Я мужик. Проблема не во мне.
Шесть лет я ему верила. А на нашу десятую годовщину Алексей не пришёл. Сказал, что задержался на важной встрече. Через час я увидела фотографию: мой муж целует другую женщину. И подпись под фотографией:
«Полтора года рядом с самым любимым мужчиной».
— Врач просит всего один анализ, Лёш. Я шесть лет обследуюсь.
— Со мной всё нормально, Оля. Я мужик. Проблема не во мне.
Шесть лет я ему верила. А на нашу десятую годовщину Алексей не пришёл. Сказал, что задержался на важной встрече. Через час я увидела фотографию: мой муж целует другую женщину. И подпись под фотографией:
«Полтора года рядом с самым любимым мужчиной».
Подборка романов об измене и предательстве
Выберите полку для книги