Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «razvod»
🔥МИН.ЦЕНА 2-3.12 РОМАН ЗАВЕРШЕН🔥
Распахиваю дверь — и всё. Башню сносит напрочь.
Комната как из фильма про идеальную любовь: свечи, приглушенный свет и лепестки по всей кровати. Вот только это не мой праздник.
На кровати мой муж. Человек, с которым я прожила шестнадцать лет.
И моя младшая сестра.
Я наконец делаю шаг внутрь. Медленно, нарочно медленно, чтобы каблуки стучали по паркету, как выстрелы.
Они отрываются друг от друга. Ну наконец-то.
Он — бледный, как простыня. Она — всё с той же ухмылочкой. Господи, да ей даже неловко не стало.
— Ну что, — говорю, усмехаясь. — Красота какая, а? Только я не поняла: это у вас годовщина или репетиция в кино для взрослых?
Он открывает рот, что-то лепечет. Типа «это не то, что ты думаешь».
Я смеюсь. Настолько громко и резко, что сама вздрагиваю от собственного смеха.
— Серьёзно? Не то, что я думаю? Ну да, я тупая, я же шестнадцать лет с тобой прожила, чтобы вот так вот ничего не понимать!
Распахиваю дверь — и всё. Башню сносит напрочь.
Комната как из фильма про идеальную любовь: свечи, приглушенный свет и лепестки по всей кровати. Вот только это не мой праздник.
На кровати мой муж. Человек, с которым я прожила шестнадцать лет.
И моя младшая сестра.
Я наконец делаю шаг внутрь. Медленно, нарочно медленно, чтобы каблуки стучали по паркету, как выстрелы.
Они отрываются друг от друга. Ну наконец-то.
Он — бледный, как простыня. Она — всё с той же ухмылочкой. Господи, да ей даже неловко не стало.
— Ну что, — говорю, усмехаясь. — Красота какая, а? Только я не поняла: это у вас годовщина или репетиция в кино для взрослых?
Он открывает рот, что-то лепечет. Типа «это не то, что ты думаешь».
Я смеюсь. Настолько громко и резко, что сама вздрагиваю от собственного смеха.
— Серьёзно? Не то, что я думаю? Ну да, я тупая, я же шестнадцать лет с тобой прожила, чтобы вот так вот ничего не понимать!
– Женя, меня бесит смотреть на вас весь вечер, – выдохнула подруга моей дочери, обращаясь к моему мужу. – Как вы сидите рядом, такие милые, такие семейные.
Мой муж тихо рассмеялся.
– Маша, ну не ревнуй, мышка, – сказал он. – Я же весь твой.
– Я всё равно ревную, – капризно протянула она. – Потому что хочу, чтобы ты был только моим.
Я зажмурилась, прижимая пальцы к губам.
– Ты же понимаешь, – продолжил мой… муж – что с женой я не разведусь. Но постараюсь выделять тебе больше времени.
– Обещаешь, милый?
– Да. – Он даже не задумывался, отвечая. – Скоро должна быть командировка. Могу взять тебя с собой, если готова пропустить пары. Вот там, – продолжил он, – поймёшь, что ревновать тебе совершенно незачем.
Меня сжало изнутри до такой степени, что я не выдержала.
Я взялась за ручку и толкнула дверь.
Мой муж тихо рассмеялся.
– Маша, ну не ревнуй, мышка, – сказал он. – Я же весь твой.
– Я всё равно ревную, – капризно протянула она. – Потому что хочу, чтобы ты был только моим.
Я зажмурилась, прижимая пальцы к губам.
– Ты же понимаешь, – продолжил мой… муж – что с женой я не разведусь. Но постараюсь выделять тебе больше времени.
– Обещаешь, милый?
– Да. – Он даже не задумывался, отвечая. – Скоро должна быть командировка. Могу взять тебя с собой, если готова пропустить пары. Вот там, – продолжил он, – поймёшь, что ревновать тебе совершенно незачем.
Меня сжало изнутри до такой степени, что я не выдержала.
Я взялась за ручку и толкнула дверь.
Шагнув к двери, я понимаю, что она не заперта. Из большой комнаты раздается смех.
Женский смех. И… И моего мужа.
Смех и звуки поцелуев. Их ни с чем не спутать.
Я не верю своим ушам.
А ведь он писал, что из-за совещания задержится допоздна! Какая же я дура!
— Это совещание такое?
Мой муж обманул меня. Дважды. Он не просто изменил мне, он грозится оставить меня на улице. Но я добьюсь, что его ложь вскроется... и добьюсь не одна.
Женский смех. И… И моего мужа.
Смех и звуки поцелуев. Их ни с чем не спутать.
Я не верю своим ушам.
А ведь он писал, что из-за совещания задержится допоздна! Какая же я дура!
— Это совещание такое?
Мой муж обманул меня. Дважды. Он не просто изменил мне, он грозится оставить меня на улице. Но я добьюсь, что его ложь вскроется... и добьюсь не одна.
— А что ты думала? С тобой в постели, как с бревном — тяжесть есть, а жизни нет.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
Муж сказал это так спокойно, словно мы обсуждали, что хлеб закончился, а не его измену.
— Ты стала… серой. Тяжелой. Неинтересной, — продолжил он ровно, без единой эмоции. Как будто перечислял факты из инструкции. — Ты даже беременность свою носишь так, будто это подвиг.
Он усмехнулся — коротко, обидно:
— А Эвелина сияет. Понимаешь? Сияет. Я не хочу жить с тенью.
Мне показалось, что это худшее, что я могу услышать. Но нет — он продолжил, еще холоднее:
— Ты родишь его, конечно. Но воспитывать будет Эвелина.
Я инстинктивно прикрыла живот. Малыш внутри замер, будто прислушивался, боясь пошевелиться.
— Ты не можешь забрать у меня ребенка.
— Могу, — спокойно ответил он. — Ты все равно одна ничего не вывезешь. Тебя от беременности плющит. Ты всегда уставшая. Вечно… никакая.
Он взглянул на меня пусто, как на чужого человека:
— Ты не мать, Лиза. Отдай ребенка тем, кто справится лучше.
НОВИНКА! ЗАВЕРШЕНО!
– Мне сорок, и я совсем недавно встретил свою истинную любовь! – объявляет мой муж в микрофон, и его голос отдается эхом под высокими потолками.
Мир останавливается.
– Я устал врать! – продолжает Даниил. – Притворяться примерным мужем! Жить с нелюбимой, Но сегодня, в день своего рождения, я готов признаться в этом всем! Настя, милая, я люблю тебя! Я обещал тебе, что скоро разведусь, и я развожусь! И меня никто не остановит!
О том, что я развожусь, я узнала на юбилее мужа. Он объявил об этом всем ста гостям сразу и представил молодую любовницу. Унижение, обида, боль... Казалось, что хуже быть не может! Но через несколько дней он доказал, что он еще больший подлец, чем я о нем думала и поставил меня перед ужасным выбором.
– Мне сорок, и я совсем недавно встретил свою истинную любовь! – объявляет мой муж в микрофон, и его голос отдается эхом под высокими потолками.
Мир останавливается.
– Я устал врать! – продолжает Даниил. – Притворяться примерным мужем! Жить с нелюбимой, Но сегодня, в день своего рождения, я готов признаться в этом всем! Настя, милая, я люблю тебя! Я обещал тебе, что скоро разведусь, и я развожусь! И меня никто не остановит!
О том, что я развожусь, я узнала на юбилее мужа. Он объявил об этом всем ста гостям сразу и представил молодую любовницу. Унижение, обида, боль... Казалось, что хуже быть не может! Но через несколько дней он доказал, что он еще больший подлец, чем я о нем думала и поставил меня перед ужасным выбором.
Я медленно подошла к столу, села. Пальцы дрожали, когда я снова подняла крышку. Экран загорелся, даже не попросив пароль.
Окно проводника по‑прежнему было открыто. Папка "Личное" ждала своего клика. Я глубоко вдохнула, выдохнула — и щёлкнула по "Проект К".
Внутри — десятки мелких прямоугольников-превьюшек. Я кликнула на первый.
На экране появилась молодая девушка. Она сидела на нашей кухне, на том самом стуле у окна, где я пью утренний кофе. На ней — белая рубашка Дениса, расстёгнутая на две пуговицы. Волосы растрёпаны, голые ноги подвёрнуты под себя. Она улыбалась в объектив так, будто весь мир принадлежит только ей и камере.
На заднем плане я увидела свою кружку. И нашу клетчатую скатерть.
Щёлк.
Следующий кадр. Та же девушка лежит на нашей кровати. Простыня сбилась к ногам, подушка с привычной вмятиной под его головой.Свет падает из окна спальни — тот самый мягкий утренний свет, в котором я люблю читать по выходным.
Окно проводника по‑прежнему было открыто. Папка "Личное" ждала своего клика. Я глубоко вдохнула, выдохнула — и щёлкнула по "Проект К".
Внутри — десятки мелких прямоугольников-превьюшек. Я кликнула на первый.
На экране появилась молодая девушка. Она сидела на нашей кухне, на том самом стуле у окна, где я пью утренний кофе. На ней — белая рубашка Дениса, расстёгнутая на две пуговицы. Волосы растрёпаны, голые ноги подвёрнуты под себя. Она улыбалась в объектив так, будто весь мир принадлежит только ей и камере.
На заднем плане я увидела свою кружку. И нашу клетчатую скатерть.
Щёлк.
Следующий кадр. Та же девушка лежит на нашей кровати. Простыня сбилась к ногам, подушка с привычной вмятиной под его головой.Свет падает из окна спальни — тот самый мягкий утренний свет, в котором я люблю читать по выходным.
— Ох… Ну, ты даёшь. Волшебница, — слышу восхищённый голос мужа. — Продолжай. Давай…
— Ещё? — попискивает рядом женский голосок.
— Да, да.
Сцена, мягко говоря, специфическая. Мой муж лежит на ковре пузом вниз. Рубашка задрана до ушей...
– Что здесь происходит?! – рявкаю я.
– Надя, хорош голосить. Мешаешь! – ворчит муж, с раздражением глядя на меня. – Не видишь, сеанс у нас.
Вернулась, называется, домой на день раньше, а там мой муж и подруга нашей дочери.
Восемнадцатилетняя соплюха в прозрачном пеньюаре. Из нескладного подростка Лиза превратилась в стерву, которая под шумок решила соблазнить моего мужа.
— Ещё? — попискивает рядом женский голосок.
— Да, да.
Сцена, мягко говоря, специфическая. Мой муж лежит на ковре пузом вниз. Рубашка задрана до ушей...
– Что здесь происходит?! – рявкаю я.
– Надя, хорош голосить. Мешаешь! – ворчит муж, с раздражением глядя на меня. – Не видишь, сеанс у нас.
Вернулась, называется, домой на день раньше, а там мой муж и подруга нашей дочери.
Восемнадцатилетняя соплюха в прозрачном пеньюаре. Из нескладного подростка Лиза превратилась в стерву, которая под шумок решила соблазнить моего мужа.
– И знаешь что, Андрей, я ухожу! А ты живи с кем хочешь, мне плевать! Я уже устала тянуть наши отношения на себе. Кстати, Ваня останется с тобой.
– С какой это радости?
– А что такое, твоя любовница ради тебя не станет ему отличной матерью?
– Ей всего девятнадцать и... – И тут я осознал, что проговорился. Ещё и так глупо, просто поддавшись на провокацию со стороны жены.
– Я знала! Я это чувствовала! Ну ты и кобель!
– Успокойся! Это не то, что я хотел сказать. Я имел в виду, что...
Но хлёсткий удар полотенцем по лицу заставил меня замолчать, как и разозлиться ещё сильнее.
– С какой это радости?
– А что такое, твоя любовница ради тебя не станет ему отличной матерью?
– Ей всего девятнадцать и... – И тут я осознал, что проговорился. Ещё и так глупо, просто поддавшись на провокацию со стороны жены.
– Я знала! Я это чувствовала! Ну ты и кобель!
– Успокойся! Это не то, что я хотел сказать. Я имел в виду, что...
Но хлёсткий удар полотенцем по лицу заставил меня замолчать, как и разозлиться ещё сильнее.
- Жена у моего Олежки такая дура! - хмыкнула вычурная блондинка в шезлонге рядом. - Ты прикинь, на прошлых выходных мы летали на Красную Поляну, а она думает, что он тосковал на форуме в Омске!
Олежек.
Имя распространённое, конечно.
Но вот форум в Омске — уже опасно точное совпадение.
Светлана сидела в шезлонге и слушала, чувствуя, как мир вокруг начинает рассыпаться.
Господи, неужели эта дура она?! Неужели это ее муж кувыркался с силиконовой куклой на курорте, пока она настирывала шторы и наглаживала постельное?!
Она пришла в SPA просто отдохнуть, перевести дух…
Но вышла оттуда уже другой женщиной — с осознанием, что её брак держится на иллюзиях, а доверие давно растоптали.
Именно в этот момент в ней что-то сломалось - и что-то родилось заново.
Олежек.
Имя распространённое, конечно.
Но вот форум в Омске — уже опасно точное совпадение.
Светлана сидела в шезлонге и слушала, чувствуя, как мир вокруг начинает рассыпаться.
Господи, неужели эта дура она?! Неужели это ее муж кувыркался с силиконовой куклой на курорте, пока она настирывала шторы и наглаживала постельное?!
Она пришла в SPA просто отдохнуть, перевести дух…
Но вышла оттуда уже другой женщиной — с осознанием, что её брак держится на иллюзиях, а доверие давно растоптали.
Именно в этот момент в ней что-то сломалось - и что-то родилось заново.
– Ой, доктор, у меня тут что-то болит, - приторный женский голос заставляет меня остановиться у двери кабинета мужа.
– Сейчас посмотрим, что у тебя там болит, - отвечает сиплый голос Валеры.
– Ты, кстати, уже поговорил с женой? Когда вы разводитесь? И я хочу в доме вашем жить. Дом нам останется, - капризно заявляет девушка.
– Сейчас посмотрим, что у тебя там болит, - отвечает сиплый голос Валеры.
– Ты, кстати, уже поговорил с женой? Когда вы разводитесь? И я хочу в доме вашем жить. Дом нам останется, - капризно заявляет девушка.
Подборка романов о неверности
Выберите полку для книги