Книги в жанре «Романы о неверности» по тегу «silnaya-geroinya»

— Тебе не противно от самой себя, а? Ты – на коленях, как жалкая неудачница. Ты всегда была гордой и сильной. А теперь что? Посмотри на себя, Вера. Ты сейчас как побитая псина. Старая и страшная.
Я снова упала на колени. Не от слабости. От отчаяния. Я больше не знала, как его остановить.
Но сказать о беременности язык не повернулся. Появился страх, что он может что-то сделать нехорошее.
Он открыл двери. Посмотрел на меня сверху вниз.
— Собери себя в целое, Вера. И живи дальше.
И ушёл. Оставил за собой тишину, в которой звенело каждое не сказанное мной слово.

🌷🌷🌷

Теперь — каждый её день как война.
С телом, которое предаёт.
С сердцем, которое всё ещё любит.
С прошлым, которое возвращается, когда меньше всего ждёшь.

❗️ХЭППИ ЭНД❗️

— Ты спишь с моей сестрой?
— Не начинай. Всё уже произошло.
— Ты хоть понимаешь, что это измена?
— Да брось. У вас одно лицо. Она — такая же, как ты. Только ярче.
Я прожила с ним почти тридцать лет. Родила двоих детей. Пожертвовала карьерой, молчала, терпела, верила.
А он выбрал мою копию.
Я ушла. Не сломалась. А потом поднялась — и вернулась. Чтобы нанести удар.

— Ты спишь с моей дочерью?
— И что? Она мне не родная.
— Ты мужчина, которому я доверила её судьбу.
— Не драматизируй. Мы взрослые. Всё произошло само.
— Нет. Не само. Ты предал. Нагло сделал ее своей любовницей.
Я не знала, как предательство может выглядеть вблизи. До тех пор, пока не увидела его руки на её талии. Моя дочь и муж. И тишина между нами, в которой было слишком много грязи.
А потом на пороге появился тот, кто отказался от неё ещё младенцем. Но он пришёл не за ней.

— Я тут недавно поняла, что она старше, чем моя матушка, представляешь, — это голос Кристины. Моей парикмахерши. Звонкий, как фольга на зубах.
— Ты про меня тоже так говоришь, Кристалик? – обиженно говорит мой муж. Будто ему не 51, а 15.
– Нет, мужчина с возрастом как виски. Только насыщеннее и богаче. А женщина… Как сухофрукт. Вроде можно есть, да выглядит не очень. Хотя мне понравилось, как она поставила тебя на место…
— Да ладно тебе, — усмехается Андрей. — Один раз смешно пошутила и всё… Она как отчет на работе: полезная, но ужасно скучная.
Я остановилась у двери спальни и толкнула её со всего размаху.
Эта молодая девка уже во всю скакала на моем муже. Без одежды. Только ярко-красные чулки. Всё тело у неё было набито татухами.
– Лида… – вдруг восклицает Андрей и тут же откидывает от себя девчонку.
Кристина хватается за грудь и начинает визжать, как сирена.
— Замолчи, — говорю я. Четко, ровно, ледяным голосом. — А то весь сервиз мне разобьешь своими децибелами.

Появление жены оказалось настоящей неожиданностью. Я даже не сразу смог сориентироваться и выйти из ступора, запоздало натянув штаны и судорожно пытаясь придумать, что сказать.
Но что тут можно сказать? Жена не слепая и вряд ли поверит, что произошло какое-то недоразумение.
И как она вообще открыла дверь? Я же её точно запирал.
– Так вот, как ты трудишься на работе, любимый, – с издёвкой произнесла Света, медленно двинувшись в нашу с Аллой сторону. – И правда, прямо в поте лица работаешь на благо компании. Всего себя отдаёшь делу. Ну что же ты так побледнел? Устал? Так ты присядь, отдохни. Может, хочешь водички?
Подойдя к кувшину с водой, забытого после последнего совещания, Света схватила его и окатила меня прохладной жидкостью, вслед за этим метнув кувшин мне под ноги.

Лена выглядит безупречно: длинные каштановые волосы идеально уложены, улыбка ослепительна, взгляд полный уверенности. Подпись под фотографией: «Любите себя, девочки, и ваш мужчина обязательно найдет вас!»

Я улыбаюсь, но вдруг замечаю странное отражение в бокале вина в её руке. Сердце мгновенно начинает колотиться быстрее. Приближаю картинку, всматриваюсь — и меня захлёстывает ледяная волна ужаса.

Это Антон. Мой муж, которого я узнала бы из тысячи. Его профиль, его улыбка, чуть прищуренный взгляд. Ошибки быть не может.

Я считала его любящим мужем, а ее лучшей подругой. Все раскрыла абсолютная случайность и одно отражение.

— У тебя в телефоне… ДНК-тест.
— Ксю…
— Ты проверяла, кто отец твоего сына?
— Я не хотела, чтобы ты узнала. Он просил…
— Ты родила от моего мужа. И молчала шесть лет.
— Я… не хотела, чтобы так...
— А что ты хотела, Марина? Стать любовницей моему мужу и жить рядом, как ни в чём не бывало?..
Когда предают оба — муж и подруга, в тебе что-то умирает.
Но иногда — именно после этого ты начинаешь жить.

– Вы Ольга? – протягивает девица, пытаясь беспардонно проникнуть в нашу квартиру. – Хорошая хата… Освобождай ее.

– С какой стати? – возмущаюсь я, перекрывая проход.

– А с той! Тебе сорокет почти, детей нет. Так вали, зачем мое место занимаешь? Я беременна, семь недель. И с твоим Матвеем мы три года вместе!

Я считала свой брак безупречным, пока на пороге моей квартиры не появилась беременная любовница мужа.

Вместо страданий и слез я выбираю веселье с подругой в модном баре…

Случайное знакомство с влиятельным мужчиной и… одна ночь, чтобы все изменить…

А на утро я больше не боюсь потерять того, кто давно потерян.

И признаться: все, что было раньше – досадная ошибка… А впереди – новая жизнь и долгожданное счастье!

– Маму Андрея зовут Анастасия Михайловна.

– Нет, – мотает головой… – Тетя Лидия! Отчество не помню.

Мое сердце стучит как сумасшедшее. Не может быть такой ошибки… Егор – бывший лучший друг Андрея, они часто бывали дома друг у друга…

– Может она поменяла имя? – выдавливаю из себя.

– У вас есть фотография, как ее...

– Анастасии Михайловны, – подсказываю, – Есть. Кажется есть.

Дрожащими пальцами открываю галерею в смартфоне и нахожу снимок, где я, Андрей и его мать сидим за столом. Пододвигаю телефон к Егору. Он смотрит несколько секунд, затем качает головой:

– Это не тетя Лида. Мать Андрея выглядит совсем иначе, она маленькая, сухонькая, темненькая, а эта… Он долго молчит, – не его мать…

– Но кто тогда живет в нашем доме?!

— Он выжил.
— Что?..
— Ребёнок выжил. Донор подошёл.
— Кто? Кто это был?
— Это.. ну...
— Ты видела его?..
— Да…
— Говори…
— Дарья, это был твой муж.
Я пришла в больницу просто помочь.
Подруга родила тяжело, ребёнок — в реанимации. Я возила ей бульоны, стирала её вещи, ночевала на пластиковом стуле в коридоре.
Думала — она одна.
А оказалось — не совсем.
Оказалось, отец ребёнка всё это время был рядом.
В моей постели. В моем доме. И молчал.