Книги в жанре «Романы о неверности»

– Ты подарила мне лучшие годы, – говорит благодушно. – Но жизнь идёт дальше. Мы взрослые люди, надо принимать реальность. К тому же, ты так и не смогла родить мне сына… – Он делает паузу, как будто дает мне время согласиться. – А Виталина, она молодая, она сможет.

Слово «сын» бьёт по животу изнутри. Но я на это ничего не отвечаю. Просто слушаю как Родион, распустив хвост, пытается оправдать собственную подлость.

И сообщать ему, что я на пятнадцатой неделе, я не собираюсь.
_____

Ведущий, с лёгкой интригой в голосе, говорит:
— Представьте нам вашу музу.
«Музу»
Слово будто ударяет меня по лицу.
— Это Алина, — говорит мой муж четко. — Человек, который вдохновил меня рискнуть и выйти на новый уровень.
Я стою за кулисой и чувствую, как земля под ногами становится ненадёжной.
Когда именно рядом с ним появилась она? Когда она стала тем человеком, который «вдохновил»?
Алина смеётся легко, почти игриво. И внезапно смотрит прямо мне в глаза...
— Я просто была рядом…
***
После двадцати лет брака я думала, что знаю о муже всё. Но у Вадима оказался свой сценарий жизни.
Я стояла за кулисами, пока мой муж с тёплой улыбкой представлял стране свою «музу» — молодую, уверенную… чужую женщину.
И в тот момент я поняла: иногда брак рушится не из-за измены. А из-за того, как именно тебя предали. В прямом эфире. Под светом софитов. Перед тысячами зрителей.

— Ты годами изменяешь мне! — срываюсь я. — Годами! Таскаешь своих девок, даже не скрываешь, оставляешь их следы по всей квартире! И ты смеешь меня обвинять?
Пощечина обжигает щеку раньше, чем я успеваю понять, что произошло. Я хватаюсь за лицо, смотрю на него широко раскрытыми глазами.
— Никогда... — шепчу. — Ты никогда меня не бил.
— Значит, пора начинать, — говорит он холодно. — Раз слов ты не понимаешь.
— Я не вещь, — выдавливаю я сквозь слезы.
— Ты то, чем я позволю тебе быть, — отрезает он. — И сейчас ты отдашь мне пароли от всех своих аккаунтов, все контакты, и я буду проверять каждое твое сообщение, каждый звонок.
Я пишу дрожащей рукой. Он забирает листок.
— Хорошая девочка. Видишь, как просто, когда ты слушаешься?
Он уходит, а я остаюсь одна.
***
Звонок в дверь заставляет вздрогнуть.
Смотрю в глазок, и сердце пропускает удар...

Открываю дверь… на пороге стоит девушка лет двадцати семи.
– Здравствуйте! – говорит она. – Я Алина! А Сергей дома? Я что-то до него дозвониться не могу.
– Сергея нет, – отвечаю я. – Он в командировке.
– А-а-а, понятно! – и, не дожидаясь приглашения, проходит мимо меня в прихожую, оставляя чемодан рядом с вешалкой. – Наверное, поэтому и не отвечает.
Она снимает пальто, вешает его на крючок – как дома!
– Отнесите, пожалуйста, мой чемодан в спальню, – говорит Алина, – и сделайте мне кофе.
Я чувствую, как у меня отваливается челюсть.
– Вы что себе позволяете?! – не выдерживаю я.
– А что такого? – спрашивает она. – Сергей мой жених, а вы обслуга.
– Жених? – шепчу я, не веря своим ушам.
– Конечно! – Алина садится на диван. – Через месяц свадьба! Он не рассказывал вам? Хотя... – она машет рукой, – зачем горничной знать о личной жизни хозяина.
Горничной... Она считает меня горничной! В моем собственном доме!
– Я не горничная, – говорю я. – Я Галина. Жена Сергея

— Ты мучился?! Пока делал ребенка на стороне? Бедный, несчастный!
— Не надо ироний, — рявкает он. — Это не идет тебе!
— А тебе идет ложь, верно? — кричу я. — Мы удочерили ребенка! Твоего ребенка! И ты ни слова не сказал! Ты привел меня в тот детдом, показал на эту девочку и сказал: «Давай возьмем ее». Как будто это была случайность! Как будто судьба!
— Я хотел все исправить! — Денис делает еще один шаг, его глаза сверкают. — Я хотел вернуть свою дочь и сделать тебя счастливой одновременно! Где здесь преступление?!
— Преступление в том, что ты изменял мне! — мое горло болит от криков, но я не могу остановиться. — Использовал мою мечту о ребенке! Мое отчаяние! Мою боль!
— Никого я не использовал! — взрывается он наконец. — Я дал тебе то, что ты хотела! Дочь! Семью! Ты была счастлива все это время, не отрицай!

ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 🔥

Она сидит за столиком у окна, и я узнаю ее сразу, потому что за два года переписки я видела ее на фотографиях. Увидев меня, в ее глазах сначала отражается недоумение, потом понимание, а затем что-то похожее на вызов.
Я сажусь напротив и смотрю на нее внимательно.
— С годовщиной вас, — произношу я спокойно.
Она замирает.
— Что, прости?
— Сегодня два года, как вы начали переписываться за моей спиной, — объясняю я мягко. — В день моей свадьбы.
Саша пытается вмешаться.
— Давай без этого.
Я не повышаю голос, потому что мне не нужно кричать, правда сама по себе достаточно громкая.
— Я просто хочу понять, — говорю я, глядя на нее. — Когда ты получала сообщение «Я сегодня женился», тебе было не противно?
Она выпрямляется.
— Он сказал, что это ошибка, — отвечает она, и ее голос звучит увереннее, чем я ожидала. — Он сказал, что не любит тебя. Впрочем, так и есть, да, милый?
Я смотрю на «милого» и понимаю, что моя месть только начинается!

- Ты любишь ее?
Он посмотрел на меня. Не с виной. Не с жалостью. С раздражением. Как смотрят на надоевшую вещь.
- Посмотри на себя, Полина. Просто посмотри. Когда ты последний раз видела себя в зеркале? Ты перестала быть женщиной. Ты - обслуга. Повариха. Уборщица. Я тринадцать лет жил с обслугой и молчал.
Я схватила его за руку. Вцепилась. Как тонущий хватается за веревку.
Он посмотрел вниз. На мою руку. Опухшую. С потрескавшейся кожей. С ненакрашенными, обломанными ногтями.
И снял мои пальцы со своей руки. По одному. Медленно. Аккуратно. Как снимают что-то грязное.
- Не унижайся. Тебе не идет.
- А дети? - я задыхалась. - Дети, Андрей...
Он замолчал. Надолго. И я увидела, как его лицо стало каменным.
- Дети... Дети вообще мои, Полина? Данил на меня не похож. Ни лицом. Ни характером. Мать заметила. Я заметил. Может, хватит врать?

- Боже, женщина! - девица тяжело дышит, прижимая руку к груди, будто я её чуть не убила. - Вы кто такая вообще? И что вам нужно? Какое право вы имеете...
Мой взгляд медленно переползает на мужа.
Тимур застывает.
- Не здесь, - хрипит муж, не в силах отвести от меня взгляд.
Голос срывается, слова едва проталкиваются через сжатое горло. Он даже не пытается отрицать.
Не пытается объяснить.
Просто - «не здесь».
- Что надо мне? - я медленно наклоняю голову набок, изображая задумчивость, и небрежно, с презрением окидываю взглядом эту фарфоровую куклу с её идеальными волосами и платьем. - Узнать, как хватает наглости у дешёвой шлюхи целовать женатого мужчину прилюдно. При всех.

Муж встает с бокалом, окидывает гостей взглядом.
Я жду, что сейчас он скажет несколько тёплых слов про меня. Мы прожили вместе двадцать три года. У нас двое детей. Сегодня мой юбилей.
Но он говорит:
— Я не хочу больше жить во лжи. Я долго думал, как сказать это достойно. У меня другая женщина. И маленький ребенок.
Гоша видит ошеломлённые лица гостей, но даже не сбивается.
— Я не хотел скандалов и разговоров за спиной. Лучше сказать прямо.
Я смотрю на него и спрашиваю:
— На моем юбилее?
— А лучшего момента и не придумать, чтобы я лично мог всем сказать свою версию, и ты потом не перевирала мои слова, как тебе выгодно.
Вот в этот момент мне больнее всего. Не от самой измены. От того, как он это делает. Спокойно. С чувством права.
И тут открывается дверь…
В зал входит молодая женщина. На руках ребенок.
Сначала я вижу знакомую макушку.
Потом лицо мальчика.
Мальчика, которого нянчила.

🔻ЗАВЕРШЕНА. НИЗКАЯ ЦЕНА🔻
— Ну, что в клуб? — хихикает брюнетка.
— Почему бы и нет, — отвечает мой муж.
— Не боишься, что нас увидят? — интересуется она с вызовом в голосе.
— О чем ты, милая? Все уже дома, — отвечает предатель, ухмыляясь.
Девица медленно тянется к нему. Они целуются.
Это поцелуй любовников — тех, кто уже давно перешёл все границы.
Хочу закрыть глаза, но не могу.
Я должна это видеть, чтобы больше не жить в иллюзиях и не обманываться. Ведь у измены нет права на прощение…