Романы о неверности читать книги онлайн

— Как бы ты отреагировала, если бы у меня появилась другая? — вдруг спрашивает муж, ведя машину.
— Убила бы! — серьезно отвечаю я.
— Чего ты так сильно распереживалась? Я же не идиот — признаваться в измене. Если бы у меня кто-то появился, ты бы даже не узнала. Я бы поразвлекался и к тебе под бочок вернулся…
— Что бы ты сделал? — хриплю.
— Да, пошутил я. Видела бы ты свое лицо, — качает головой Кирилл.
Вот только не проходит и часа, как я убеждаюсь, что в каждой шутке есть доля правды, когда подслушиваю разговор мужа с незнакомкой.
— Когда ты бросишь свою жену? Мы же любим друг друга, — канючит девушка.
— Скоро... очень скоро, — с придыхание произносит Кирилл. — Но и тебе нужно разобраться со схожей проблемой.
— За меня не переживай, как только ты сделаешь решительный шаг, то я сразу же последую за тобой. А пока, прости, но я буду держаться за свой запасной аэродром!

Он — самый влиятельный бизнесмен, правящий целой империей.
Я — девушка из бедной семьи, для которой роскошь — недостижимая мечта.
Две вселенные, которым не суждено встретиться.
Но судьба свела нас в одну ночь. И эта ночь перевернула всё.
— Теперь ты моя жена.
Сначала я боюсь его. Ненавижу этого холодного, опасного человека.
Но потом он начал рисовать мои портреты. Писал стихи. Целовал так, будто я — воздух, без которого он задыхается.
Я влюбляюсь без остатка. Отдаю ему всю себя. А он клянётся, что я единственная!
Как вдруг вижу в нашей спальне другую…
Боль разрывает сердце на части.
Я прячусь, проклиная день, когда встретила его.
Но Демир Ферат не отпускает то, что считает своим.
— Скучала без меня, красавица?
Сильные руки прижимают к мощной груди. Чёрные глаза обжигают.
— Я хочу только тебя! Она — ничто. Ты — всё! И я верну тебя. Даже если придётся разрушить весь мир…

Поворачиваюсь, чтобы выйти, и вдруг мой взгляд цепляется за что-то на полу.
У той двери, которая ведёт прямо в дом, валяется какая-то тряпочка. Я нагибаюсь, чтобы поднять, бросить в мусорку.
Беру в руки.
И замираю.
Это не тряпка.
Это чулок. Женский чулок.
Чёрный, кружевной, с силиконовой полоской сверху.
Валяется, будто потерянный.
Я стою, держа его в руках, и не могу пошевелиться. Мозг отказывается понимать. Что это? Откуда?
Это точно не моё.
Сердце начинает биться быстрее. Странное, неприятное чувство поднимается откуда-то из глубины. Будто земля уходит из-под ног.
Я смотрю на чулок, перебираю его пальцами. Ткань гладкая, дорогая. Кружево тонкое, изящное. Это недешевая вещь.
Откуда он здесь взялся?
И тут картина вспыхивает в голове сама собой.
Позавчерашний вечер.
Я приехала домой раньше обычного, устала, хотела просто рухнуть на диван.
И тут – Эля.
Я открыла дверь. Мы говорили пару минут.
Но я заметила.
Ноги. У нее были голые ноги.
В декабре! В мороз!

«Дорогуша, ты всё видела. Это только начало. Я буду бороться за свою семью. Ты была временной, удобной, пока меня не было. Но теперь я вернулась. Настоящая жена. Настоящая мать его дочери и хозяйка этого дома. Уступи место. Добровольно. Или я сделаю так, что ты уйдёшь сама как побитая собачка. Можешь и дочь свою забрать, у меня есть моя. Настоящая.. Выбирай. Марина».
Я перечитываю письмо вслух. Медленно. Смакуя каждое слово, как яд.
Павел слушает, и с каждым моим словом его лицо становится всё белее.
— Инга, пожалуйста, не верь ей. Она всё врет. Она специально это сняла, чтобы…

- У тебя были планы на обед? Любовницу себе завел, что ли? – легко спрашиваю у мужа, словно сказала в шутку.
- Нет, конечно. Не говори ерунды, - он отмахивается и проводит ладонью по лицу, и я кое-что замечаю.
- Где твое обручальное кольцо? - Илья удивленно смотрит на руку, только сейчас заметив пропажу.
- Похоже, потерял...

Потерял… как это глупо звучит. Скоро ты потеряешь не только кольцо, дорогой, ты потеряешь все, за то, что сделал.
За то, посмел накричать на дочь из-за этой блудливой девки.
За то, что привел любовницу на день рождения дочери.
За то, что водил любовницу в нашу постель.
Я за все тебе отомщу.

Я стучу тихо, потом громче. Тишина. Стучу еще раз, уже настойчиво.
— Что такое? — доносится раздраженный голос мужа. — Я же просил не беспокоить!
— Это я, Сереж... Обед тебе принесла...
Спустя минуты три, дверь всё же открывается. Муж стоит на пороге, рубашка помятая, волосы растрепанные. За ним - Катя стройная, в облегающей блузке и юбке.
Я замираю, контейнер с котлетами тяжелеет в руках.
— Что... здесь происходит?! — вырывается у меня, голос дрожит от шока.
— Именно то, о чем ты подумала, Света! — отвечает муж с какой-то издевательской ноткой. — Пришла с обедом? Как мило. Наверно, шмат сала притащила? Или картошечки жаренной?
— Я... Нет! Я... — зачем-то открываю рот, но горло сводит от желания разрыдаться.
— Свет, я думал, ты и сама понимаешь. Я мужчина, мне женщина нужна! А ты... Ты меня не возбуждаешь уже давно. Я устал притворяться. Мне противно с тобой на одной кровати спать. Иди домой, Света. Или куда хочешь. А мы с Катей... продолжим наш "переучет".

— Эти три месяца были крутыми, но я никогда не говорил о чем-то большем. Я с самого начала был честен.
— Честен, — повторила я, пробуя слово на вкус. Горькое. — Но ты говорил...
— То, что говорят в таких ситуациях. Мы взрослые люди, романтика — это одно, но я никогда не предлагал тебе переезжать, не знакомил со стариками, не строил планы на будущее. Ты сама себе всё придумала.
— Ты говорил, что я особенная.
— И это правда. Но это не значит, что я готов связать с тобой жизнь. Прости, если ты поняла иначе.
— Тогда у нас есть проблема, — я протянула ему коробку с тестом на беременность.
Даниил взглянул на содержимое.
— Это шутка?
— Нет.
— Сколько? — резко обернулся он. — Недель, дней, как там это считается?
— Недели четыре, наверное. Я еще не...
— Тогда времени достаточно, — он достает смарт, — Если ты думала подловить меня таким образом...
— Подловить? Ты считаешь, я специально забеременела?
— А что мне думать? Три месяца — и вдруг такой удачный сюрприз?
— Иди к черту!

Телефон разрывает тишину квартиры.
Больница. Мой муж. Анафилаксия.
Я лечу на такси и не могу понять: что могло произойти на встрече с инвесторами?
В приёмном покое врач листает бумаги:
– Откуда его привезли? – спрашиваю я глухо.
– Из квартиры на улице Садовой. Скорую вызвала девушка, Амелия Мартин.
Земля уходит из-под ног.
Какая квартира? Кто такая Амелия?
Но я уже понимаю. С ужасающей ясностью всё понимаю.
– Могу пройти к нему?
– Вторая палата направо.
Ноги ватные. В ушах звенит. Толкаю дверь.
Толя лежит бледный под капельницей. Увидев меня, вздрагивает.
– Марин... – хрипит он.
Я молча подхожу. На его шее странные розоватые пятна.
Сдёргиваю одеяло. Он в одних больничных штанах. Грудь, живот, плечи – всё в красной помаде. Отпечатки губ, размазанные следы поцелуев.
Я стою и смотрю. И не могу пошевелиться.

— Кемаль, что ты здесь делаешь? — я сипло задала вопрос, глядя, как муж, стоя посреди ординаторской, отодвинул от себя моего лечащего врача.
— Совсем недогадливая? Не понимаешь? Серьезно? — меня парализовал его грубый тон.
Муж неспешно застегивал на себе рубашку, скрывая от меня следы чужой помады и красные полосы, которые я успела заметить.
— Да нет, понимаю. Видимо, наш брак закончен. - Слезы предательски навернулись на глаза.
— Давай только не здесь! Иди в палату и там поплачь, если надо. А я, как закончу тут, подойду.

Я лежала на сохранении в роддоме, переживала за самочувствие нашей малышки, а тем временем мой муж мне изменял. Теперь мне нужны все мои силы, чтобы собрать себя по кусочкам и уйти от него, потому что он не собирается меня отпускать.

— Андрей, — звонко и уверенно произносит Нина, — сорок пять — такой возраст, когда всё самое интересное только начинается! Ты в отличной форме, впереди ещё очень много свершений. А мой подарок… может показаться для гостей неожиданным, но он точно самый потрясающий.
Все чокаются, звучит смех.
— Как знаешь, — продолжает она, — у тебя скоро появится дочь. После ее рождения однозначно наступит вторая молодость.
Я так сильно сжимаю бокал, что кажется — он вот-вот треснет в руках. Андрей замирает, напрягаясь всем телом, но молчит.
— Ну ты и шутница, Нина! — смеётся наша дочь. — Мой папа для тебя почти дедушка!
И тут супруг встаёт. Его голос ровный, спокойный:
— Это не шутка. Мы действительно ждём ребёнка. Наташа, я с тобой развожусь, — оборачивается в мою сторону.