Романы о неверности читать книги онлайн
— Тебе, Лизон, сейчас не печалиться о прошлом нужно. – Люда опирается на стену, мечтательно разглядывая потолок. – А о свадьбе думать надо.
— Угу... – Становлюсь рядом, пряча лицо за папками.
— Не угу. Такое счастье привалило, а она носом крутит. Да я бы развелась ради такого, как Женя. Начальник, обеспечен, детей любит и красавец такой.
— Ага. – Пожимаю плечами. Что еще я могу сказать?
Да, Женя крут. Симпатичный, стройный, умный. Чего еще нужно-то одиночке с прицепом? Только, сердечко все еще болит. Смогу ли отпустить эту боль?
— Угу... – Становлюсь рядом, пряча лицо за папками.
— Не угу. Такое счастье привалило, а она носом крутит. Да я бы развелась ради такого, как Женя. Начальник, обеспечен, детей любит и красавец такой.
— Ага. – Пожимаю плечами. Что еще я могу сказать?
Да, Женя крут. Симпатичный, стройный, умный. Чего еще нужно-то одиночке с прицепом? Только, сердечко все еще болит. Смогу ли отпустить эту боль?
Подозревая мужа в измене, решила проверить компьютер, где нашла его переписку.
Переписка с ElenaL. Моя сестра.
"Скучаю по вчерашнему вечеру... твои губы сводят с ума..."
"Не могу дождаться нашей следующей встречи..."
"Ангелина ничего не подозревает? Как долго мы ещё будем скрываться?"
"Скоро всё изменится, любимая. Обещаю."
Читаю дальше, и каждое сообщение как удар ножом в спину. Они планируют встречи, обсуждают мои слабости, мою наивность. Елена пишет: "Она такая слепая, даже не замечает, как мы смотрим друг на друга".
А Павел отвечает: "Ещё немного терпения. Скоро мы будем вместе официально".
Руки трясутся, когда прокручиваю историю переписки вверх. Первые сообщения датированы тремя месяцами назад. Как раз тогда, когда Елена попросила устроить её на работу к Павлу.
Нахожу подтверждение в одном из ранних сообщений. Елена: " Я люблю тебя уже давно."
А Павел отвечает: "Жаль, что я тогда выбрал не ту сестру"
Переписка с ElenaL. Моя сестра.
"Скучаю по вчерашнему вечеру... твои губы сводят с ума..."
"Не могу дождаться нашей следующей встречи..."
"Ангелина ничего не подозревает? Как долго мы ещё будем скрываться?"
"Скоро всё изменится, любимая. Обещаю."
Читаю дальше, и каждое сообщение как удар ножом в спину. Они планируют встречи, обсуждают мои слабости, мою наивность. Елена пишет: "Она такая слепая, даже не замечает, как мы смотрим друг на друга".
А Павел отвечает: "Ещё немного терпения. Скоро мы будем вместе официально".
Руки трясутся, когда прокручиваю историю переписки вверх. Первые сообщения датированы тремя месяцами назад. Как раз тогда, когда Елена попросила устроить её на работу к Павлу.
Нахожу подтверждение в одном из ранних сообщений. Елена: " Я люблю тебя уже давно."
А Павел отвечает: "Жаль, что я тогда выбрал не ту сестру"
- Вы сегодня обворожительны, Ада. – низкий, чувственный баритон заводит с пол-оборота и я оборачиваюсь.
- А я не Ада, я Рая. Да, да, разрешите представиться – Раиса Михайловна Романова, руководитель Event-агентства «Рай», единственное агентство, специализирующееся не на свадьбах, а наоборот.
Праздновать развод? Еще как! Развод – это самое важное событие в жизни женщины. Круче чем свадьба. Мне ли не знать! И, да, сама я тоже разведена.
Разведена и очень опасна.
- А я не Ада, я Рая. Да, да, разрешите представиться – Раиса Михайловна Романова, руководитель Event-агентства «Рай», единственное агентство, специализирующееся не на свадьбах, а наоборот.
Праздновать развод? Еще как! Развод – это самое важное событие в жизни женщины. Круче чем свадьба. Мне ли не знать! И, да, сама я тоже разведена.
Разведена и очень опасна.
— Ну что, оценила подарок, моя королева?
Я понимаю. Это голос моего мужа.
— Ты просто волшебник! — отвечает ему Лиза. — Бриллиант — огонь! Они все умерли от зависти. Ты видел их лицо?
Смех. Его смех.
— Главное, чтобы Вера ничего не заподозрила. Ты же знаешь, какая она внимательная.
— Да расслабься! — Лиза фыркает. — Она слишком занята своими салонами красоты, чтобы копать глубже. Я иногда думаю, она вообще не замечает ничего, кроме своего бизнеса. Удобная жена, правда?
Пауза. Я не дышу.
— Представляешь, когда мы наконец-то сможем не прятаться? Когда ты разведёшься с ней, и мы...
— Тише, — обрывает её Артём. — Не сейчас. Всему своё время. Мне нужно всё правильно организовать. Бизнес, активы... Вера не дура, она захочет половину.
***
Букет из 101 розы. Бриллиант за несколько миллионов. Все это получила моя подруга на свой день рождения от тайного поклонника. Вот только я узнала, что этим «поклонником» оказался мой муж.
Я понимаю. Это голос моего мужа.
— Ты просто волшебник! — отвечает ему Лиза. — Бриллиант — огонь! Они все умерли от зависти. Ты видел их лицо?
Смех. Его смех.
— Главное, чтобы Вера ничего не заподозрила. Ты же знаешь, какая она внимательная.
— Да расслабься! — Лиза фыркает. — Она слишком занята своими салонами красоты, чтобы копать глубже. Я иногда думаю, она вообще не замечает ничего, кроме своего бизнеса. Удобная жена, правда?
Пауза. Я не дышу.
— Представляешь, когда мы наконец-то сможем не прятаться? Когда ты разведёшься с ней, и мы...
— Тише, — обрывает её Артём. — Не сейчас. Всему своё время. Мне нужно всё правильно организовать. Бизнес, активы... Вера не дура, она захочет половину.
***
Букет из 101 розы. Бриллиант за несколько миллионов. Все это получила моя подруга на свой день рождения от тайного поклонника. Вот только я узнала, что этим «поклонником» оказался мой муж.
Но тут мужчина повернулся, и лунный свет осветил его лицо. Это был Игорь. Мой муж. Отец моих детей. Человек, который каждое утро целовал меня в лоб и говорил «До свидания, родная» перед уходом на работу.
Он наклонился к женщине и поцеловал ее. Долго, страстно, так, как целовал меня в самом начале наших отношений. Его руки скользили по ее спине, и она прижималась к нему всем телом.
Я не могла дышать. Воздух словно превратился в густой кисель, который невозможно было вдохнуть. Ноги подкашивались, и я вцепилась в подоконник, чтобы не упасть.
Игорь взял женщину за руку и повел ее дальше по пляжу, к темным зарослям пальм. Они исчезли в тени, и я больше не могла их видеть.
В голове звучали обрывки фраз: «Это не может быть правдой», «Я что-то не так поняла», «Сейчас он вернется, и я спрошу его, где он был».
Он наклонился к женщине и поцеловал ее. Долго, страстно, так, как целовал меня в самом начале наших отношений. Его руки скользили по ее спине, и она прижималась к нему всем телом.
Я не могла дышать. Воздух словно превратился в густой кисель, который невозможно было вдохнуть. Ноги подкашивались, и я вцепилась в подоконник, чтобы не упасть.
Игорь взял женщину за руку и повел ее дальше по пляжу, к темным зарослям пальм. Они исчезли в тени, и я больше не могла их видеть.
В голове звучали обрывки фраз: «Это не может быть правдой», «Я что-то не так поняла», «Сейчас он вернется, и я спрошу его, где он был».
— Кажется, у нас проблема, — мой муж внимательно посмотрел на меня в субботнее августовское утро за завтраком.
— На работе что-то случилось?
— Вик, у меня будет ребенок... От другой женщины. Естественно, — голубые глаза мужа потемнели.
— Я бы не сказала, что это так естественно... — прошептала я. Слова застряли в горле, царапая гортань.
— Нам нужно решить вопрос с квартирой, с машиной... — произнес цинично муж.
— На работе что-то случилось?
— Вик, у меня будет ребенок... От другой женщины. Естественно, — голубые глаза мужа потемнели.
— Я бы не сказала, что это так естественно... — прошептала я. Слова застряли в горле, царапая гортань.
— Нам нужно решить вопрос с квартирой, с машиной... — произнес цинично муж.
- Где кольцо? – спрашиваю у мужа.
- На месте? – с легкой заторможенностью отвечает, проверяя обручальное, а мне смешно. – Ты выпила таблетку, кидаешься ненормально на меня, сцену ревности закатываешь. Бесишь, как бездомная собака, подвывающая во дворе.
Вот это выдал джазу. Ну держись, сейчас я кинусь, я тебе такую сцену ревности организую, закачаешься.
- Я не об этом. У тебя в пиджаке чек на кольцо с желтым бриллиантом за баснословные деньги. У тебя что, любовница?
Но ответ на этот вопрос мне не нужен.
Я знаю, что он спит с моей сестрой.
Я знаю, что это чек за ее кольцо.
Я знаю, что у них это давно.
Вот только длится это вечность не может. Я отомщу. Я им такую месть на десерт преподнесу, что они обо всем пожалеют.
- На месте? – с легкой заторможенностью отвечает, проверяя обручальное, а мне смешно. – Ты выпила таблетку, кидаешься ненормально на меня, сцену ревности закатываешь. Бесишь, как бездомная собака, подвывающая во дворе.
Вот это выдал джазу. Ну держись, сейчас я кинусь, я тебе такую сцену ревности организую, закачаешься.
- Я не об этом. У тебя в пиджаке чек на кольцо с желтым бриллиантом за баснословные деньги. У тебя что, любовница?
Но ответ на этот вопрос мне не нужен.
Я знаю, что он спит с моей сестрой.
Я знаю, что это чек за ее кольцо.
Я знаю, что у них это давно.
Вот только длится это вечность не может. Я отомщу. Я им такую месть на десерт преподнесу, что они обо всем пожалеют.
…Мы болтаем о работе, об общих знакомых. Юля рассказывает офисные сплетни, я делюсь подробностями материнства. Нормальный женский разговор, какого мне так не хватает.
— О, смотри кто идёт, — вдруг говорит Юля, кивая в сторону потока людей.
Я поворачиваюсь и замираю. К ювелирному отделу направляются двое: высокий мужчина в знакомом пальто и молодая девушка с длинными тёмными волосами. Мужчина — это Саша. Мой муж. А девушка...
Сердце колотится как бешеное. Может, это коллега? Может, он хочет купить мне подарок, а девушка просто помогает выбирать?
Но по тому, как они стоят рядом, как она касается его руки, как он наклоняется к ней, понятно — это не коллеги. Это влюблённые…
— О, смотри кто идёт, — вдруг говорит Юля, кивая в сторону потока людей.
Я поворачиваюсь и замираю. К ювелирному отделу направляются двое: высокий мужчина в знакомом пальто и молодая девушка с длинными тёмными волосами. Мужчина — это Саша. Мой муж. А девушка...
Сердце колотится как бешеное. Может, это коллега? Может, он хочет купить мне подарок, а девушка просто помогает выбирать?
Но по тому, как они стоят рядом, как она касается его руки, как он наклоняется к ней, понятно — это не коллеги. Это влюблённые…
— Соня? Почему ты вернулась? Ты должна быть работе! — голос мужа звучит глухо, а его руки машинально запахивают полы халата.
— Ты тоже, — бормочу оторопело, глядя на него и на полуобнаженную девушку, лежащую на диване в нашей гостиной.
Пытаюсь еще что-то сказать, но не могу произнести больше ни слова, чувствуя, как по щекам катятся горячие слёзы, а по позвоночнику ползет липкий страх от осознания того ужаса, что сейчас разворачивается на моих глазах.
— Послушай, Соня, только не заводись. Не надо истерик. Это... это ничего не значит. Просто мимолётная слабость.
***
Мой идеальный мир, выстроенный с таким трудом, в одно мгновение развалился, осыпав сердце острыми осколками. Что теперь делать? Как дышать и как вообще жить дальше, когда единственный человек, которому я верила, которого любила, оказался лжецом и предателем?
— Ты тоже, — бормочу оторопело, глядя на него и на полуобнаженную девушку, лежащую на диване в нашей гостиной.
Пытаюсь еще что-то сказать, но не могу произнести больше ни слова, чувствуя, как по щекам катятся горячие слёзы, а по позвоночнику ползет липкий страх от осознания того ужаса, что сейчас разворачивается на моих глазах.
— Послушай, Соня, только не заводись. Не надо истерик. Это... это ничего не значит. Просто мимолётная слабость.
***
Мой идеальный мир, выстроенный с таким трудом, в одно мгновение развалился, осыпав сердце острыми осколками. Что теперь делать? Как дышать и как вообще жить дальше, когда единственный человек, которому я верила, которого любила, оказался лжецом и предателем?
НИЗКАЯ ЦЕНА. СЕГОДНЯ 🔥
— Мне было двадцать семь, — глухо произносит он. — Я не знал, что это будет так.
— Как? — шепчу я, подходя ближе. — Скажи. Как именно?
Он отворачивается к окну:
— Так серо. Предсказуемо. Смертельно скучно.
Эти слова ударяют больнее, чем я ожидала. Десять лет. Наша дочь. Наши ночи, когда мы шептались под одеялом, строили планы, мечтали. Все это оказалось серо и скучно.
— А она, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие, — твоя пилотесса, она нескучная? Она яркая, веселая, с ней ты чувствуешь себя живым?
— Да! — он разворачивается, и на его лице вспыхивает что-то похожее на страсть. — Да, черт возьми! С ней я чувствую, что живу! Что во мне еще есть огонь, а не только эта... обязанность. Долг. С ней я не чувствую себя заложником собственной жизни!
___________
Он ушел, оставив нас с дочкой. Я нашла в себе силы жить дальше, и вот уже стою на пороге новой жизни. Но спустя три года он возвращается.
— Мне было двадцать семь, — глухо произносит он. — Я не знал, что это будет так.
— Как? — шепчу я, подходя ближе. — Скажи. Как именно?
Он отворачивается к окну:
— Так серо. Предсказуемо. Смертельно скучно.
Эти слова ударяют больнее, чем я ожидала. Десять лет. Наша дочь. Наши ночи, когда мы шептались под одеялом, строили планы, мечтали. Все это оказалось серо и скучно.
— А она, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие, — твоя пилотесса, она нескучная? Она яркая, веселая, с ней ты чувствуешь себя живым?
— Да! — он разворачивается, и на его лице вспыхивает что-то похожее на страсть. — Да, черт возьми! С ней я чувствую, что живу! Что во мне еще есть огонь, а не только эта... обязанность. Долг. С ней я не чувствую себя заложником собственной жизни!
___________
Он ушел, оставив нас с дочкой. Я нашла в себе силы жить дальше, и вот уже стою на пороге новой жизни. Но спустя три года он возвращается.
Выберите полку для книги