Романы о неверности читать книги онлайн
— Ты меня достала! — орал муж, размахивая руками. — Посмотри на себя! Во что ты превратилась?
— Во что? — я ошарашенно смотрела на него, не веря, что все это происходит на самом деле.
Я — мать его детей, а он позволяет себе кричать на меня.
— Ты сильно поправилась, превратилась в домашнюю клушу. Мне на хрен не сдались твои борщи. Мне нужен секс, а не вечно уставшая баба, которая еле ноги волочит под конец дня.
— Так я работаю! Дети на мне! Весь быт!
— Мне плевать на твои проблемы! Я нашёл себе другую и хочу, чтобы ты свалила в закат! Тебе ясно? Забирай свои рецепты и приправы и вон из моей квартиры.
— А дети? — по моим щекам потекли слёзы. — Их ты тоже выставишь за порог?
— А ты попробуй докажи, что они мои! Ведь я, как ты знаешь, бесплоден!
Это был самый настоящий удар. Не его измена, не то что он требует убраться из квартиры. Он отказывался от детей, которых я родила по его просьбе…
— Во что? — я ошарашенно смотрела на него, не веря, что все это происходит на самом деле.
Я — мать его детей, а он позволяет себе кричать на меня.
— Ты сильно поправилась, превратилась в домашнюю клушу. Мне на хрен не сдались твои борщи. Мне нужен секс, а не вечно уставшая баба, которая еле ноги волочит под конец дня.
— Так я работаю! Дети на мне! Весь быт!
— Мне плевать на твои проблемы! Я нашёл себе другую и хочу, чтобы ты свалила в закат! Тебе ясно? Забирай свои рецепты и приправы и вон из моей квартиры.
— А дети? — по моим щекам потекли слёзы. — Их ты тоже выставишь за порог?
— А ты попробуй докажи, что они мои! Ведь я, как ты знаешь, бесплоден!
Это был самый настоящий удар. Не его измена, не то что он требует убраться из квартиры. Он отказывался от детей, которых я родила по его просьбе…
— Познакомься, Лера, это мой брат — Никита!
Я поворачиваюсь и замираю от шока.
Точно такой же как Руслан. Копия. Близнец.
Лицо Никиты вытягивается от удивления и немного бледнеет.
— Что ж ты молчишь, Никитос? Поздоровайся с моей девушкой! Она, кстати, ждет ребенка!
— Здравствуй, Лера! — сжав челюсти, цедит мужчина, а я, наконец, все понимаю.
Это он! Именно Никита отец моего ребенка! Тогда, два месяца назад, он представился Русланом и вскружил мне голову, а сам же пропал. Он обманул меня, подставил брата…
— А вот и жена братика — Николь! — неприятно усмехается Руслан, указывая на красивую девушку у столика чуть дальше. — Никит, она, кажется, тоже ждет ребенка? Вот так совпадение!
Я поворачиваюсь и замираю от шока.
Точно такой же как Руслан. Копия. Близнец.
Лицо Никиты вытягивается от удивления и немного бледнеет.
— Что ж ты молчишь, Никитос? Поздоровайся с моей девушкой! Она, кстати, ждет ребенка!
— Здравствуй, Лера! — сжав челюсти, цедит мужчина, а я, наконец, все понимаю.
Это он! Именно Никита отец моего ребенка! Тогда, два месяца назад, он представился Русланом и вскружил мне голову, а сам же пропал. Он обманул меня, подставил брата…
— А вот и жена братика — Николь! — неприятно усмехается Руслан, указывая на красивую девушку у столика чуть дальше. — Никит, она, кажется, тоже ждет ребенка? Вот так совпадение!
– Я ещё хочу, – гортанный рык мужа донесся из каюты нашего катера.
Что там происходит?
С кем он?
– Ма-а-акс! Ты сумасшедший! – воскликнул другой знакомый голос.
Хлопок.
– Ай, Макс, что ты делаешь? Аха-ха-ха, – расхохоталась… Лена?
Моя лучшая подруга…
***
Он предал нашу семью. Они оба лгали мне в глаза. Мой муж и лучшая подруга с детства.
Как же я их ненавижу!
Знаю, что предатель будет меня умолять сохранить семью ради сына.
Но я понятия не имею, как такое можно простить?
Что там происходит?
С кем он?
– Ма-а-акс! Ты сумасшедший! – воскликнул другой знакомый голос.
Хлопок.
– Ай, Макс, что ты делаешь? Аха-ха-ха, – расхохоталась… Лена?
Моя лучшая подруга…
***
Он предал нашу семью. Они оба лгали мне в глаза. Мой муж и лучшая подруга с детства.
Как же я их ненавижу!
Знаю, что предатель будет меня умолять сохранить семью ради сына.
Но я понятия не имею, как такое можно простить?
— Кажется, у нас проблема, — мой муж внимательно посмотрел на меня в субботнее августовское утро за завтраком.
— На работе что-то случилось?
— Вик, у меня будет ребенок... От другой женщины. Естественно, — голубые глаза мужа потемнели.
— Я бы не сказала, что это так естественно... — прошептала я. Слова застряли в горле, царапая гортань.
— Нам нужно решить вопрос с квартирой, с машиной... — произнес цинично муж.
— На работе что-то случилось?
— Вик, у меня будет ребенок... От другой женщины. Естественно, — голубые глаза мужа потемнели.
— Я бы не сказала, что это так естественно... — прошептала я. Слова застряли в горле, царапая гортань.
— Нам нужно решить вопрос с квартирой, с машиной... — произнес цинично муж.
— Соня? Почему ты вернулась? Ты должна быть работе! — голос мужа звучит глухо, а его руки машинально запахивают полы халата.
— Ты тоже, — бормочу оторопело, глядя на него и на полуобнаженную девушку, лежащую на диване в нашей гостиной.
Пытаюсь еще что-то сказать, но не могу произнести больше ни слова, чувствуя, как по щекам катятся горячие слёзы, а по позвоночнику ползет липкий страх от осознания того ужаса, что сейчас разворачивается на моих глазах.
— Послушай, Соня, только не заводись. Не надо истерик. Это... это ничего не значит. Просто мимолётная слабость.
***
Мой идеальный мир, выстроенный с таким трудом, в одно мгновение развалился, осыпав сердце острыми осколками. Что теперь делать? Как дышать и как вообще жить дальше, когда единственный человек, которому я верила, которого любила, оказался лжецом и предателем?
— Ты тоже, — бормочу оторопело, глядя на него и на полуобнаженную девушку, лежащую на диване в нашей гостиной.
Пытаюсь еще что-то сказать, но не могу произнести больше ни слова, чувствуя, как по щекам катятся горячие слёзы, а по позвоночнику ползет липкий страх от осознания того ужаса, что сейчас разворачивается на моих глазах.
— Послушай, Соня, только не заводись. Не надо истерик. Это... это ничего не значит. Просто мимолётная слабость.
***
Мой идеальный мир, выстроенный с таким трудом, в одно мгновение развалился, осыпав сердце острыми осколками. Что теперь делать? Как дышать и как вообще жить дальше, когда единственный человек, которому я верила, которого любила, оказался лжецом и предателем?
- Вы сегодня обворожительны, Ада. – низкий, чувственный баритон заводит с пол-оборота и я оборачиваюсь.
- А я не Ада, я Рая. Да, да, разрешите представиться – Раиса Михайловна Романова, руководитель Event-агентства «Рай», единственное агентство, специализирующееся не на свадьбах, а наоборот.
Праздновать развод? Еще как! Развод – это самое важное событие в жизни женщины. Круче чем свадьба. Мне ли не знать! И, да, сама я тоже разведена.
Разведена и очень опасна.
- А я не Ада, я Рая. Да, да, разрешите представиться – Раиса Михайловна Романова, руководитель Event-агентства «Рай», единственное агентство, специализирующееся не на свадьбах, а наоборот.
Праздновать развод? Еще как! Развод – это самое важное событие в жизни женщины. Круче чем свадьба. Мне ли не знать! И, да, сама я тоже разведена.
Разведена и очень опасна.
НИЗКАЯ ЦЕНА. СЕГОДНЯ 🔥
— Мне было двадцать семь, — глухо произносит он. — Я не знал, что это будет так.
— Как? — шепчу я, подходя ближе. — Скажи. Как именно?
Он отворачивается к окну:
— Так серо. Предсказуемо. Смертельно скучно.
Эти слова ударяют больнее, чем я ожидала. Десять лет. Наша дочь. Наши ночи, когда мы шептались под одеялом, строили планы, мечтали. Все это оказалось серо и скучно.
— А она, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие, — твоя пилотесса, она нескучная? Она яркая, веселая, с ней ты чувствуешь себя живым?
— Да! — он разворачивается, и на его лице вспыхивает что-то похожее на страсть. — Да, черт возьми! С ней я чувствую, что живу! Что во мне еще есть огонь, а не только эта... обязанность. Долг. С ней я не чувствую себя заложником собственной жизни!
___________
Он ушел, оставив нас с дочкой. Я нашла в себе силы жить дальше, и вот уже стою на пороге новой жизни. Но спустя три года он возвращается.
— Мне было двадцать семь, — глухо произносит он. — Я не знал, что это будет так.
— Как? — шепчу я, подходя ближе. — Скажи. Как именно?
Он отворачивается к окну:
— Так серо. Предсказуемо. Смертельно скучно.
Эти слова ударяют больнее, чем я ожидала. Десять лет. Наша дочь. Наши ночи, когда мы шептались под одеялом, строили планы, мечтали. Все это оказалось серо и скучно.
— А она, — говорю я, стараясь сохранить спокойствие, — твоя пилотесса, она нескучная? Она яркая, веселая, с ней ты чувствуешь себя живым?
— Да! — он разворачивается, и на его лице вспыхивает что-то похожее на страсть. — Да, черт возьми! С ней я чувствую, что живу! Что во мне еще есть огонь, а не только эта... обязанность. Долг. С ней я не чувствую себя заложником собственной жизни!
___________
Он ушел, оставив нас с дочкой. Я нашла в себе силы жить дальше, и вот уже стою на пороге новой жизни. Но спустя три года он возвращается.
— Ты правда думаешь, что из-за одной ночи можно рушить семью?
— Нет, — ответила я. — Семью рушат ложь и предательство. Развод — это уже итог.
В Новый год мой муж сказал, что у него срочная операция. Я поверила. А потом увидела его в празднично украшенном кабинете с другой женщиной.
Я ушла под бой курантов. Подала на развод.
Осталась с маленькой дочкой на руках и пустотой в сердце.
Я думала, что это конец.
Оказалось — это рецепт.
Рецепт на свободу. На уважение. На настоящую любовь. И счастье.
— Нет, — ответила я. — Семью рушат ложь и предательство. Развод — это уже итог.
В Новый год мой муж сказал, что у него срочная операция. Я поверила. А потом увидела его в празднично украшенном кабинете с другой женщиной.
Я ушла под бой курантов. Подала на развод.
Осталась с маленькой дочкой на руках и пустотой в сердце.
Я думала, что это конец.
Оказалось — это рецепт.
Рецепт на свободу. На уважение. На настоящую любовь. И счастье.
— Ты спал с моей сестрой?
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
— Я… ничего не помню.
— А она — помнит всё.
Я готовилась к свадьбе. Верила мужчине. Доверяла семье.
Пока не застала жениха в постели с собственной сестрой.
Алёна сказала, что между ними было всё.
Его мать — что я должна «понять и уступить».
А он выбрал тишину. Самое удобное предательство.
Когда сестра объявила о беременности, меня окончательно сделали виноватой:
«Ты сильная — ты справишься».
Но я больше не собираюсь быть удобной.
Это история не о том, как вернуть мужчину. А о том, как пережить двойное предательство и проверить, способен ли он выбрать правду, а не мать, не страх и не ложь.
- Бросай свою скучную жену… - томно выдохнула любовница мужу Веры.
- У меня от тебя голова идет кругом, но еще не время, - проговорил он с ухмылкой и вновь запечатал ее губы жадным поцелуем.
«Не время…» - эхом откликнулось в голове у Веры. – «Так чего он ждал?..»
Предательство, измена, убийство. Вере знакомо каждое из этих слов не понаслышке.
Воскреснув из пепла, она мечтает лишь об одном: отомстить обидчикам и наказать мужа, который унизил её, променяв на красивую и хитрую любовницу.
"Пришло время уничтожить виновных".
- У меня от тебя голова идет кругом, но еще не время, - проговорил он с ухмылкой и вновь запечатал ее губы жадным поцелуем.
«Не время…» - эхом откликнулось в голове у Веры. – «Так чего он ждал?..»
Предательство, измена, убийство. Вере знакомо каждое из этих слов не понаслышке.
Воскреснув из пепла, она мечтает лишь об одном: отомстить обидчикам и наказать мужа, который унизил её, променяв на красивую и хитрую любовницу.
"Пришло время уничтожить виновных".
Выберите полку для книги