Книги в жанре «Служебный роман» по тегу «nastoyashchiy-muzhchina»
Денис обернулся и омерзительно засуетился: стал отодвигаться от любовницы, прикрываясь ладошками. Девица его тоже подорвалась, потянувшись к одежде.
Я не знала ее. Никогда не видела. Даже предположить не могла, где муж ее мог подцепить. Судя по чуть размазавшемуся слишком яркому макияжу и фасону платья, который стал очевиден, когда она натянула его на себя, с трудом протиснув щедрые телеса в узкий, сразу все обтянувший трикотаж, где-то точно не в научной библиотеке или на художественной выставке.
— Ань, у тебя ж смена должна еще быть… — Глаза у Дениса были круглыми, как у подростка, пойманного за самоудовлетворением в кабинке школьного туалета.
Он бормотал что-то еще, но его слова я уже не разбирала, слышала только эту испуганно стыдливую, торопливо гаденькую интонацию. В ушах гудело. И думать я могла сейчас только о том, что за стеной, прижав к себе любимого плюшевого зайца, спит наша с Денисом дочь. Спит, в то время как ее отец…
Я не знала ее. Никогда не видела. Даже предположить не могла, где муж ее мог подцепить. Судя по чуть размазавшемуся слишком яркому макияжу и фасону платья, который стал очевиден, когда она натянула его на себя, с трудом протиснув щедрые телеса в узкий, сразу все обтянувший трикотаж, где-то точно не в научной библиотеке или на художественной выставке.
— Ань, у тебя ж смена должна еще быть… — Глаза у Дениса были круглыми, как у подростка, пойманного за самоудовлетворением в кабинке школьного туалета.
Он бормотал что-то еще, но его слова я уже не разбирала, слышала только эту испуганно стыдливую, торопливо гаденькую интонацию. В ушах гудело. И думать я могла сейчас только о том, что за стеной, прижав к себе любимого плюшевого зайца, спит наша с Денисом дочь. Спит, в то время как ее отец…
- Не будет никаких клятв и рассказов о большой любви.
- Я согласна.
- И других у тебя не будет. Только я. Когда захочу и сколько захочу.
Тяжелая мужская ладонь легла на горло, а большой палец прошелся по губам.
- Мне подходит, - прошептала я, не узнавая себя.
- Красивая феечка. Хорошая. – Горячая мускулистая грудь вжала меня в стену с нежностью асфальтоукладчика.
- На месяц... – Тело уже вспомнило, как хорошо бывает в этих объятиях. Оно загорелось, забыв обо всех табу и стоп-кранах. Лишь мозг в панике пытался выторговать последние гарантии. Напоминал о гордости, воспитании и коротком неудачном браке.
- Ты не пожалеешь. Ни потом... Ни сейчас.
Самостоятельная история. Однотомник
Без трагедий, с огоньком.
- Я согласна.
- И других у тебя не будет. Только я. Когда захочу и сколько захочу.
Тяжелая мужская ладонь легла на горло, а большой палец прошелся по губам.
- Мне подходит, - прошептала я, не узнавая себя.
- Красивая феечка. Хорошая. – Горячая мускулистая грудь вжала меня в стену с нежностью асфальтоукладчика.
- На месяц... – Тело уже вспомнило, как хорошо бывает в этих объятиях. Оно загорелось, забыв обо всех табу и стоп-кранах. Лишь мозг в панике пытался выторговать последние гарантии. Напоминал о гордости, воспитании и коротком неудачном браке.
- Ты не пожалеешь. Ни потом... Ни сейчас.
Самостоятельная история. Однотомник
Без трагедий, с огоньком.
Она стала моим наваждением, моей страстью, но как завоевать эту крепость, если она ведет себя со мной, как самая настоящая Снежная королева?! Я бы мог стать похотливым зверем и не слушать ее «нет». Я бы мог соблазнить ее и сделать своей, но есть одно большое «но»! Моя мечта является моей начальницей и любое отклонение от правил грозит увольнением. И все же, соблазн слишком велик, чтобы отказаться от своих желаний.
— Света, хватит накручивать себя. Между нами ничего нет . У Алины есть муж, — убеждал меня муж.
А через неделю…
— Тетя Света, пойдемте со мной, — взволнованно тянет меня в ванную Ася, дочка друзей.
— Что случилось?
— Тёте Алине плохо, она странно кричит … Дядя Коля делает с ней что-то плохое…
— Ничего страшного, малышка, иди за стол, они просто в игру такую играют. Игру для взрослых, — отворачиваясь, говорю я. Девочка не должна видеть мои слёзы…
Если бы Алина была блондинкой, то нас бы легко можно было принять за сестер-близняшек. Только мне сорок, а ей едва исполнилось тридцать… Она — моя копия. Она — мой враг.
А через неделю…
— Тетя Света, пойдемте со мной, — взволнованно тянет меня в ванную Ася, дочка друзей.
— Что случилось?
— Тёте Алине плохо, она странно кричит … Дядя Коля делает с ней что-то плохое…
— Ничего страшного, малышка, иди за стол, они просто в игру такую играют. Игру для взрослых, — отворачиваясь, говорю я. Девочка не должна видеть мои слёзы…
Если бы Алина была блондинкой, то нас бы легко можно было принять за сестер-близняшек. Только мне сорок, а ей едва исполнилось тридцать… Она — моя копия. Она — мой враг.
- Да вашу ж знать! – выругался председатель, отпрыгивая из лужи, что образовалась под его ногами.
- Простите, Пётр Петрович! – ахнула я. – Я вас не видела…
И потому только что окатила его водой из не самого чистого ведра… Ох, мамочки!
- Ну знаешь, Мария! – зыркнул он на меня зло и поправил на себе мокрый костюм. – Внимательнее надо быть!
- Я вас вообще-то у себя дома не ждала, о визите вы не предупреждали, - нахмурилась, оглядывая эту мокрую гору. – Чем обязана? Рабочий день уже окончен…
- Окончен, - буркнул председатель и понизил голос. – Помощь твоя нужна, Мария, - и таким тоном, будто приказ отдаёт, а не просит. – У Марьяши завтра первый день после каникул. Там мероприятие и…
- Ближе к делу, босс, - качнула я головой.
- В общем нужно, чтобы ты побыла её мамой… На пару часов.
- Кем?! – выдохнула, уставившись на него круглыми глазами.
- Мамой, Мария. Или у тебя со слухом беда?
- Со слухом у меня всё хорошо, Пётр Петрович. А вот что у вас с головой? Жена ваша жива и здорова..
- Простите, Пётр Петрович! – ахнула я. – Я вас не видела…
И потому только что окатила его водой из не самого чистого ведра… Ох, мамочки!
- Ну знаешь, Мария! – зыркнул он на меня зло и поправил на себе мокрый костюм. – Внимательнее надо быть!
- Я вас вообще-то у себя дома не ждала, о визите вы не предупреждали, - нахмурилась, оглядывая эту мокрую гору. – Чем обязана? Рабочий день уже окончен…
- Окончен, - буркнул председатель и понизил голос. – Помощь твоя нужна, Мария, - и таким тоном, будто приказ отдаёт, а не просит. – У Марьяши завтра первый день после каникул. Там мероприятие и…
- Ближе к делу, босс, - качнула я головой.
- В общем нужно, чтобы ты побыла её мамой… На пару часов.
- Кем?! – выдохнула, уставившись на него круглыми глазами.
- Мамой, Мария. Или у тебя со слухом беда?
- Со слухом у меня всё хорошо, Пётр Петрович. А вот что у вас с головой? Жена ваша жива и здорова..
Она – замужняя красавица с жутким характером, он – ее телохранитель, который стойко терпит выходки скучающей элиты. Казалось бы, что между ними общего? Но не все так очевидно, как может показаться на первый взгляд. В этой истории стерва может оказаться вовсе и не стервой, а телохранитель вовсе и не телохранителем…
— Бронников, расскажи ей про пари! Ты это дерьмо заварил, вот и жри, а я пошел! — цинично бросает мой муж другу. — Кстати, ты проиграл, с тебя сто кусков.
На день рождения любимый муж подарил мне дизайнерское платье и ветвистые рога. Но это еще не всё. Полтора года назад он поспорил с приятелем, что я влюблюсь и выйду за него замуж. Всё, во что я верила, оказалось враньем, а муж и новые друзья — актерами, игравшими мерзкую роль…
Я думала, что буду дышать местью, но случайный человек помог мне склеить мою жизнь. Он мой сосед. Но навсегда ли это?
История пишется в рамках литмоба "Пышка по соседству" https://litmarket.ru/selections/pyshka-po-sosedstvu
На день рождения любимый муж подарил мне дизайнерское платье и ветвистые рога. Но это еще не всё. Полтора года назад он поспорил с приятелем, что я влюблюсь и выйду за него замуж. Всё, во что я верила, оказалось враньем, а муж и новые друзья — актерами, игравшими мерзкую роль…
Я думала, что буду дышать местью, но случайный человек помог мне склеить мою жизнь. Он мой сосед. Но навсегда ли это?
История пишется в рамках литмоба "Пышка по соседству" https://litmarket.ru/selections/pyshka-po-sosedstvu
— Вроде бы это по регламенту, — говорит он с ленивой, кошачьей усмешкой. Тепло его пальцев прожигает кожу. Это не просто касание. Это демонстрация власти.
Секунда и он разжимает пальцы. Я растерянно смотрю на свою руку. В ладони лежат четыре деревянные зубочистки.
— Спрячьте улики. Вы ведь наверняка любите порядок, Кира?
Я отправилась работать на роскошный круизный лайнер, чтобы помочь дяде и быть для всех незаметной «серой мышкой» в униформе. Отработать рейс, ни во что не ввязываться и уж точно не заводить романов.
Но у наследника круизной империи оказались иные планы. Максим Шестаков наглый миллиардер с манией величия, который решил сорвать подготовку к мероприятию.
Между нами непреодолимая пропасть: он живёт в президентском люксе и готовится к браку по расчёту со стервозной невестой, а я всего лишь младший координатор. Наш рейс длится всего одну неделю. Семь дней, чтобы не сойти с ума, не потерять работу... и не отдать ему своё сердце.
Выдержу ли я этот круиз до конца?
Секунда и он разжимает пальцы. Я растерянно смотрю на свою руку. В ладони лежат четыре деревянные зубочистки.
— Спрячьте улики. Вы ведь наверняка любите порядок, Кира?
Я отправилась работать на роскошный круизный лайнер, чтобы помочь дяде и быть для всех незаметной «серой мышкой» в униформе. Отработать рейс, ни во что не ввязываться и уж точно не заводить романов.
Но у наследника круизной империи оказались иные планы. Максим Шестаков наглый миллиардер с манией величия, который решил сорвать подготовку к мероприятию.
Между нами непреодолимая пропасть: он живёт в президентском люксе и готовится к браку по расчёту со стервозной невестой, а я всего лишь младший координатор. Наш рейс длится всего одну неделю. Семь дней, чтобы не сойти с ума, не потерять работу... и не отдать ему своё сердце.
Выдержу ли я этот круиз до конца?
– Детка, я тебя люблю, поэтому говорю как есть. Ты непрезентабельная. У тебя красивое лицо, но с такой фигурой на лицо никто даже не посмотрит. Сразу отвернутся. А рядом со мной должна быть идеальная женщина. Ты и сама знаешь, у меня такая должность. Так что либо худей, либо…
Я выбираю – худеть! Не может быть никаких «либо». Я люблю Андрея и не могу его потерять.
Ведь не могу же?
Я выбираю – худеть! Не может быть никаких «либо». Я люблю Андрея и не могу его потерять.
Ведь не могу же?
— И чего это я в тебя такой влюблённый, Морковкина? — подшучиваю над своей рыженькой сотрудницей.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
— Я вас приворожила, — выдаёт она с испуганными глазами.
— Что ты сделала?
— Приворожила. Совершенно случайно, честное слово. Я ж думала это несерьёзно всё. И вообще, это дочка придумала, — тараторит взволнованно.
— Мелкая морковка? — вспоминаю милую девчушку, с которой по воле случая провёл уик-энд в деревне, пока её мать в свой законный выходной коптела над годовым бюджетом моей корпорации, — вот это урожай.
— Простите, — лопочет смущённо.
— Ну что ты, всё складывается как нельзя лучше, — в голове тут же рождается план, — советую тебе себя ко мне тоже приворожить, Морковкина, потому что в ближайший год нам предстоит жить вместе.
Подборка служебных романов про настоящих мужчин
Выберите полку для книги