Книги в жанре «Служебный роман» по тегу «ochen-emotsionalno»
Слушаю разговор мужа с другом:
— Некрасивых баб, Стас, не бывает. Особенно если они с приданым. А папаша ей после свадьбы два агентства отслюнявит. Или ты мне до пенсии предлагаешь на дядю пахать?
— Ничего я не предлагаю… Но твоя Женя беременная. Вы же вроде планировали ребенка. Ты её обрюхатил и бросить собрался? Как-то это по-свински.
— А жена ничего не узнает. У нее сейчас все мысли про токсикоз, роддом, пеленки… Не замечает, что под носом творится. Да я ей путевку в санаторий куплю, потом еще куда-нибудь отправлю, чтобы не мешалась под ногами. Вот увидишь, все получится. Хочешь жить — умей вертеться.
Муж завел любовницу именно тогда, когда я ушла с работы и вынашиваю нашего первенца. Сейчас я особенно уязвима, но найду в себе силы отомстить подлецу.
— Некрасивых баб, Стас, не бывает. Особенно если они с приданым. А папаша ей после свадьбы два агентства отслюнявит. Или ты мне до пенсии предлагаешь на дядю пахать?
— Ничего я не предлагаю… Но твоя Женя беременная. Вы же вроде планировали ребенка. Ты её обрюхатил и бросить собрался? Как-то это по-свински.
— А жена ничего не узнает. У нее сейчас все мысли про токсикоз, роддом, пеленки… Не замечает, что под носом творится. Да я ей путевку в санаторий куплю, потом еще куда-нибудь отправлю, чтобы не мешалась под ногами. Вот увидишь, все получится. Хочешь жить — умей вертеться.
Муж завел любовницу именно тогда, когда я ушла с работы и вынашиваю нашего первенца. Сейчас я особенно уязвима, но найду в себе силы отомстить подлецу.
Денис обернулся и омерзительно засуетился: стал отодвигаться от любовницы, прикрываясь ладошками. Девица его тоже подорвалась, потянувшись к одежде.
Я не знала ее. Никогда не видела. Даже предположить не могла, где муж ее мог подцепить. Судя по чуть размазавшемуся слишком яркому макияжу и фасону платья, который стал очевиден, когда она натянула его на себя, с трудом протиснув щедрые телеса в узкий, сразу все обтянувший трикотаж, где-то точно не в научной библиотеке или на художественной выставке.
— Ань, у тебя ж смена должна еще быть… — Глаза у Дениса были круглыми, как у подростка, пойманного за самоудовлетворением в кабинке школьного туалета.
Он бормотал что-то еще, но его слова я уже не разбирала, слышала только эту испуганно стыдливую, торопливо гаденькую интонацию. В ушах гудело. И думать я могла сейчас только о том, что за стеной, прижав к себе любимого плюшевого зайца, спит наша с Денисом дочь. Спит, в то время как ее отец…
Я не знала ее. Никогда не видела. Даже предположить не могла, где муж ее мог подцепить. Судя по чуть размазавшемуся слишком яркому макияжу и фасону платья, который стал очевиден, когда она натянула его на себя, с трудом протиснув щедрые телеса в узкий, сразу все обтянувший трикотаж, где-то точно не в научной библиотеке или на художественной выставке.
— Ань, у тебя ж смена должна еще быть… — Глаза у Дениса были круглыми, как у подростка, пойманного за самоудовлетворением в кабинке школьного туалета.
Он бормотал что-то еще, но его слова я уже не разбирала, слышала только эту испуганно стыдливую, торопливо гаденькую интонацию. В ушах гудело. И думать я могла сейчас только о том, что за стеной, прижав к себе любимого плюшевого зайца, спит наша с Денисом дочь. Спит, в то время как ее отец…
— Мама! Мамочка!
Опустившись на колени, ловлю сыночка, сжимая в объятиях.
— Мама? — звучит хриплый, низкий, явно недружелюбный голос моего персонального ада.
Прижав к себе сына, поднимаю его на руки и пытаюсь спрятать, закрыть собой, не дать ему рассмотреть ребёнка, а бывший муж словно мысли мои читает…
— Я уже успел рассмотреть его, Лика. А теперь скажи мне только одно, — хищно щурится, давя энергетикой. — Он мой?
— С чего ты взял? — ядовито шепчу я, и в моем голосе слышится отчаянный страх.
— С того, — отвечает угрожающе-стальным голосом, — что он точная копия меня в детстве, Лик.
___________
Пять лет назад он вычеркнул меня из своей жизни. А теперь он снова стоит передо мной.Хищный. Опасный. Готовый присвоить всё, что считает своим.Мою работу.Мою свободу.Меня.Но сына — никогда!
Опустившись на колени, ловлю сыночка, сжимая в объятиях.
— Мама? — звучит хриплый, низкий, явно недружелюбный голос моего персонального ада.
Прижав к себе сына, поднимаю его на руки и пытаюсь спрятать, закрыть собой, не дать ему рассмотреть ребёнка, а бывший муж словно мысли мои читает…
— Я уже успел рассмотреть его, Лика. А теперь скажи мне только одно, — хищно щурится, давя энергетикой. — Он мой?
— С чего ты взял? — ядовито шепчу я, и в моем голосе слышится отчаянный страх.
— С того, — отвечает угрожающе-стальным голосом, — что он точная копия меня в детстве, Лик.
___________
Пять лет назад он вычеркнул меня из своей жизни. А теперь он снова стоит передо мной.Хищный. Опасный. Готовый присвоить всё, что считает своим.Мою работу.Мою свободу.Меня.Но сына — никогда!
Он — владелец клиники, где всё подчиняется правилам. Я — медсестра, которая прячет болеющую дочь за ширмой, потому что больше некуда. Я думала, что он выгонит меня. Но он посмотрел на Амелию… и сказал: «До шести вечера. Пойдём в мой кабинет».
— Обычное совпадение, доктор, — прошептала я, когда он заметил, что он с дочкой похожи.
А на следующий день он перерыл архивы и сказал: «Донор Б-118 — это был я».
Я хотела бежать. Кричала, что Амелия — только моя. А он преградил путь и поцеловал меня прямо в приёмной, при всех.
Я боялась его правды. Но ещё больше я боялась, что однажды эта правда разрушит нас. Сможет ли человек, который всю жизнь строил стены, стать для нас домом? И хватит ли у меня смелости поверить ему ещё раз — после всего, что я пережила?
— Обычное совпадение, доктор, — прошептала я, когда он заметил, что он с дочкой похожи.
А на следующий день он перерыл архивы и сказал: «Донор Б-118 — это был я».
Я хотела бежать. Кричала, что Амелия — только моя. А он преградил путь и поцеловал меня прямо в приёмной, при всех.
Я боялась его правды. Но ещё больше я боялась, что однажды эта правда разрушит нас. Сможет ли человек, который всю жизнь строил стены, стать для нас домом? И хватит ли у меня смелости поверить ему ещё раз — после всего, что я пережила?
— Язык без костей, да? — замечает он. — Это иногда дорого обходится.
— Это угроза?
— Бесплатный совет. — Он достаёт телефон и щёлкает мой номер. — Со мной лучше не ссориться.
— Какое совпадение, — скрещиваю руки на груди. — Со мной тоже. А ещё у меня фотографическая память на хамов. Так что ваше лицо я уже занесла в чёрный список.
— Какая честь, — теперь в темных глазах полыхает что-то опасное. — Обычно туда заносят тех, кого боятся.
— Или тех, кого жалеют. Вам какой вариант приятнее? – мне хоть и страшно немного, вдруг бандит какой, но сдержать свой язык не могу.
Разворачиваюсь к машине, потому что ещё минута рядом с этим типом — и я скажу такое, после чего меня точно закатают в асфальт.
***
Поставила на место грубияна, а он оказался моим новым боссом!
— Это угроза?
— Бесплатный совет. — Он достаёт телефон и щёлкает мой номер. — Со мной лучше не ссориться.
— Какое совпадение, — скрещиваю руки на груди. — Со мной тоже. А ещё у меня фотографическая память на хамов. Так что ваше лицо я уже занесла в чёрный список.
— Какая честь, — теперь в темных глазах полыхает что-то опасное. — Обычно туда заносят тех, кого боятся.
— Или тех, кого жалеют. Вам какой вариант приятнее? – мне хоть и страшно немного, вдруг бандит какой, но сдержать свой язык не могу.
Разворачиваюсь к машине, потому что ещё минута рядом с этим типом — и я скажу такое, после чего меня точно закатают в асфальт.
***
Поставила на место грубияна, а он оказался моим новым боссом!
Он не признаёт отказа. Особенно — от неё.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
Аслан Джабраилов — мужчина, который сжигает дотла. В его руках — власть, деньги и опасные тайны. В его крови — дикая ревность и желание обладать без остатка.
Полина пришла в его компанию за опытом. А попала в капкан. Он смотрит на неё так, что колени слабеют. Говорит так, что по коже бегут мурашки. И прикасается так, будто уже знает каждый изгиб её тела.
Она ненавидит его за эту самоуверенность. И ненавидит себя за то, что по ночам ждёт его сообщений.
Их связь — как порох. Одна искра — и уже не остановиться. Он умеет быть грубым до дрожи и нежным до безумия. Она учится отвечать ему — сначала вызовом, потом стоном.
Но у Аслана есть прошлое, которое не отпускает. И когда оно врывается в их жизнь, Полина понимает: этот мужчина способен не только сжечь её дотла, но и защитить ценой всего.
Он сказал: «Ты будешь только моя». И доказал это каждой ночью.
- С этого дня если я увижу, что длина твоей юбки выше колен, я разорву ее на тебе и ты будешь ходить по офису вообще без юбки.
- Я Вам никто, чтобы так со мной говорить… Моя одежда приличная и соответствует дресс-коду! Все так ходят!
-Ты не все!- рявкает мой босс так, что окна дубайского небоскреба звенят.
- Может паранджу еще напялить! Я не хочу выглядеть, как черный мобильный объект!- сжимаю кулаки, а он смотрит на мое сопротивление и усмехается.
- Напялить? Хорошее слово... Осторожнее в выражениях, Лика. Здесь только мои хотелки учитываться. Лучше тебе это запомнить…
С тех пор, как умер мой отец, Рустам Юсупов заделался моим благодетелем, только я знаю, что его забота- фальшь. Это он стоит за смертью папы! Я выросла, отучилась и приехала в его дубайскую компанию, чтобы отомстить, но…
Не учла, что у моего босса на меня другие планы и он явно хочет получить награду за свою заботу и поддержку…
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
СЧАСТЛИВЫЙ ФИНАЛ!
- Я Вам никто, чтобы так со мной говорить… Моя одежда приличная и соответствует дресс-коду! Все так ходят!
-Ты не все!- рявкает мой босс так, что окна дубайского небоскреба звенят.
- Может паранджу еще напялить! Я не хочу выглядеть, как черный мобильный объект!- сжимаю кулаки, а он смотрит на мое сопротивление и усмехается.
- Напялить? Хорошее слово... Осторожнее в выражениях, Лика. Здесь только мои хотелки учитываться. Лучше тебе это запомнить…
С тех пор, как умер мой отец, Рустам Юсупов заделался моим благодетелем, только я знаю, что его забота- фальшь. Это он стоит за смертью папы! Я выросла, отучилась и приехала в его дубайскую компанию, чтобы отомстить, но…
Не учла, что у моего босса на меня другие планы и он явно хочет получить награду за свою заботу и поддержку…
ИСТОРИЯ ЗАВЕРШЕНА!
СЧАСТЛИВЫЙ ФИНАЛ!
– Чего ты от меня хочешь, Марат?
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
– Чтобы ты отпустила дочку со мной в Москву.
– Без вариантов, Айдаров. Тебе было плевать на нас целых шесть лет. Ты сам вышвырнул нас за порог. Отказался от дочери. Что изменилось теперь?
– Я хочу исправить ошибки прошлого.
– Слишком поздно, Марат.
– Я так не думаю, Лия. Я в любом случае заберу Динару. А ты можешь или пойти на поводу у гордости и остаться ни с чем или поехать со мной. Тебе даже не придется работать, я буду оплачивать твои хотелки, вещи, твой быт.
– Серьезно? Будем жить дружной шведской семьей? А невеста в курсе твоих планов?
– Это не то, что должно тебя волновать, Лия.
Айдаров Марат – мой бывший муж. Человек, оставивший меня с месячной крохой на руках. Когда-то он переступил через клятвы верности, которые мы давали друг другу, и поставил на нашем браке крест. А теперь он снова ворвался в мою жизнь, перевернул ее вверх дном и напомнил о былых чувствах. Зачем? Я не знаю…
Когда новый босс Север Ясин вызвал меня к себе, я ожидала увольнения, а не предложения ухаживать за его котом!
- Коту нужен курс уколов. Три недели, в одно и то же время. Мой график – катастрофа после того бардака, что устроил Илья, сын нашего учредителя.
Сердце замерло, когда речь зашла о моем парне. Знает ли про нас Ясин?
- У вас был опыт ухода за больным животным. Делайте уколы Маркизу после работы – мой водитель привезет и отвезет. Я щедро заплачу, это решит ваши финансовые проблемы, - предложил босс.
Я согласилась. Не столько ради денег, сколько ради больного животного. И понятия не имела, что «больной кот» – лишь ширма в опасной игре, а циничный Север Ясин хочет меня соблазнить и жестко бросить, чтобы заставить Илью жениться на другой и защитить многомиллиардную сделку. Но он не учел одного: игра в соблазнение может обернуться против самого игрока...
- Коту нужен курс уколов. Три недели, в одно и то же время. Мой график – катастрофа после того бардака, что устроил Илья, сын нашего учредителя.
Сердце замерло, когда речь зашла о моем парне. Знает ли про нас Ясин?
- У вас был опыт ухода за больным животным. Делайте уколы Маркизу после работы – мой водитель привезет и отвезет. Я щедро заплачу, это решит ваши финансовые проблемы, - предложил босс.
Я согласилась. Не столько ради денег, сколько ради больного животного. И понятия не имела, что «больной кот» – лишь ширма в опасной игре, а циничный Север Ясин хочет меня соблазнить и жестко бросить, чтобы заставить Илью жениться на другой и защитить многомиллиардную сделку. Но он не учел одного: игра в соблазнение может обернуться против самого игрока...
— А вы самую лучшую еду для котика купили? — тонкий, детский голосок вывел меня из раздумья.
Возле моей тележки материализовалась маленькая, лет трёх-четырёх, девочка.
— Нормальный корм. Тот, который ест мой кот. Он у меня привереда.
— А какая порода? — деловито спросила малышка.
— Серый, помойный, дворянин, — усмехнулась я на напускную строгость ребёнка.
— Я не знаю такую породу, — насупилась девочка. — Но когда я уговорю папу завести котёнка, то буду кормить его только самой лучшей едой.
Я оглядела пустой проход, где были только мы с малышкой.
— Детка, а где твои родители? — нахмурилась я. — Почему ты здесь одна?
В гипермаркете грубиян отнял у меня кофе, а потом я нашла его потерявшуюся дочь. А когда вышла на новую работу, оказалось, мой босс и этот хам — один и тот же человек. Но и это ещё не все сюрпризы от жизни… Босс живёт в соседней квартире.
Маленькая дочка хама вдруг нашла подход к моему неуправляемому и вредному котейке. И что мне теперь с этим делать?
Возле моей тележки материализовалась маленькая, лет трёх-четырёх, девочка.
— Нормальный корм. Тот, который ест мой кот. Он у меня привереда.
— А какая порода? — деловито спросила малышка.
— Серый, помойный, дворянин, — усмехнулась я на напускную строгость ребёнка.
— Я не знаю такую породу, — насупилась девочка. — Но когда я уговорю папу завести котёнка, то буду кормить его только самой лучшей едой.
Я оглядела пустой проход, где были только мы с малышкой.
— Детка, а где твои родители? — нахмурилась я. — Почему ты здесь одна?
В гипермаркете грубиян отнял у меня кофе, а потом я нашла его потерявшуюся дочь. А когда вышла на новую работу, оказалось, мой босс и этот хам — один и тот же человек. Но и это ещё не все сюрпризы от жизни… Босс живёт в соседней квартире.
Маленькая дочка хама вдруг нашла подход к моему неуправляемому и вредному котейке. И что мне теперь с этим делать?
Подборка эмоциональных служебных романов
Выберите полку для книги