Книги в жанре «Психологический триллер»

Сегодня она поставит рекорд. Сегодня она умрёт.

Алиса — королева мукбангов. Полмиллиона подписчиков, три камеры, идеальный свет и море еды. Её стримы смотрят, чтобы забыть о собственном голоде, чтобы завидовать, чтобы ненавидеть. Этим вечером онлайн бьёт все рекорды. Чат забит донатами, модератор докладывает о росте просмотров, и всё идёт идеально. Только вот еда на тарелке не заканчивается. Кнопка «Завершить эфир» не нажимается. А в отражении монитора стоит кто-то, кого не видит ни одна камера.

Она знала, как работает природа. Как самки защищают детёнышей. Как стая выживает. Как эмпатия помогает жить.
Но однажды её вырвали из мира, где она была наблюдателем, и поместили в мир, где наблюдают за ней.
Белая комната. Прозрачные стены. Люди, которые не помнят себя. И голос, который приказывает.
Она должна понять, почему она здесь. И что с ней делают. Но самый страшный вопрос - не «зачем», а «кем я стану, если они закончат?»

Проект «Сострадание». Это не лекарство. Это вопрос, который нельзя задавать вслух.

17-летняя Элис Громова, фотограф-экстремал, случайно становится свидетелем похищения человека в заброшенной больнице. За попытку разоблачения её помещают в закрытую психиатрическую клинику, где под видом лечения процветает чудовищный бизнес по продаже органов у беззащитных мигрантов. Отрезанная от внешнего мира, лишённая доказательств и веры со стороны властей, Элис должна не только выжить в системе, превращающей людей в овощи, но и найти способ спасти других заключённых до того, как их «утилизируют». Это история о том, как один смелый кадр может разрушить целую империю лжи.

Больной человек, серийный похититель, убийца, поддавшийся влиянию Синевы медленно растворяется в ней.
Река-Богиня для убийцы становится причиной и следствием его действий.

Истории женщин, которые прошли через ад и не потеряли себя.

Здесь нет идеальных героинь. Есть Маша, которую бросают с ребёнком на руках, потому что «младенец мешает спать». Есть Лена, которую лучший друг превращает в заложницу, а жених бросает, испугавшись шрамов. Есть Катя, которую похитили, чтобы сделать «женой»...

Но есть и те, кто протянет руку помощи. Те, кто рискует собой ради чужой жизни. Те, кто остаётся рядом, когда весь мир отворачивается.

Если вы хоть раз хотели сдаться, но выбирали бороться — эти истории для вас. И для тех, кому сегодня нужно найти силы идти дальше.

Некоторые объятия не заканчиваются даже со смертью.

«Неприкаянные» — новые истории о тех, кто не смог уйти, и о тех, кто их ждёт. Здесь нежность граничит с ужасом: мать, которая заслоняет ребёнка даже с того света, няня, вернувшаяся попрощаться, — и мертвецы, на шаги которых лучше не выглядывать в окно.

Откройте книгу. Они уже здесь. Некоторых вы будете бояться. Некоторых — полюбите всем сердцем.

На третьем месяце Кира решила сбежать.
Не потому что стало невыносимо. А потому что стало страшно. Страшно, что она привыкает. Что утренние завтраки с Артёмом, его низкий голос, его пальцы на её руке — становятся нормой. Что она начинает ждать его шагов в коридоре. Что засыпает, думая о нём.
Это не входило в план. Два года. Выжить. Уйти. Не привязываться.
Кира достала сумку. Паспорт. Деньги. Написала записку: «Спасибо за всё. Прости». Положила на кухонный стол. В три часа ночи вышла из дома.
Она дошла до калитки. Положила руку на замок. И замерла.
За калиткой стоял Артём. В пальто, без шапки. В ночном воздухе. Как будто ждал.
— Куда? — спросил он. Спокойно. Без злости.
Кира сжала лямку сумки.
— Ухожу.
— Я знаю. Видел записку.
— Тогда не останавливай.
Он молчал. Смотрел на неё. В лунном свете его лицо было бледным, серьёзным.
— Я не буду останавливать, — сказал он. — Ты свободна. Всегда была. Но...
— Но что?
— Но если ты уйдёшь сейчас, мой отец уничтожит твою семью. Дом. М

Раздавленный утратой, он покупает на аукционе стеклянный сосуд с заспиртованным глазом. Тот начинает жить своей жизнью — являть видения и пульсировать в такт сердцу. Вскоре мужчина обнаруживает, что его собственный левый глаз меняется, становясь точной копией артефакта. Но что, если он принёс в дом не только артефакт, а собственное прошлое, которое он сам же и забыл, чтобы выжить?

В ту ночь он вытащил меня из горящей машины. Я должна была считать его ангелом-хранителем. Но через три дня я нашла его фотографию в телефоне человека, который пытался меня убить.

После тяжелой травмы моя прошлая жизнь превратилась в белый шум.

Единственной точкой опоры остался Денис — внимательный, терпеливый, готовый собирать меня заново буквально по крупицам.

Его забота безупречна, а наша квартира кажется самой безопасной крепостью в городе. Он бережно напоминает мне, кем я была, что любила и как сильно дорожила нами обоими.

Вот только в этой безукоризненной реальности что-то неуловимо фальшивит.

С каждым днем меня все сильнее накрывает необъяснимая, глухая тревога. Почему дом, где меня так преданно ждут, кажется абсолютно чужим, а воспоминания, которые мне возвращают, похожи на чью-то чужую жизнь?