Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «erotika»

Долг. Кровь. Женщина.
Алан и Дамир не берут чужого. Но когда их род теряет миллионы из-за одной подписи, они приходят за ней. Вероника — пышная, красивая, с глазами, которые врут только когда молчат.
В горах Кавказа свои законы. И теперь её тело — часть сделки.
Двое братьев. Одна пышка. Ноль шансов уйти прежней.

Он — мой тренер. Ему двадцать пять.
Я — его клиентка. Мне сорок два.
Между нами — гриф штанги, зеркала в пол и правило, которое мы нарушаем каждое утро.

«Скажи „нет“, — шепчет он, прижимая меня к стене пустого зала. — Скажи сейчас, или я не остановлюсь».

Я не говорю «нет».

Я хочу чувствовать его руки там, где не должно быть чужих рук. Я хочу его запах , я хочу забыть, что у меня есть муж, дочь и возраст, который кричит: «Опомнись!»

Он привык контролировать всё — сделки, людей, чувства. Она — слишком искренняя для его мира: наивная, живая, способная к глубоким чувствам.
Их знакомство начинается как игра. Чёткие правила, распределённые роли, безопасная дистанция. Никаких лишних эмоций. Никаких обязательств. Но игра выходит из-под контроля.

Она живёт в тишине, которая когда-то была любовью. Елена — архитектор, реставрирующий старые здания и собственную жизнь, где трещины замазаны привычкой, а пустота между ней и мужем давно стала единственным звуком. Всё меняется, когда она встречает Илью — человека, который смотрит на мир как на живую конструкцию, где каждая трещина пропускает свет. Их случайный разговор в кафе становится зеркалом, в котором Елена впервые за годы видит себя не как функцию, а как тело, помнящее, что значит хотеть, дышать и быть настоящей.

Это роман не о разрушении брака и не о запретной страсти. Это история о возвращении к себе через другого — медленное, болезненное, неизбежное пробуждение, где каждая эротическая сцена становится не развлечением, а актом правды. Архитектурные метафоры переплетаются с телесностью, молчание оборачивается насилием, а тишина — не миром, а стеной, которую можно только проломить.

Меня зовут Вера. Я пышка, библиотекарь и по ночам пишу грязные рассказы под ником «Пышка Брутальная». Мой тайный подписчик «Властелин подушек» полгода сводит меня с ума своими сообщениями.

В понедельник я узнаю, что мой новый босс — Арсений Громов, ледяной миллиардер, который назвал моё платье «позором». А во вторник понимаю: это он. Тот самый Властелин. И он знает всё.

Теперь он нюхает мой кардиган, говорит, что мой страх «вкусный», и клянется сделать со мной всё, что захочет.

Говорят, с боссом не спят. А я говорю: попробуй не лечь в его постель, когда он смотрит на тебя так, будто ты — единственная женщина на свете.

Даже если ты пышка.

Особенно если ты пышка.

Она — русская блогерша-миллионник с миллионом комплексов. Он — молодой шейх, который ненавидит ложь и привык брать то, что хочет.
Алиса Голицына зарабатывает на жизнь тем, что убеждает других: её неидеальное тело — это нормально. Но сама она не верит в это ни секунды. После развода с абьюзером, череды неудачных отношений и предательства близких она смирилась: любовь не для таких, как она.
Заид аль-Рашид — правитель Рас-эль-Хаймы, жестокий эстет и охотник за красотой. Он заказывает её для частной фотосессии «Живая плоть» — не потому, что она красива в общепринятом смысле. А потому, что она настоящая.
Одна ночь во дворце переворачивает их жизни. Он хочет её не как игрушку — как жену. Она хочет верить, но боится. Семь дней на размышления. Семь дней, которые превратятся в войну — с его матерью, которая мечтает её уничтожить, с прошлым, которое не отпускает, и с собственным телом, которое никогда не считалось идеальным.

Мой брак трещит по швам, и эти выходные в загородном доме — последняя попытка всё исправить. Вот только у мужа находятся дела поважнее, он уезжает, оставив меня одну со своими старшими братьями.
Андрей и Рома. Властные, уверенные и не понимающие слова «нет». Те, кого я всегда старалась обходить стороной.
Одной встречи в темноте хватило, чтобы я поняла: всё, что я знала о себе раньше, — ложь. Оказывается, я могу плавиться от одного только взгляда, если этот взгляд принадлежит хищнику.
Теперь я заперта в четырех стенах с мужчинами, которые не привыкли делиться. И самое страшное, что после их рук я больше не хочу возвращаться в холодную постель мужа.

Она: Я не хотела этого брака. Теперь я живу в его доме, сплю в его постели, но каждую ночь думаю о другом. О его сыне. Я знаю, что это неправильно. Но когда он рядом, я забываю, как дышать. И да, я хочу, чтобы он меня поцеловал. Снова.

Он: Вероника — жена моего отца. Но я не могу перестать о ней думать. Я ловлю себя на том, что ищу её взглядом в каждой комнате, когда приезжаю в их дом только ради неё. Сегодня я застал её в ванной. И всё, что я хотел — прижать её к стене и не отпускать. Мне плевать, кто она для отца. Она должна стать моей.

Я — плюс сайз, кондитер и королева ночной тумбочки. Мужчины меня не замечают, и меня всё устраивает. Но три кавказских брата с мёдом, кинжалами и песнями решили иначе.
Теперь они смотрят. Ухаживают. Не отводят глаз. А я ломаюсь, шучу и сбегаю в свою комнату — потому что внимание страшнее любого кинжала. Особенно когда их трое.

Ты родишь ребёнка от моего сына», — сказал он, даже не спросив меня. Я — горничная в его доме. Он — мой хозяин. Властный, статный, невозможный. Я тайно люблю его несколько лет. А он заявляет, что мне нужно переспать с его капризным сыном, потому что «пора продолжать род». Я хотела отказаться. Но он смотрит так, что у меня подкашиваются колени. И я понимаю: отказывать ему я не умею. Ни в чём.