Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «goryacho-i-otkrovenno»
Герой — пилот, для которого небо — это зона контроля и спокойствия. Она попадает на борт как пассажирка в частном рейсе, и между ними почти нет слов: только взгляды, тишина кабины, ощущение скорости и высоты. В замкнутом пространстве напряжение становится почти осязаемым. От мужского взгляда это читается как потеря привычной уверенности: он управляет самолётом, но не может управлять тем, как реагирует на неё.
На высоте десяти тысяч метров он контролировал всё. Кроме себя рядом с ней...
На высоте десяти тысяч метров он контролировал всё. Кроме себя рядом с ней...
— А что ты чувствуешь? — спросила я, глядя ему в глаза.
Он молчал. Я видела, как он борется с собой, как его руки сжимаются в кулаки.
— Я схожу с ума по тебе, — ответил наконец Максим. — Я не могу работать, не могу спать, не могу думать ни о чём, кроме тебя.
— Так перестань бороться, — прошептала я, поднимая руку к его щеке.
Он перехватил мою руку раньше, чем я коснулась его. Сжал её. Я чувствовала, как дрожат его пальцы.
— Я не могу, — сказал он хрипло. — Если я перестану бороться, я потеряю контроль.
— Тогда потеряй его, — ответила я. — Это не так страшно, как ты себе внушил.
Он смотрел на меня, и я видела, как его ледяная защита рушится.
Секунда — и я оказалась прижатой к стене…
Он молчал. Я видела, как он борется с собой, как его руки сжимаются в кулаки.
— Я схожу с ума по тебе, — ответил наконец Максим. — Я не могу работать, не могу спать, не могу думать ни о чём, кроме тебя.
— Так перестань бороться, — прошептала я, поднимая руку к его щеке.
Он перехватил мою руку раньше, чем я коснулась его. Сжал её. Я чувствовала, как дрожат его пальцы.
— Я не могу, — сказал он хрипло. — Если я перестану бороться, я потеряю контроль.
— Тогда потеряй его, — ответила я. — Это не так страшно, как ты себе внушил.
Он смотрел на меня, и я видела, как его ледяная защита рушится.
Секунда — и я оказалась прижатой к стене…
Он — хулиган и сын авторитета. Она — тихая отличница. Они случайно встретились на экзамене, и теперь он не может её забыть.
Он привык брать то, что хочет. Она привыкла бояться. Но между ними возникает что-то, что невозможно объяснить.
Она — его растяпа. Он — её лев. И если она позволит ему быть рядом — он сделает всё, чтобы её защитить.
История о том, как плохой парень влюбился в хорошую девочку. И о том, что любовь не спрашивает разрешения
Он привык брать то, что хочет. Она привыкла бояться. Но между ними возникает что-то, что невозможно объяснить.
Она — его растяпа. Он — её лев. И если она позволит ему быть рядом — он сделает всё, чтобы её защитить.
История о том, как плохой парень влюбился в хорошую девочку. И о том, что любовь не спрашивает разрешения
— Я не котёнок.
— Тогда почему выгибаешься от одного моего прикосновения?
— Я не выгибаюсь.
— Конечно. Это у тебя позвоночник со мной флиртует.
Она тут же смотрит на мои губы.
Потом понимает, что сделала, краснеет и мне интересно, насколько ниже опустится этот румянец, если я перестану разговаривать, раздвину ей ноги и проверю?
Я не собирался заводить котёнка. Но он сам свалился мне в руки, возмутился названием и теперь таращит на меня огромные голубые глаза.
Любопытный котёнок.
— Тогда почему выгибаешься от одного моего прикосновения?
— Я не выгибаюсь.
— Конечно. Это у тебя позвоночник со мной флиртует.
Она тут же смотрит на мои губы.
Потом понимает, что сделала, краснеет и мне интересно, насколько ниже опустится этот румянец, если я перестану разговаривать, раздвину ей ноги и проверю?
Я не собирался заводить котёнка. Но он сам свалился мне в руки, возмутился названием и теперь таращит на меня огромные голубые глаза.
Любопытный котёнок.
Его руки медленно легли на её талию. Его пальцы сжали ткань, притягивая её ближе. Алиса почувствовала тепло его тела, твёрдость его груди. Это не было частью хореографии. Это было нечто реальное, осязаемое и пугающе притягательное. Она открыла глаза и встретилась с его взглядом. В его серых глазах больше не было холодной оценки хореографа. Там горел тёмный, ненасытный огонь.
Марк медленно провёл рукой по её шее, его большой палец коснулся пульсирующей вены на её горле. Алиса судорожно вздохнула, её тело отозвалось на это прикосновение непредсказуемым жаром. Она знала, что должна отстраниться, что это нарушает все профессиональные границы, но её ноги словно приросли к льду.
Ты чувствуешь это? спросил он, и его губы оказались опасно близко к её уху. Его дыхание обожгло её кожу.
Да, прошептала она, и это слово прозвучало как признание в поражении. Он наклонился и поцеловал её. Это не был нежный или робкий поцелуй. Это был поцелуй, полный накопленного напряжения, требований и обещаний..
Марк медленно провёл рукой по её шее, его большой палец коснулся пульсирующей вены на её горле. Алиса судорожно вздохнула, её тело отозвалось на это прикосновение непредсказуемым жаром. Она знала, что должна отстраниться, что это нарушает все профессиональные границы, но её ноги словно приросли к льду.
Ты чувствуешь это? спросил он, и его губы оказались опасно близко к её уху. Его дыхание обожгло её кожу.
Да, прошептала она, и это слово прозвучало как признание в поражении. Он наклонился и поцеловал её. Это не был нежный или робкий поцелуй. Это был поцелуй, полный накопленного напряжения, требований и обещаний..
Запретный плод всегда сладок. Не правда ли? Вот таким запретным яблочком стал отец моей лучшей подруги. Но как? Все просто… впервые увидев его, подумала, что это её брат, а не отец… И что же мне делать? Как побороть свою тайную страсть? И стоит ли вообще с ней бороться?
«Ты боишься не смерти, Нора. Ты боишься совершить ошибку. Ты боишься меня».
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.
Нора знает правила выживания в элитном закрытом клубе «Порок»: смотреть в пол, улыбаться уголками губ и никогда, слышишь, никогда не смотреть в глаза владельцу.
Винсент Блэквуд — мажор в третьем поколении, циник и хищник, которому смертельно скучно. Он привык, что ему отдают всё без слов.
Но одна ошибка меняет всё.
Один неверный шаг — и Нора оказывается не в том месте, став свидетельницей того, что видит лишь мертвец.
Он не убивает её. Винсент предлагает сделку: её молчание в обмен на подчинение. Но это не просто сделка. Это жестокая психологическая игра, где он устанавливает правила, а она должна играть по ним, чтобы не сойти с ума.
Он будет ломать её. Проверять на прочность. Заставлять дрожать от одного своего взгляда.
Но Винсент не знает одного: даже у самой покорной игрушки есть свой предел. И когда Нора перестанет бояться, он поймет, что в этой игре у него нет ни единого шанса на победу.
Залина вынуждена временно жить в семье Астаховых. Её цель — тихая учёба и скорейший переезд. Но у судьбы свои планы: сын хозяина дома, Арсений, превращает каждый её день в испытание на прочность.
Их противостояние искрит яростью и ядовитыми подколами. Однако под крышей одного дома таить ненависть становится всё сложнее, а ревность вспыхивает от одной искры. От войны до всепоглощающей страсти — всего один шаг. Но готов ли мажор отказаться от своей свободы ради той, что перевернула его мир?
Их противостояние искрит яростью и ядовитыми подколами. Однако под крышей одного дома таить ненависть становится всё сложнее, а ревность вспыхивает от одной искры. От войны до всепоглощающей страсти — всего один шаг. Но готов ли мажор отказаться от своей свободы ради той, что перевернула его мир?
Я больше не прячу ни планшет с тайными желаниями, ни саму себя. Рядом со мной трое мужчин, каждый из которых когда-то казался невозможным выбором: один — моя опора, второй — мой соблазн, третий — моя истина.
Я научилась произносить свои желания вслух и теперь осталось ответить себе самой на вопрос: чего я хочу на самом деле.
Нас теперь четверо, и главная интрига не в том, выдержу ли я их силу, а в том, смогут ли они услышать мой голос сквозь собственную ревность.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Я научилась произносить свои желания вслух и теперь осталось ответить себе самой на вопрос: чего я хочу на самом деле.
Нас теперь четверо, и главная интрига не в том, выдержу ли я их силу, а в том, смогут ли они услышать мой голос сквозь собственную ревность.
🍒 Будет жарко!
🍒Благодарю за ваши звезды и библиотеки. Вы лучшие!
🍒 Удовольствие гарантировано!
Она стояла прямо, словно по струнке. Тёмные волосы были собраны в строгий пучок. На ней было простое, но безупречно сидящее чёрное платье-футляр и белый передник с кружевной отделкой — униформа, которую я потребовал от агентства. Её глаза, тёмные, почти чёрные, смотрели на меня с вызовом, который она тщетно пыталась скрыть за профессиональной вежливостью.
— Добрый вечер, Александр Ильич, — её голос был ровным, но я уловил едва заметную дрожь. Она чувствовала мою ауру. Мои сабмиссивы всегда чувствовали.
— Добрый вечер, Елизавета. Проходите.
Она переступила порог, и я закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине пентхауса как выстрел.
— Вы знаете, какие правила я устанавливаю в этом доме? — спросил я, не предлагая ей сесть.
— Я ознакомилась с контрактом, — ответила она, опустив глаза на мой галстук. Хороший знак. Прямой зрительный контакт с Доминантом на первой встрече — это привилегия, которую нужно заслужить. — Поддержание идеального порядка, полная конфиденциальность, немедленно
— Добрый вечер, Александр Ильич, — её голос был ровным, но я уловил едва заметную дрожь. Она чувствовала мою ауру. Мои сабмиссивы всегда чувствовали.
— Добрый вечер, Елизавета. Проходите.
Она переступила порог, и я закрыл дверь. Щелчок замка прозвучал в тишине пентхауса как выстрел.
— Вы знаете, какие правила я устанавливаю в этом доме? — спросил я, не предлагая ей сесть.
— Я ознакомилась с контрактом, — ответила она, опустив глаза на мой галстук. Хороший знак. Прямой зрительный контакт с Доминантом на первой встрече — это привилегия, которую нужно заслужить. — Поддержание идеального порядка, полная конфиденциальность, немедленно
Подборка откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги