Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-emotsionalno»
Пять лет назад, безумно устав от постоянной слежки, скандалов и рукоприкладства мужа, я решила найти в лице своего охранника-водителя союзника. Какая же я была тогда глупенькая. Совсем незаметно между нами начали витать флюиды, а позже я влюбилась в него.
На всю свою голову.
Но оказалось, что для меня нет места в жизни Глеба Григорьевича. Я лишь инструмент в его “игре”. Своего он добился, а я осталась лишь “выброшенным мусором”.
Возможно ли спустя года вернуть любовь или потухшие чувства уже не разжечь?
Но если при виде НЕЁ сердце заходится в бешеной гонке и полный кавардак из эмоций.
Но если при виде НЕГО по телу бежит дрожь, а мозг до сих пор помнит его касания, аромат и вкус поцелуя.
Что это, если не любовь?
На всю свою голову.
Но оказалось, что для меня нет места в жизни Глеба Григорьевича. Я лишь инструмент в его “игре”. Своего он добился, а я осталась лишь “выброшенным мусором”.
Возможно ли спустя года вернуть любовь или потухшие чувства уже не разжечь?
Но если при виде НЕЁ сердце заходится в бешеной гонке и полный кавардак из эмоций.
Но если при виде НЕГО по телу бежит дрожь, а мозг до сих пор помнит его касания, аромат и вкус поцелуя.
Что это, если не любовь?
— Ты не под того легла!
— Прекрати пожалуйста, — зажмурила глаза.
— Я решу, когда все прекратить!
— Только не заставляй меня делать аборт умоляю… — подскочила, хватаясь за живот. По ее щекам стекали слезы, руки дрожали словно я выносил ей приговор.
Упокоится не получалось. Разбил вдребезги стеклянный стол в прихожей. Нужно было выплеснуть злость и ничего лучше не придумал как двинуть его ногой. Стекла рассыпались по всему полу засыпая паркет.
— Уничтожу! Растопчу как эти осколки! — наступая на них, те с хрустом проминались под ботинками.
— Прекрати пожалуйста, — зажмурила глаза.
— Я решу, когда все прекратить!
— Только не заставляй меня делать аборт умоляю… — подскочила, хватаясь за живот. По ее щекам стекали слезы, руки дрожали словно я выносил ей приговор.
Упокоится не получалось. Разбил вдребезги стеклянный стол в прихожей. Нужно было выплеснуть злость и ничего лучше не придумал как двинуть его ногой. Стекла рассыпались по всему полу засыпая паркет.
— Уничтожу! Растопчу как эти осколки! — наступая на них, те с хрустом проминались под ботинками.
– Кое-кто оказался более сговорчивым, – улыбнулся мужчина, приближаясь ко мне медленно и не отводя взгляд.
– Вы врете! – сказала не совсем уверенно. – Это была шутка!
– Да? Но я сейчас не намерен шутить, – он не собирался отступать.
– Вы ничего мне не сделаете, Тимофей Родионович. У меня хорошие оценки, – заявила я.
– Это легко исправить, – угрожающий шепот донесся близко. Очень близко.
Нас разделяло минимальное расстояние.
Он схватил меня за бедра своими сильными руками и резко повернул к себе спиной, к которой прижался сзади.
– Я вас ненавижу, – мой голос дрогнул.
– Меня это лишь заводит, – его губы коснулись моей шеи. – Чем больше твоя ненависть, тем жестче я буду брать тебя.
– Вы врете! – сказала не совсем уверенно. – Это была шутка!
– Да? Но я сейчас не намерен шутить, – он не собирался отступать.
– Вы ничего мне не сделаете, Тимофей Родионович. У меня хорошие оценки, – заявила я.
– Это легко исправить, – угрожающий шепот донесся близко. Очень близко.
Нас разделяло минимальное расстояние.
Он схватил меня за бедра своими сильными руками и резко повернул к себе спиной, к которой прижался сзади.
– Я вас ненавижу, – мой голос дрогнул.
– Меня это лишь заводит, – его губы коснулись моей шеи. – Чем больше твоя ненависть, тем жестче я буду брать тебя.
- Раздевайся! - кричит Марат. - Или увидишь, каким я бываю в ярости!
Мне безумно не хочется видеть это, но и раздеваться - тоже.
Музыка заканчивается, и Марат идёт на меня в полной тишине. В глазах у него - всепоглощающее пламя желания раздеть меня во что бы то ни стало...
Я отступаю, мне страшно. Ещё страшнее становится, когда вижу, что в паху Марата - внушительный бугор, и ткань натянута так сильно, что кажется - вот-вот порвётся.
- Стой, малышка... - властно цедит Марат. - Или сделаешь только хуже. Тогда я заставлю тебя пожалеть о том, что ты была непослушной!
Моя первая встреча с Маратом Черским была короткой, но крайне запоминающейся.
Вторая встреча произошла спустя несколько часов. Она шокировала меня и затянулась надолго: и если бы я могла знать - чем всё закончится...
Мне безумно не хочется видеть это, но и раздеваться - тоже.
Музыка заканчивается, и Марат идёт на меня в полной тишине. В глазах у него - всепоглощающее пламя желания раздеть меня во что бы то ни стало...
Я отступаю, мне страшно. Ещё страшнее становится, когда вижу, что в паху Марата - внушительный бугор, и ткань натянута так сильно, что кажется - вот-вот порвётся.
- Стой, малышка... - властно цедит Марат. - Или сделаешь только хуже. Тогда я заставлю тебя пожалеть о том, что ты была непослушной!
Моя первая встреча с Маратом Черским была короткой, но крайне запоминающейся.
Вторая встреча произошла спустя несколько часов. Она шокировала меня и затянулась надолго: и если бы я могла знать - чем всё закончится...
Слегка полноватый мужчина лет сорока в майке и свободных пижамных брюках уселся на кровати, беззастенчиво разглядывая Полину. Ей сразу стало неловко под его взглядом. Она почувствовала, как сердце ускоряет бег, а к лицу приливает краска.
Стараясь спасти положение, Полина как можно более непринуждённо продолжила:
– Да, сегодня у меня первое дежурство. Я принесла вам лекарство, потом измерим давление, и сделаю укол.
– Ну, приступай, – хмыкнул Валерий Палыч.
Стараясь спасти положение, Полина как можно более непринуждённо продолжила:
– Да, сегодня у меня первое дежурство. Я принесла вам лекарство, потом измерим давление, и сделаю укол.
– Ну, приступай, – хмыкнул Валерий Палыч.
- Гадкий утёнок превратился в симпатичную цыпочку? Чу-де-са! – насмехаясь, издевательски протянул Дмитрий.
- Какая есть, да не про твою честь! – огрызнулась я.
- Кто знает, - нагло подмигнул мне сводный брат, – может, пришло время не только воевать?
Он всего лишь поправил выбившуюся прядь из моего строгого пучка, а меня тряхануло, как от удара током…
- Какая есть, да не про твою честь! – огрызнулась я.
- Кто знает, - нагло подмигнул мне сводный брат, – может, пришло время не только воевать?
Он всего лишь поправил выбившуюся прядь из моего строгого пучка, а меня тряхануло, как от удара током…
Никогда не думала, что окажусь в зависимости у абьюзера. Что наше знакомство выльется во что-то ужасное. Что мои чувства и даже жизнь собственного ребенка для него ничего не значит... Но в моей жизни появился другой - сильный и надежный, готовый бросить вызов моему палачу. Сможет ли он спасти меня из ада, в котором я оказалась?
ВНИМАНИЕ!!! ЕСТЬ ЖЕСТОКИЕ СЦЕНЫ!!!
ВНИМАНИЕ!!! ЕСТЬ ЖЕСТОКИЕ СЦЕНЫ!!!
— Ну здравствуй, Дуся, — бархатный бас раздаётся совсем близко, заставляя моё тело покрыться мурашками.
— Ты что здесь делаешь? — разворачиваюсь к Гору, но не сразу узнаю его в костюме.
— Приехал на встречу, — отвечает он, поправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо.
— Это я приехала на встречу, — шиплю на Гора. — А тебя здесь быть не должно. Или ты и вправду маньяк?
— Клим Игнатович, — рядом звучит довольный голос босса. — Вы уже познакомились с нашим главным бухгалтером? Отлично. Евдокия Филипповна, это и есть наш новый клиент, Горский Клим Игнатович.
Одна ночь с механиком должна была остаться одной ночью. Но всё пошло не по плану, когда этот механик оказался большим боссом. Но у него не только большой бизнес, но и большие планы на меня. А мне это не нужно. Я в такие игры не играю. Да только кого это волнует!
— Ты что здесь делаешь? — разворачиваюсь к Гору, но не сразу узнаю его в костюме.
— Приехал на встречу, — отвечает он, поправляя выбившуюся прядь волос мне за ухо.
— Это я приехала на встречу, — шиплю на Гора. — А тебя здесь быть не должно. Или ты и вправду маньяк?
— Клим Игнатович, — рядом звучит довольный голос босса. — Вы уже познакомились с нашим главным бухгалтером? Отлично. Евдокия Филипповна, это и есть наш новый клиент, Горский Клим Игнатович.
Одна ночь с механиком должна была остаться одной ночью. Но всё пошло не по плану, когда этот механик оказался большим боссом. Но у него не только большой бизнес, но и большие планы на меня. А мне это не нужно. Я в такие игры не играю. Да только кого это волнует!
— Ты мне нравишься, куколка, — оглядывая меня хищным взглядом, усмехается Камиль Радов, влиятельный и красивый отец моего будущего мужа. — Уверен на все сто, Лера, вы с моим сыном даже ни разу не переспали.
Внутри меня всё сжимается от страха, когда он, стильно одетый, пахнущий нишевым парфюмом, подходит ближе, прижимает меня к стене.
— Что вам надо? — спрашиваю дрожащим голосом. — Для чего вы забрали меня с пар и привезли в свой офис?
— С нашего семейного счёта пропали деньги. И я знаю, что их сняли вы с моим сыном.
— Какие деньги? Я ничего про них не…
— Молчать! Я выясню, зачем вы украли деньги! Но сначала…
Он сминает мои губы поцелуем, проникает в меня языком, рукой забирается под платье, начинает ласкать там… внизу…
— Но сначала, — шепчет он, — я хочу попробовать тебя, куколка. Раз мой сын не может лишить тебя невинности, сделаю это вместо него.
Внутри меня всё сжимается от страха, когда он, стильно одетый, пахнущий нишевым парфюмом, подходит ближе, прижимает меня к стене.
— Что вам надо? — спрашиваю дрожащим голосом. — Для чего вы забрали меня с пар и привезли в свой офис?
— С нашего семейного счёта пропали деньги. И я знаю, что их сняли вы с моим сыном.
— Какие деньги? Я ничего про них не…
— Молчать! Я выясню, зачем вы украли деньги! Но сначала…
Он сминает мои губы поцелуем, проникает в меня языком, рукой забирается под платье, начинает ласкать там… внизу…
— Но сначала, — шепчет он, — я хочу попробовать тебя, куколка. Раз мой сын не может лишить тебя невинности, сделаю это вместо него.
Шок. Артур обнимает так называемую «сестру», а на ней лишь нижнее белье. Сидит верхом на моем муже. Совсем не по-родственному льнет к нему.
- Когда уже ты ее бросишь?
- Скоро, моя девочка. Потерпи. Она уговорит Князева подписать контракт и как поступит денежка на счет, то сниму и оставлю ее с долгами, а мы полетим покорять жаркие страны.
- Не боишься, что узнает о твоих похождениях? – ее алые коготки царапают неприкрытую ничем голую грудь моего мужа.
- Проглотит измену, куда она денется? Я столько лет самооценку ее растаптывал, чтобы она ущербной себя считала. Еще ноги целовать будет, чтобы не уходил.
- Не рассказывай сказочки. По ночам ты всегда возвращаешься к ней. Так уж и безразлична.
- Ревнуешь? – мурлычет, стягивая лямку с ее плеча. – Не стоит. Она бревно в постели. Полный ноль. Без макияжа страшная. Пустышка приставучая.
Только ночь с незнакомцем говорит об обратном. Он оказался тем, с кем я должна подписать договор, и кажется, может мне помочь.
- Когда уже ты ее бросишь?
- Скоро, моя девочка. Потерпи. Она уговорит Князева подписать контракт и как поступит денежка на счет, то сниму и оставлю ее с долгами, а мы полетим покорять жаркие страны.
- Не боишься, что узнает о твоих похождениях? – ее алые коготки царапают неприкрытую ничем голую грудь моего мужа.
- Проглотит измену, куда она денется? Я столько лет самооценку ее растаптывал, чтобы она ущербной себя считала. Еще ноги целовать будет, чтобы не уходил.
- Не рассказывай сказочки. По ночам ты всегда возвращаешься к ней. Так уж и безразлична.
- Ревнуешь? – мурлычет, стягивая лямку с ее плеча. – Не стоит. Она бревно в постели. Полный ноль. Без макияжа страшная. Пустышка приставучая.
Только ночь с незнакомцем говорит об обратном. Он оказался тем, с кем я должна подписать договор, и кажется, может мне помочь.
Подборка эмоциональной романтической эротики
Выберите полку для книги