Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-emotsionalno»
– Прекрати так нагло на меня смотреть, Лика, – Даниил перешел на едва различимый, темный шепот у самого ее уха, от которого у нее подкосились колени. – Прекрати играть с огнем. Иначе мне придется наказать тебя прямо здесь. Сорвать это чертово платье и показать, кто из нас умеет импровизировать. И мне будет абсолютно плевать на родителей, которые ждут нас в зале. Ты меня поняла?
Лика затаила дыхание, не в силах вымолвить ни слова. Воздух между ними превратился в чистый тротил. Еще секунда – и случится взрыв.
Лика затаила дыхание, не в силах вымолвить ни слова. Воздух между ними превратился в чистый тротил. Еще секунда – и случится взрыв.
" - Привет, балерина. Я рад, что ты решила посетить мой клуб, – уже привычно лениво усмехается этот маньяк.
- А я нет. Что за ерунда здесь творится?
Его чувственные губы растягиваются в порочной улыбке хищника перед трапезой.
- Стелла, никакой ерунды. Теперь ты моя.
- С какого перепуга, извращенец?
- С того, что я пять минут назад купил тебя.
- А я не продавалась, – рычу на него.
- Стел, у тебя устаревшая информация. Вон и твоя подруга может подтвердить, что тот договор, который ты подписала, передаёт мне права на всю тебя: твоё тело, душу, сердце.
Я судорожно сглатываю.
- Ты больная сволочь.
- Да, балерина.
И его руки тут же обхватываю мою талию, вжимая в его сильный торс."
~~~
Он тот кого боятся подчинённые, а его собственная тень робко отводит взгляд в сторону.
Она же попала в его мир случайно, так как прекрасной балерине дворянского рода там делать просто нечего.
Вот только он решил иначе – всё, что рядом с ним сгорает, ибо он Пепел. Должна сгореть и она, но ...
- А я нет. Что за ерунда здесь творится?
Его чувственные губы растягиваются в порочной улыбке хищника перед трапезой.
- Стелла, никакой ерунды. Теперь ты моя.
- С какого перепуга, извращенец?
- С того, что я пять минут назад купил тебя.
- А я не продавалась, – рычу на него.
- Стел, у тебя устаревшая информация. Вон и твоя подруга может подтвердить, что тот договор, который ты подписала, передаёт мне права на всю тебя: твоё тело, душу, сердце.
Я судорожно сглатываю.
- Ты больная сволочь.
- Да, балерина.
И его руки тут же обхватываю мою талию, вжимая в его сильный торс."
~~~
Он тот кого боятся подчинённые, а его собственная тень робко отводит взгляд в сторону.
Она же попала в его мир случайно, так как прекрасной балерине дворянского рода там делать просто нечего.
Вот только он решил иначе – всё, что рядом с ним сгорает, ибо он Пепел. Должна сгореть и она, но ...
— Ты вылетишь отсюда пробкой от шампанского, — Матвей говорит ровно и спокойно, и от этого ещё страшнее. — Тебе не место рядом с Кирой. Не место в этом доме. Тебе место на трассе или на кассе вонючей забегаловки!
— Не тебе решать, где моё место, понял? — я вся дрожу от злости.
Сейчас он снова получит по самодовольной богатенькой морде. В этот раз — кулаком.
— Мне решать, куколка, — зловеще произносит он. — И я решу это в ближайшее время, Верочка-целочка. Но сначала, я тебя поимею.
Я сглатываю, отлично понимая, что означает эта фраза и этот тон.
Матвей Блавацких, старший брат моей подруги, по совместительству сын одного из богатейших людей столицы, только что объявил мне войну.
— Не тебе решать, где моё место, понял? — я вся дрожу от злости.
Сейчас он снова получит по самодовольной богатенькой морде. В этот раз — кулаком.
— Мне решать, куколка, — зловеще произносит он. — И я решу это в ближайшее время, Верочка-целочка. Но сначала, я тебя поимею.
Я сглатываю, отлично понимая, что означает эта фраза и этот тон.
Матвей Блавацких, старший брат моей подруги, по совместительству сын одного из богатейших людей столицы, только что объявил мне войну.
– Ты, видимо, недооцениваешь ситуацию, Эмилия, – он сделал шаг ко мне, я попятилась назад и уперлась в стол. Воспользовавшись положением, Давыдов поставил руки с обеих сторон от меня, заключая в капкан, и склонился ближе к моему лицу. – Ты станешь моей. Сегодня. Завтра. Сколько тебе хватит сил сопротивляться?
Он взял из вазы со стола красное яблоко и задумчиво его рассматривал, при этом придавливая меня всем телом, склоняясь всё ближе и ближе.
– Сколько потребуется – столько и буду! – фыркнула я, понимая, что выгляжу смешно. Тело меня уже начало предавать: сердце билось, как заведенное, щеки пылали, а голос сел. – Я тебе не трофей, Костя, чтобы меня завоевывать, а потом снова бросать, как ненужную и вообще я…
Не смогла договорить, тихо пискнула от неожиданности, когда Давыдов заткнул мой рот этим самым яблоком.
Моргнула.
А он резко схватил меня за бедра и усадил на стол перед собой, с таким выражением лица, будто собирался съесть не яблоко, а меня...
Он взял из вазы со стола красное яблоко и задумчиво его рассматривал, при этом придавливая меня всем телом, склоняясь всё ближе и ближе.
– Сколько потребуется – столько и буду! – фыркнула я, понимая, что выгляжу смешно. Тело меня уже начало предавать: сердце билось, как заведенное, щеки пылали, а голос сел. – Я тебе не трофей, Костя, чтобы меня завоевывать, а потом снова бросать, как ненужную и вообще я…
Не смогла договорить, тихо пискнула от неожиданности, когда Давыдов заткнул мой рот этим самым яблоком.
Моргнула.
А он резко схватил меня за бедра и усадил на стол перед собой, с таким выражением лица, будто собирался съесть не яблоко, а меня...
Это только в сказках принцы ведут себя пристойно. В реальном мире некоторые из них начинают знакомство вовсе не с танца! От такого принца Золушка сбежит, потеряв сразу обе туфельки, и чудо, если останется жива…
***
- Ты напала на меня, Ольга. Если дать этому ход здесь в России, то тебя показательно накажут. Ещё бы покушение на принца одного из самых влиятельных Арабских эмиратов...
- Но, я же не... - робко попыталась она возразить.
- Молчать! - жестким тоном оборвал ее Валид, - А может быть расклад и похуже, - он перешёл на зловещий шепот, - Я просто вывезу тебя в грузовом отсеке моего самолёта ко мне на Родину, и там за то, что ты посмела поднять на меня руку, тебя казнят.
Оля в ужасе замерла, ее глаза наполнились слезами.
- Ой, нет! Только не это... Чего рыдать то?! Для тебя это отличный вариант! Даже с психологической точки зрения. Чтоб преодолеть свой страх, надо заглянуть ему в глаза! Вот ты и будешь, смотреть в мои 24/7, пока страх не пройдет или пока мне не надоест.
***
- Ты напала на меня, Ольга. Если дать этому ход здесь в России, то тебя показательно накажут. Ещё бы покушение на принца одного из самых влиятельных Арабских эмиратов...
- Но, я же не... - робко попыталась она возразить.
- Молчать! - жестким тоном оборвал ее Валид, - А может быть расклад и похуже, - он перешёл на зловещий шепот, - Я просто вывезу тебя в грузовом отсеке моего самолёта ко мне на Родину, и там за то, что ты посмела поднять на меня руку, тебя казнят.
Оля в ужасе замерла, ее глаза наполнились слезами.
- Ой, нет! Только не это... Чего рыдать то?! Для тебя это отличный вариант! Даже с психологической точки зрения. Чтоб преодолеть свой страх, надо заглянуть ему в глаза! Вот ты и будешь, смотреть в мои 24/7, пока страх не пройдет или пока мне не надоест.
– Договоримся по-другому, – опасно ухмыляется Самохвалов.
Пальцы на моей шее сжимаются. Мягко, только чтобы дать мне почувствовать их силу. Предупредить, так сказать.
– Я просто проведу тебе терапию от стервозности. Лекарство принимается внутрь любым способом, в любой позе. Сразу успокоишься и начнёшь слушаться.
Я медленно достаю руку из кармана.
– Лучшая из терапий – электросудорожная, солнышко, – цежу в опасной близости от его губ.
Самохвалов приподнимает бровь и опускает глаза на электрошокер, ткнувшийся ему в рёбра. А потом делает всего одно движение, резкое и молниеносное, и вот уже моя ладонь сжимает воздух вместо оружия. Оно перекочевало в его руку со скоростью пули.
— Урок первый: вот этого делать нельзя. Солнышко, – чётко и с улыбкой произносит он с ласковой угрозой в голосе. И проводит шокером по моей щеке. Медленно, нежно, дожидаясь реакции.
Пальцы на моей шее сжимаются. Мягко, только чтобы дать мне почувствовать их силу. Предупредить, так сказать.
– Я просто проведу тебе терапию от стервозности. Лекарство принимается внутрь любым способом, в любой позе. Сразу успокоишься и начнёшь слушаться.
Я медленно достаю руку из кармана.
– Лучшая из терапий – электросудорожная, солнышко, – цежу в опасной близости от его губ.
Самохвалов приподнимает бровь и опускает глаза на электрошокер, ткнувшийся ему в рёбра. А потом делает всего одно движение, резкое и молниеносное, и вот уже моя ладонь сжимает воздух вместо оружия. Оно перекочевало в его руку со скоростью пули.
— Урок первый: вот этого делать нельзя. Солнышко, – чётко и с улыбкой произносит он с ласковой угрозой в голосе. И проводит шокером по моей щеке. Медленно, нежно, дожидаясь реакции.
— Я поговорить с тобой хотел, — сжимает крепче моё запястье и пленяет своим пронзительным взглядом.
Нет, я не должна снова попасть в эти сети. Он больше не сможет сломить меня.
— Нам давно не о чем говорить, — стараюсь звучать твердо и непоколебимо. — Убери руки и дай пройти, — дергаюсь в тщетной попытке освободиться.
— Мне нужна твоя помощь…
Нет, я не должна снова попасть в эти сети. Он больше не сможет сломить меня.
— Нам давно не о чем говорить, — стараюсь звучать твердо и непоколебимо. — Убери руки и дай пройти, — дергаюсь в тщетной попытке освободиться.
— Мне нужна твоя помощь…
Молодая учительница из скромной районной школы неожиданно оказывается в центре внимания могущественной семьи: её ученик — избалованный сын влиятельного бизнесмена, а его старший брат, привык решать всё деньгами и связями. После резкого разговора со старшеньким, между ними вспыхивает взаимное притяжение, которое переворачивает оба их мира.
Но у этой любви слишком высокая цена: чужие интриги, давление семьи, угрозы карьере и репутации. Чтобы защитить женщину, которую полюбил, герой вынужден бросить вызов всему, что составляло смысл его прежней жизни. Она же, столкнувшись с жестокостью чужого мира, решает не быть жертвой, а найти собственный путь.
Но у этой любви слишком высокая цена: чужие интриги, давление семьи, угрозы карьере и репутации. Чтобы защитить женщину, которую полюбил, герой вынужден бросить вызов всему, что составляло смысл его прежней жизни. Она же, столкнувшись с жестокостью чужого мира, решает не быть жертвой, а найти собственный путь.
Застрять в лифте по дороге домой? Можно. Тем более в нашем доме это не редкая история. Застрять, но с двумя наглыми и дерзкими соседями, что мешают спать ночами? Тоже можно, хотя не желательно.
Особенно, если знать, чем это все обернется.
Особенно, если знать, чем это все обернется.
Ради спасения младшей сестры я была готова шагнуть в ад. И я в него шагнула. Я думала, что это – самое страшное дно. Но моим персональным адом стал ОН. Безжалостный бизнесмен, хозяин города, привыкший покупать человеческие жизни оптом.Влюбилась до одури, до остановки пульса, поверив, что под маской чудовища скрывается защитник.
Но я ошибалась...
Человек, которого я полюбила больше жизни, вопреки всему, покрывает того, кто уничтожил мою семью…
Но я ошибалась...
Человек, которого я полюбила больше жизни, вопреки всему, покрывает того, кто уничтожил мою семью…
Подборка эмоциональной романтической эротики
Выберите полку для книги