Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-emotsionalno»

Он облил её грязью из-под колёс своего спорткара и предложил купить новое пальто — со сдачей на шоколадку. Она швырнула его деньги ему в лицо.
Алина — староста-отличница, которая фрилансит по ночам, чтобы оплатить магистратуру. Кирилл — мажор и сын главного спонсора университета, для которого вся жизнь — игра без правил. Ультиматум отца связывает их странной сделкой: она становится его личным куратором, и на кону — её будущее, его свобода и финансирование всего вуза.
Но «уроки» очень быстро перестают быть про учёбу. Потому что самый опасный предмет в их программе — желание. А у него нет ни методички, ни правил.

Она хочет стать крахом его империи. Он не собирается её отпускать. И где-то в этой войне без правил уже поздно понимать: привыкать к человеку — опаснее, чем любить его. История о девушке, которая не умеет сдаваться, и мужчине, который не умеет уступать.

- Ты станешь моей женой, piccola, - это был не вопрос, а приказ.
Я сжала челюсть от напряжения. Все внутри меня противилось этому союзу. Холодный и жёсткий взгляд Винсента задержался на мне еще несколько секунд, а затем он выпрямился, поправляя пиджак. Кольцо сдавливало палец словно напоминание - моя жизнь мне больше не принадлежит. Я стала разменной монетой в жестокой игре за власть. Драгоценные камни переливались бликами в свете люстр.
- Начинай готовиться, Mia cara, - обманчиво спокойно произнес Винсент, выпуская кольца никотинового дыма. - Это не предложение, Лилит. Теперь ты - моя собственность.

Я пришла к гинекологу из-за боли. А ушла с его вопросом: «Вам приятно?» Это был Кирилл — мужчина, с которым моя мать жила два года. Он снял маску и промолчал. Он старше меня на 20 лет. Что будет, если я плюну на все запреты?

Я стала женой чудовища. Меня отдали за долги, и моя жизнь превратилась в ад. Синяки я прятала под платком, страх — за молчанием. Я забыла, что значит дышать без боли.
Пока не встретила его — Руслана. Терпеливый, спокойный, он увидел мои синяки и не отвернулся. Сказал: «Я смогу тебя защитить». Но мой муж не отдаст свою «собственность». И теперь каждый день — это борьба за свободу и право быть любимой.
Руслан готов пойти против адатов и всего мира, чтобы спасти меня. Но как поверить ему, если любовь всегда приносила только боль? И сможет ли он собрать заново сломанный цветок, который уже не ждёт света?

Она реставрирует то, что сломано временем.
Он куёт то, что сломано жизнью.
Но кто восстановит их двоих?

Тёмная аллея Нескучного сада. Три грабителя с ножом. И один незнакомец, который врывается в ночь, как стихия, — ломая кости, перехватывая лезвие голой рукой и не задавая лишних вопросов.

Ника — реставратор старинной графики, девушка с зелёными глазами и привычкой верить в лучшее. Глеб — бывший боксёр и кузнец, человек со шрамами на теле и в душе, который давно решил, что не заслуживает нежности. Их встреча — случайность, продиктованная жестокостью города. Но когда Ника приводит раненого незнакомца домой, чтобы обработать его раны, между ними вспыхивает огонь, который невозможно погасить.

Одна ночь перерастает в одержимость. Одержимость — в чувство, от которого некуда бежать. Но прошлое Глеба не отпускает: старые грехи, новые обвинения и призрак бывшего жениха Ники грозят разрушить хрупкое счастье...

— И ты едешь со мной, — это был не вопрос. Это был приказ. — Проведем там неделю. Познакомлю тебя кое с кем.

Она знала, что у него есть взрослые дети от прошлых, давно стертых из официальной биографии браков. Знала, что эта поездка — переход на новый, гораздо более опасный уровень их игры. Но остановиться она уже не могла.



Месяц рядом с Ильей пролетел как один бесконечный, ослепительный и удушливый кадр киноленты. Сначала Анжеле казалось, что это верх заботы. Но вскоре она стала замечать теневую сторону его идеального фасада.

Это был тотальный, почти параноидальный контроль. Илья знал о ней всё: во сколько она просыпалась, какую чашку кофе заказывала в кофейне на углу, с кем пересекалась по работе.

Его телефонные звонки раздавались именно тогда, когда она меньше всего ждала, а в его черных глазах читался немой допрос, если она задерживалась на десять минут.

Для него существовало лишь одно правило, высеченное на камне:

«Моё — значит, только моё».

Двенадцать лет назад он уложил моего отца лицом в мрамор, а я плюнула ему в лицо. Мне было четырнадцать, и он сказал: «Утрись, принцесса».
Теперь отец вернулся, а я вляпалась так, что меня не вытащат ни деньги, ни фамилия.
И отец привёз меня к нему.
К бывшему менту, которого выперли со службы за длинный язык, который живёт в гараже, берётся за любую грязь и пьёт так, что дохнут бродячие собаки.
Нормы этикета, и даже элементарная вежливость и такт ему незнакомы. И он говорит, что он мне не телохранитель — он проблема, которая мешает меня убить.
И я его ненавижу.

Молодая девушка Катя становится случайной свидетельницей убийства. Её похищают и привозят в дом Рамиля — человека, привыкшего решать чужие судьбы. Она уверена, что живой отсюда не выйдет. Он уверен, что испуганная девушка никогда не станет для него что-то значить.
Однако с каждым днём их отношения меняются. Катя пытается понять, что чувствует к своему похитителю, а Рамиль впервые обнаруживает, что власть над человеком не избавляет от страха его потерять.
Когда появляется возможность бежать, Катя решается ею воспользоваться. Но сумеет ли она сбежать от своих чувств и сможет ли отпустить ее Рамиль?

Я приехала на Кавказ всего на несколько дней.
Но стоило мне встретить Арсена — слишком красивого, слишком самоуверенного и совершенно невыносимого горца, — как моя спокойная поездка пошла кувырком.
Вот только никто не предупредил меня, что этот мужчина умеет смотреть так, что забываешь собственное имя. Что его объятия становятся слишком настоящими. А его слова — слишком похожими на обещания.

Услышав шаги, он оборачивается, и я вижу, как он смотрит на меня - осматривая сверху вниз, потом – наоборот, задерживаясь взглядом на талии, на шее, на губах. Он этого не скрывает, вероятно считая, что ему не нужно. Он – Белов, он может смотреть так, как хочет.
- Вы пришли, - говорит он.
- Вы звали.
Он усмехается, ставит бокал и подходит слишком близко, так, что я чувствую запах его парфюма и тела.
- Вы красивая, Смерть.
- Я знаю.
- Скромность - не ваша добродетель.
- У меня нет добродетелей.
Он смеется, как будто я сказала что-то остроумное, хотя я сказала правду.
- Вина?
- Пожалуй.
Он наливает второй бокал, протягивает мне. Наши пальцы соприкасаются на секунду, и я чувствую это касание, как электричество, но не показываю этого. Я беру бокал, отхожу, сажусь в кресло, закидываю ногу на ногу и смотрю на него.
- Итак, - говорю я. - Какое дело?
Он молчит, внимательно глядя на меня. Потом широко улыбается и говорит:
- Я соврал. Никакого дела нет.