Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»

Илья Золотов — звезда нашего универа, мажор и парень с безупречной репутацией. Противостоять такому точно не стоит. Справиться с ним — без шансов. Но когда-то я отказала ему, а теперь он единственный, кто может мне помочь. Вот только что захочет за роль моего фиктивного парня?

Игры в беспечной студенческой компании могут иметь неожиданные последствия. Вот и у нас без них не обошлось... Моя соседка по комнате скинула в чат нашей общаги своё откровенное фото без лица и пригласила желающих скрасить ей вечер. А сама потом ушла! И отдуваться теперь мне. Но уж кого я не ожидала увидеть на пороге двери, так это того самого третьекурсника, с которым уже сталкивалась...

Нестандартное собеседование, оказывается, было ещё цветочками. Чем дольше я работаю на босса, тем отчётливее понимаю, насколько он непрост. Правила вообще не для него. И насчёт меня он явно что-то для себя решил, а значит, я влипла. Тем более что босс знает мою постыдную тайну...

Мой друг Ваня — деликатный, обходительный, заботливый. В общем, просто лапочка, а не друг. Он же и познакомил меня с моим парнем Каем — его другом.
Мы с Каем всегда знали, что Ваня неравнодушен ко мне, как к девушке. Пытались беречь его чувства, не слишком светить своими перед ним. Но на его дне рождении нам срывает тормоза, и кто бы знал, толчком каких событий это станет...

Я решила подсмотреть, чем занимается мой сводный брат со своей пассией в кабинете, но совсем забыла, что он не любит, когда заходят в его кабинет. А непослушных девушек он наказывает.

*очень откровенно
*свадьба, ХЭ
*лёгкая щепотка романтики

РАССКАЗ ЗАВЕРШЕН.

Я всегда считала себя правильной, скромной девушкой.Пока подруга не затащила меня в клуб «Тень». Одна случайная дверь, абсолютная темнота и его голос — низкий, уверенный, опасный.
Я сбежала тогда. Но не смогла забыть.
Теперь он вернулся в мою жизнь. Егор. Мужчина, который знает о моих желаниях больше, чем я сама.
Я думала, что знаю, кто я. Но каждая ночь с ним доказывает обратное. Я уже не могу остановиться. И самое страшное — я не хочу.

Из-за мамы мне пришлось заключить контракт с влиятельным человеком, который меня захотел. И ладно бы это, хотя для меня всё равно смерти подобно... Так ещё и везут меня не куда-либо, а к нему в тюрьму! Где я буду вынуждена провести с ним три долгих ночи...

— Здравствуйте. А за что вы так с этой несчастной тряпкой? — его голос оказался под стать внешности: низкий, с бархатными нотками и той ленивой грацией, что бывает у очень уверенных в себе людей. Он едва заметно усмехнулся, и от этой усмешки у меня внутри что-то неприятно ёкнуло.
— Чтобы глупых вопросов не задавала, — огрызнулась я, не прекращая своего занятия. — Рыбалка ваша отменяется. Топайте отсюда, тут экологическая катастрофа местного масштаба.
Это ж надо было явиться такому холёному экземпляру именно сейчас, когда я мокрая, злая, с перекошенным лицом и, скорее всего, с потёками туши. Я чувствовала себя полной идиоткой, поэтому и его с лёгкостью обращу в свою веру «идиотизма», если понадобится.
— Я, пожалуй, подожду, пока вы всю свою агрессию спустите на бедную беззащитную тряпку, — он и не подумал уйти, сложил руки на своей рельефной груди и продолжил смотреть представление. Ещё бы. Где он ещё в городе увидит бесплатное шоу «Мокрая фурия и её боевое стиральное крещение».

— Ты будешь стоять там, где скажу. Молчать, когда скажу. И улыбаться так, будто без ума от меня, — Столетов перечисляет, словно зачитывает меню.
— А тапочки приносить? Гавкнуть? — уточняю я.
Уголок его губ дёргается. Почти улыбка. Опасная.
— Дерзишь. — Он убирает прядь с моей щеки, и я ненавижу, что по коже бежит ток. — За два месяца отучу.
— От чего? От чувства собственного достоинства?
— От иллюзии, что ты здесь что-то решаешь. — Пальцы замирают у моей шеи. — Ты моя тень, Ева. А тень не спорит с тем, кто её отбрасывает.
— Тогда молись, чтобы не стемнело, Столетов. Без света тени нет.

— Пусти… — хрипло, уже без прежней уверенности выдохнула она, глядя в его темные, почти черные в полумраке машины глаза.
— Еще раз дернешься — свяжу, — его низкий, рокочущий бас завибрировал прямо у её губ. — Ты думала, ты со мной в игрушки играешь, Громова? Думала, я буду бегать за тобой и сопли вытирать, пока ты перед каждым встречным хвостом крутишь?
— Я делаю то, что хочу! — выплюнула она, хотя её голос заметно дрожал от страха . — Ты всего лишь прислуга, которую нанял мой отец!
Он опасно сузил глаза и наклонился еще ниже, полностью перекрывая ей воздух.
— Я не прислуга, золотая девочка. И если ты еще не поняла. Твои игры со мной закончены. С этого момента ты будешь сидеть смирно и дышать через раз, если я так скажу. Поняла меня?