Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «ochen-otkrovenno-i-goryacho»
Мой бывший начальник расплатился мной за долги, прекрасно зная, что я не смогу уволиться. Мне жизненно необходимы деньги на лечение мамы.
Мой новый босс — жёсткий, доминирующий хищник. Он намерен сломать меня, заставить подчиняться своим правилам и желаниям. Наша сделка превращается в опасную игру на грани ненависти и одержимости. Смогу ли я выстоять перед мужчиной, который привык брать всё, что захочет, или мне придётся признать своё поражение?
Мой новый босс — жёсткий, доминирующий хищник. Он намерен сломать меня, заставить подчиняться своим правилам и желаниям. Наша сделка превращается в опасную игру на грани ненависти и одержимости. Смогу ли я выстоять перед мужчиной, который привык брать всё, что захочет, или мне придётся признать своё поражение?
Меня развел мошенник! Пришлось обратиться к матёрому адвокату. Он передал мое дело коллеге - Михаилу Дмитриевичу. Оказалось, что мы знакомы. Когда-то я была его преподом в универе, и однажды не сдержалась, поддавшись страсти. Страхи и предрассудки заставили меня отказать любимому мужчине.
Теперь я на обочине жизни с пустым кошельком и разбитым сердцем! Надеюсь, что мой лучший студент поможет обрести спокойствие и счастье. Только вот нужно ли это ему?
Теперь я на обочине жизни с пустым кошельком и разбитым сердцем! Надеюсь, что мой лучший студент поможет обрести спокойствие и счастье. Только вот нужно ли это ему?
— Проси что хочешь. Любые гарантии, любые бумаги. Но дай мне несколько дней. Я достану деньги, клянусь тебе! Из-под земли достану!
— Что хочешь, говоришь? — друг мужа резко останавливается. Наступает короткая, звенящая тишина: — Твою жену.
— Что?!
— Да не насовсем, не думай. Возьму ее пару раз, пока здесь, и отдам обратно тебе. Поделишься по-братски.
— Макс…
Я судорожно закрываю рот обеими руками, чтобы не закричать во весь голос. Ноги мгновенно становятся ватными, в глазах темнеет. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Внутри меня бьется отчаянная, глупая надежда. Гена не пойдет на такое. Он гордый, он эгоист, он никогда не согласится отдать меня кому-то другому… Я его жена, его собственность! Он найдет деньги, он откажет ему! Откажет же?
— Что хочешь, говоришь? — друг мужа резко останавливается. Наступает короткая, звенящая тишина: — Твою жену.
— Что?!
— Да не насовсем, не думай. Возьму ее пару раз, пока здесь, и отдам обратно тебе. Поделишься по-братски.
— Макс…
Я судорожно закрываю рот обеими руками, чтобы не закричать во весь голос. Ноги мгновенно становятся ватными, в глазах темнеет. Нет, нет, нет… Этого не может быть. Внутри меня бьется отчаянная, глупая надежда. Гена не пойдет на такое. Он гордый, он эгоист, он никогда не согласится отдать меня кому-то другому… Я его жена, его собственность! Он найдет деньги, он откажет ему! Откажет же?
После развода жизнь Алины превратилась в бесконечную серую полосу. Случайно она узнаёт о загадочной организации, обещающей наладить личную жизнь и помочь найти настоящую любовь. Очередные мошенники, играющие на чужом отчаянии? Или шанс начать всё сначала?
Я привыкла заключать сделки на миллиарды, а не вытаскивать чемодан из грязи.
Моя жизнь — это Москва, дорогие рестораны и мужчины, готовые исполнять любые желания.
Но одна поездка в Грузию превратила меня в промокшую, злую и застрявшую посреди виноградников женщину с заглохшей машиной.
А виноват во всём наглый тракторист.
Жаль только, что именно он оказался хозяином винодельни, без подписи которого я не могу вернуться домой.
Моя жизнь — это Москва, дорогие рестораны и мужчины, готовые исполнять любые желания.
Но одна поездка в Грузию превратила меня в промокшую, злую и застрявшую посреди виноградников женщину с заглохшей машиной.
А виноват во всём наглый тракторист.
Жаль только, что именно он оказался хозяином винодельни, без подписи которого я не могу вернуться домой.
За месяц до свадьбы мой жених решил доказать свою абсолютную власть надо мной. На одну ночь он разделил меня со своим лучшим другом.
Дан думал, что это просто грязная игра, которую он полностью контролирует. Но он ошибся.
Артур всегда меня пугал. И не зря. Теперь я с ужасом понимаю, что всё глубже тону в этой дикой, запретной страсти к другу своего жениха.
Мой мир рухнул навсегда. Пути назад больше нет, ведь в нашей истории… всё началось с той ночи, с нас троих.
Дан думал, что это просто грязная игра, которую он полностью контролирует. Но он ошибся.
Артур всегда меня пугал. И не зря. Теперь я с ужасом понимаю, что всё глубже тону в этой дикой, запретной страсти к другу своего жениха.
Мой мир рухнул навсегда. Пути назад больше нет, ведь в нашей истории… всё началось с той ночи, с нас троих.
— Здравствуйте. А за что вы так с этой несчастной тряпкой? — его голос оказался под стать внешности: низкий, с бархатными нотками и той ленивой грацией, что бывает у очень уверенных в себе людей. Он едва заметно усмехнулся, и от этой усмешки у меня внутри что-то неприятно ёкнуло.
— Чтобы глупых вопросов не задавала, — огрызнулась я, не прекращая своего занятия. — Рыбалка ваша отменяется. Топайте отсюда, тут экологическая катастрофа местного масштаба.
Это ж надо было явиться такому холёному экземпляру именно сейчас, когда я мокрая, злая, с перекошенным лицом и, скорее всего, с потёками туши. Я чувствовала себя полной идиоткой, поэтому и его с лёгкостью обращу в свою веру «идиотизма», если понадобится.
— Я, пожалуй, подожду, пока вы всю свою агрессию спустите на бедную беззащитную тряпку, — он и не подумал уйти, сложил руки на своей рельефной груди и продолжил смотреть представление. Ещё бы. Где он ещё в городе увидит бесплатное шоу «Мокрая фурия и её боевое стиральное крещение».
— Чтобы глупых вопросов не задавала, — огрызнулась я, не прекращая своего занятия. — Рыбалка ваша отменяется. Топайте отсюда, тут экологическая катастрофа местного масштаба.
Это ж надо было явиться такому холёному экземпляру именно сейчас, когда я мокрая, злая, с перекошенным лицом и, скорее всего, с потёками туши. Я чувствовала себя полной идиоткой, поэтому и его с лёгкостью обращу в свою веру «идиотизма», если понадобится.
— Я, пожалуй, подожду, пока вы всю свою агрессию спустите на бедную беззащитную тряпку, — он и не подумал уйти, сложил руки на своей рельефной груди и продолжил смотреть представление. Ещё бы. Где он ещё в городе увидит бесплатное шоу «Мокрая фурия и её боевое стиральное крещение».
Она пришла в горы за статьёй, а осталась в плену у трёх братьев.
Снег, холод и дорога, которая не ведёт назад.
Камиль — старший, суровый, как скалы. Его слово — закон.
Арслан — средний, образованный, циничный. Единственный, кто видит в ней человека, а не добычу.
Ильяс — младший, горячий, дикий. Он нашёл её в горах и не собирается отпускать.
— Ты не уйдёшь, — сказал он.
— Я сама решу, где мне быть.
— Пока ты в этом доме — ты живёшь по нашим обычаям.
— Ваши обычаи — не мои законы.
Три мужчины. Одна женщина. Один выбор, который изменит всё.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
Снег, холод и дорога, которая не ведёт назад.
Камиль — старший, суровый, как скалы. Его слово — закон.
Арслан — средний, образованный, циничный. Единственный, кто видит в ней человека, а не добычу.
Ильяс — младший, горячий, дикий. Он нашёл её в горах и не собирается отпускать.
— Ты не уйдёшь, — сказал он.
— Я сама решу, где мне быть.
— Пока ты в этом доме — ты живёшь по нашим обычаям.
— Ваши обычаи — не мои законы.
Три мужчины. Одна женщина. Один выбор, который изменит всё.
🔥 Всем огромное спасибо за комментарии, звёзды и библиотеки, вы меня мотивируете радовать Вас больше;)
🔥 Здесь, как всегда, влажно, горячо и приятно!
— Ты ведь тоже это чувствуешь? — его хриплый, горячий шепот обжигает кожу у самого уха. — Ты можешь ненавидеть меня сколько угодно, можешь орать, но тебя тянет ко мне так же , как меня к тебе. Ответь!
Он прижимает меня к прохладной кирпичной стене архивной аудитории так сильно, что между нами не остается воздуха. Я панически боюсь его. Боюсь этого холеного, опасного мажора, который поклялся устроить мне ад в университете. Но ещё больше я боюсь своего предательского, плавящегося тела, которое умоляет податься навстречу этим безумным и запретным чувствам.
Он прижимает меня к прохладной кирпичной стене архивной аудитории так сильно, что между нами не остается воздуха. Я панически боюсь его. Боюсь этого холеного, опасного мажора, который поклялся устроить мне ад в университете. Но ещё больше я боюсь своего предательского, плавящегося тела, которое умоляет податься навстречу этим безумным и запретным чувствам.
— Твой брат сегодня выйдет на ринг, — произносит Дымов.
Я невольно смотрю на мужчин, которые, очевидно, будут драться с Димой, и тело прошивает волной ужаса. Я знаю, чем заканчиваются бои в этом месте.
— Не надо, Дым, — сглатываю я. — Он же погибнет. Вы столько лет дружили...
— Он предал меня. Сам сделал свой выбор.
— Чего ты хочешь? Что я могу сделать, чтобы он остался жив?
Руслан Дымов берёт полотенце и вытирает мокрое после тренировки лицо. Окидывает меня тяжёлым и жадным взглядом.
— Ты знаешь, чего я хочу, Луиза. Всегда хотел.
Я невольно смотрю на мужчин, которые, очевидно, будут драться с Димой, и тело прошивает волной ужаса. Я знаю, чем заканчиваются бои в этом месте.
— Не надо, Дым, — сглатываю я. — Он же погибнет. Вы столько лет дружили...
— Он предал меня. Сам сделал свой выбор.
— Чего ты хочешь? Что я могу сделать, чтобы он остался жив?
Руслан Дымов берёт полотенце и вытирает мокрое после тренировки лицо. Окидывает меня тяжёлым и жадным взглядом.
— Ты знаешь, чего я хочу, Луиза. Всегда хотел.
Подборка самой откровенной романтической эротики
Выберите полку для книги