Книги в жанре «Романтическая эротика. СЛР» по тегу «skachat»

"Личный интерес" — роман Ольги Вечной, жанр современный любовный роман, романтическая эротика.

— Мне говорили, что с судьей нужно решать дела через ее правую руку. Как там зовут помощника?
— Александра Дмитриевна Яхонтова. Грамотная, держит дистанцию. Через неё идёт всё: черновики, служебки, даже чашка кофе. Но взятки? - морщусь. - Если это так, я выясню.
— Да-да, та самая серая судейская мышь.
— Правильные черты лица, отличная дикция, талия шестьдесят сантиметров и длинные волосы. Это, по-вашему, мышь?
- А у вас, Савелий Андреевич, к ней как будто есть личный интерес?
Резко поправляю:
- Исключено. Есть такое понятие, как адвокатская этика. Но я проверю: если она играет грязно, то мы тоже, с удовольствием, в игру эту поиграем.

© Вечная Ольга
© ИДДК

..
Вдруг Милана заметила совсем рядом от ее стола, тех самый двух парней. Обернувшись на одного из них, он с улыбкой тут же сел рядом, второй тоже сел рядом только с другой стороны. Милана испугалась, начиная убирать телефон в сумочку.
--Привет-говорит сразу, один из них
--Привет-скромно отвечает Милана
--Ты откуда, принцесса, что то я раньше здесь тебя не видел! -начал он тут же разговор
Милана растерялась, не зная что и ответить...
--Познакомимся-раскованно предлагает тут же парень, не дождавшись ответа..
Милана рассеянно качает головой.

Она — примерная девочка. Правильный парень, ипотека, скучный секс по расписанию. Она говорит «да» там, где хочется кричать «нет».
Он — незнакомец с хриплым голосом и чужим табаком на губах. Не спрашивает разрешения. Не верит в вежливость. Он даёт ей то, чего она боялась просить: грубость, власть, честность без прикрас.
Их соглашение просто: никакой лжи, только правда.
Но когда игра превращается в ночи без сна, а секс — в разговоры о боли, становится страшно.
Это история женщины, которая решила быть честной. Хотя бы в постели. Хотя бы один раз. Даже если это разрушит её старую жизнь. А заодно и его броню.
Семь дней. От разрыва до чертежа новой жизни. И вопрос, на который никто не хочет отвечать: можно ли научиться дышать друг другом, если оба боятся любви как пожара?

Бандиты обезврежены, муж спасён, а бухгалтер Лиза Мышкина наконец-то разобралась, что дебет с кредитом сводятся не только в отчётах, но и в отношениях. Но не тут-то было.
Один неосторожно подслушанный разговор - и семейное счастье трещит по швам. Лиза стремительно покидает райский остров, оставляя Алекса с разбитой бровью и разбитым сердцем. Впереди - Москва, холодный октябрь, папины огурцы и коллекция резиновых уточек, которые не предают.
Алекс же решает, что терять нечего, и летит через океан… Вот только в московской квартире его ждёт не только Лиза, но и её папа с трёхлитровой банкой огурцов и бутылкой с сюрпризом.
Смогут ли бухгалтер и миллионер свести свои чувства без ошибок на две строки? Удастся ли Дейву покорить русские валенки? И выживет ли американская печень после папиного самогона?
«Пышка на острове - 2» - это романтическая комедия про то, как любовь проверяется расстоянием, ревностью и способностью вовремя признаться в главном.

Ева живёт тихой жизнью в своём книжном магазине. Её мир — запах старых страниц, джаз по вечерам и полное одиночество. Одиночество, к которому она привыкла и которое считает безопасным.
Всё меняется, когда на квартиру над магазином въезжает новый сосед — хоккейная звезда Матвей, привыкший к громким тусовкам, случайным девушкам и циничным правилам «честной сделки». Их первая встреча — война за тишину. Но постепенно Ева понимает, что за маской брутального спортсмена скрывается человек, который так же боится пустоты, как и она.

Я не верю в любовь с первого взгляда. Я верю в цифры, факты и железную выдержку. Поэтому когда я впервые увидела Даниила Орлова — высокомерного миллиардера, который смотрит на людей как на расходный материал, — я решила: мы враги.

Но враг оказался слишком близко.

Он помогает мне работать по ночам. Он помнит, какой кофе я люблю. Он держит меня за руку там, где никто не видит. И я начинаю забывать, зачем пришла в его компанию на самом деле.

Потому что правда, которую я ищу пять лет, похоронена в его прошлом. А тайны, которые он хранит, могут уничтожить нас обоих.

Я хочу его. Но могу ли я ему верить?

Я впервые увидел её в пятницу вечером. К утру понедельника уже знал, как пахнет её шея, как она стонет в подушку и что говорит после близости.

Она — жена друга. Он уехал в командировку, попросив «присмотреть за домом». Я присмотрел. За каждым её движением, за родинкой на ключице, за тем, как она кусает губу, разрезая хлеб. А потом она сама села ко мне на колени. Это не любовь. Это жажда. И она выжгла во мне всё, кроме памяти о трёх днях, которые я не имел права прожить.

— Вера, не надо.
— Чего не надо? — спросила она тихо. — Правды?
— Ты не в себе. Ты расстроена. Ты зла на него. И ты хочешь использовать меня, чтобы сделать ему больно. Я не буду твоим оружием.
Она подошла к нему снова.
— А если я не хочу делать ему больно? Если я хочу просто… почувствовать себя живой? Хотя бы на минуту. Хотя бы на секунду. Ты знаешь, каково это — быть мёртвой внутри? Дышать, есть, спать, улыбаться — и быть мёртвой?
Илья молчал.
.. — Одевайся, Вера. И уходи. Пока я не потерял совесть.
Она сидела голая под светом лампы, с глиной на теле, и чувствовала, как внутри неё что-то ломается. Только сейчас она поняла: она хотела, чтобы он её т…. Грубо. Быстро. Жестоко. Чтобы заглушить боль. А он предложил нежность. И уважение. И — самое страшное — время подумать.

Меня зовут Варя. Я кондитер, пышка, крашу губы красной помадой и не умею держать язык за зубами. Дмитрий Гордеев — шеф-повар, тиран, циник и терпеть не может сладкое. На кухне мы враги. Он орёт на меня при всех, называет «сладкой булочкой» и съедает мои круассаны до крошки. А по ночам… по ночам я забываю, как дышать.

Что он ответит, когда его позовут в Питер, предложат работу мечты? Я привязана к этому городу, здесь моя мама, я не могу ехать.

Что будет с нами? И есть ли «мы» вообще?

Меня зовут Анна Троицкая. Я нарушаю протоколы и спасаю жизни.
Его зовут Кирилл Волынский. Он — заведующий отделением. Ледяной, безупречный, невыносимый.

Мы ненавидим друг друга.
До первой ночной смены. До темного коридора. До того, как его губы окажутся там, где не должны.
Близость в ординаторской, когда за стенкой спят медсёстры? Рискую.

А потом он меня увольняет.
Но сердце — оно не выполняет приказы. Даже его.