Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
- Дерзишь, Катерина Андреевна? - спрашивает мой возможный босс.
Ох, не на ту ты напал, не с той решил ты поиграть.
- Не имею привычки дерзить, когда мне не хамят, Марат Багратович. Вы работу мне дадите или как?
- Да я ж тебя сломаю, дура. Я ж тебя заставлю мужиков уважать. Ты не протянешь, - бросает мне вызов, и я этот вызов принимаю.
- Начнете ломать, включу свое обаяние, и будете руки мне целовать, стоя на коленях, умоляя позволить оставить поцелуй и на губах, - говорю как-то высокопарно, странно, не похоже на себя.
- А ты забавная, Екатерина Андреевна. Но ты в зеркало на себя посмотри. Глядя на тебя, настроение всегда на полшестого, и на двенадцать тебе его не поднять.
- Тогда чего боитесь? Неужели все же настроение у вас сейчас не на полшестого? - смотрю на него с вызовом, и вижу, как в нем борются желания порвать меня на лоскуты и обладать. Вот только какое желание в нем победит?
Ох, не на ту ты напал, не с той решил ты поиграть.
- Не имею привычки дерзить, когда мне не хамят, Марат Багратович. Вы работу мне дадите или как?
- Да я ж тебя сломаю, дура. Я ж тебя заставлю мужиков уважать. Ты не протянешь, - бросает мне вызов, и я этот вызов принимаю.
- Начнете ломать, включу свое обаяние, и будете руки мне целовать, стоя на коленях, умоляя позволить оставить поцелуй и на губах, - говорю как-то высокопарно, странно, не похоже на себя.
- А ты забавная, Екатерина Андреевна. Но ты в зеркало на себя посмотри. Глядя на тебя, настроение всегда на полшестого, и на двенадцать тебе его не поднять.
- Тогда чего боитесь? Неужели все же настроение у вас сейчас не на полшестого? - смотрю на него с вызовом, и вижу, как в нем борются желания порвать меня на лоскуты и обладать. Вот только какое желание в нем победит?
За десять лет брака Аня ни разу не усомнилась: у них с Сашей настоящая, крепкая семья. Она привыкла доверять.
Муж уехал в командировку? Обычное дело.
Лучшая подруга попросила посидеть с лежачей матерью? Конечно, она поможет.
Она всегда помогала. Всегда была «правильной».
Вот только все начинает рушится, когда на фото подруги она видит море, шампанское… и мужская рука на её плече.
Слишком знакомая, чтобы ошибиться.
И вдруг становится ясно: пока Аня ухаживала за матерью подруги — кормила, поила, утки, чёрт возьми, выносила — эта самая подруга развлекалась на море… с её мужем.
За её же деньги.
Один день — и нет ни семьи, ни дружбы.
Только обломки доверия и горькое «как же так?..»
Но, возможно, именно с этого всё и начинается.
Новая жизнь.
Без иллюзий.
Без предательства.
Но с любовью, которую ещё предстоит встретить.
Муж уехал в командировку? Обычное дело.
Лучшая подруга попросила посидеть с лежачей матерью? Конечно, она поможет.
Она всегда помогала. Всегда была «правильной».
Вот только все начинает рушится, когда на фото подруги она видит море, шампанское… и мужская рука на её плече.
Слишком знакомая, чтобы ошибиться.
И вдруг становится ясно: пока Аня ухаживала за матерью подруги — кормила, поила, утки, чёрт возьми, выносила — эта самая подруга развлекалась на море… с её мужем.
За её же деньги.
Один день — и нет ни семьи, ни дружбы.
Только обломки доверия и горькое «как же так?..»
Но, возможно, именно с этого всё и начинается.
Новая жизнь.
Без иллюзий.
Без предательства.
Но с любовью, которую ещё предстоит встретить.
— У вас две дочери! — бросает муж моей матери. — И Вере нужен отдых после больницы.
Он хочет затушить скандал. И только.
— После чего отдых? — шепчу я, и голос режет воздух. — После потери нашего ребенка или новости о том, что у тебя будет ещё один? От моей сестры?
— Хватит строить из себя жертву, — ошарашивает мать. — У тебя уже есть сын.
— Что?
Я упираюсь в неё взглядом, стараясь не замечать, как нежно она прижимает к себе истекающую злорадством сестру.
— У тебя уже есть ребенок, — повторяет мать, будто объясняет очевидное. — К тому же, поздно уже рожать в тридцать пять. Уймись и не раздувай проблему на пустом месте. Сейчас важнее об Ане подумать. Ей самое время рожать.
Аня какого-то чёрта всхлипывает и жмется к матери боком.
Мать гладит её по волосам.
И добавляет, глядя мне прямо в лицо:
— Не мешай девочке счастье строить, в конце-то концов. Не будь такой эгоисткой! Я не так тебя растила!
Он хочет затушить скандал. И только.
— После чего отдых? — шепчу я, и голос режет воздух. — После потери нашего ребенка или новости о том, что у тебя будет ещё один? От моей сестры?
— Хватит строить из себя жертву, — ошарашивает мать. — У тебя уже есть сын.
— Что?
Я упираюсь в неё взглядом, стараясь не замечать, как нежно она прижимает к себе истекающую злорадством сестру.
— У тебя уже есть ребенок, — повторяет мать, будто объясняет очевидное. — К тому же, поздно уже рожать в тридцать пять. Уймись и не раздувай проблему на пустом месте. Сейчас важнее об Ане подумать. Ей самое время рожать.
Аня какого-то чёрта всхлипывает и жмется к матери боком.
Мать гладит её по волосам.
И добавляет, глядя мне прямо в лицо:
— Не мешай девочке счастье строить, в конце-то концов. Не будь такой эгоисткой! Я не так тебя растила!
Княжна Лизавета Качинская разорена и осталась одна в умирающем поместьем с долгами покойного отца. Она не ждёт пощады от своего кредитора, от графа Разумовского — человека, чья репутация распутника летит впереди него.
Она должна ему пятьдесят тысяч. Он делает непристойное предложение — стать его содержанкой. Но расплачиваться телом Лиза Качинская отказывается, хотя годами мечтала о его прикосновениях.
Она должна ему пятьдесят тысяч. Он делает непристойное предложение — стать его содержанкой. Но расплачиваться телом Лиза Качинская отказывается, хотя годами мечтала о его прикосновениях.
❗️ЗАВЕРШЕННАЯ ИСТОРИЯ. НИЗКАЯ ЦЕНА❗️
— Тихо, дяденька. Я вас спрячу.
Грязная, тощая девчонка закидывает меня тряпьём. Рядом боевики и смерть. Но…
Мне все равно. Я проваливаюсь в темноту.
— Это мой папа! — кричит девчонка в госпитале. — Мой! Я его нашла!
Я, генерал, пятнадцать лет искал смерти.
— Девочка, я не умею быть отцом.
— Я научу, — уверенно произносит она, и я соглашаюсь:
— Ладно. Буду.
И вот мы сидим за столом с кривыми блинами. Они пахнут домом. Наши сердца бьются в унисон. Впервые за пятнадцать лет я улыбаюсь.
— Пап, не отпускай меня.
— Не отпущу, — обещаю, зная, что война моя ещё не закончилась. — Я буду стараться…
— Не надо. Ты же генерал, а не волшебник, — выдыхает моя случайная дочь.
— Генералы, малышка, тоже умеют творить чудеса, — произношу, думая, что не могу подвести свою спасительницу…
— Тихо, дяденька. Я вас спрячу.
Грязная, тощая девчонка закидывает меня тряпьём. Рядом боевики и смерть. Но…
Мне все равно. Я проваливаюсь в темноту.
— Это мой папа! — кричит девчонка в госпитале. — Мой! Я его нашла!
Я, генерал, пятнадцать лет искал смерти.
— Девочка, я не умею быть отцом.
— Я научу, — уверенно произносит она, и я соглашаюсь:
— Ладно. Буду.
И вот мы сидим за столом с кривыми блинами. Они пахнут домом. Наши сердца бьются в унисон. Впервые за пятнадцать лет я улыбаюсь.
— Пап, не отпускай меня.
— Не отпущу, — обещаю, зная, что война моя ещё не закончилась. — Я буду стараться…
— Не надо. Ты же генерал, а не волшебник, — выдыхает моя случайная дочь.
— Генералы, малышка, тоже умеют творить чудеса, — произношу, думая, что не могу подвести свою спасительницу…
— Нам нужно развестись.
Слова падают в тишину камнями. Глухой удар — куда-то глубоко внутри.
Она не верит своим ушам.
— Что?
— Нам нужно развестись, — невозмутимо повторяет он.
— Развестись? — переспрашивает Аня. — Захар, ты… ты шутишь?
— Не шучу. — сухо, безжалостно. Захар даже не смотрит на неё.
— Почему?
Захар переводит на неё взгляд. Лицо — каменное, глаза — пустые.
— Потому что я устал скрывать.
— Что скрывать?
Захар делает короткий, резкий вдох.
— Я не хотел тебя ранить, но больше не могу притворяться.
Аня смотрит на него и не узнаёт.
Это не её Захар.
Не тот, кто целовал её ладонь, когда она говорила, что он снова колючий.
Не тот, кто застёгивал её босоножки, когда живот стал мешать наклоняться.
— Притворяться? — переспрашивает она пусто.
— Я изменяю тебе, Аня. — Он произносит это так спокойно, словно эти слова не ножи, которые режут её плоть на куски. — У меня есть другая женщина.
Очень эмоционально
ХЭ
🌸Всем приятного чтения🌸
Слова падают в тишину камнями. Глухой удар — куда-то глубоко внутри.
Она не верит своим ушам.
— Что?
— Нам нужно развестись, — невозмутимо повторяет он.
— Развестись? — переспрашивает Аня. — Захар, ты… ты шутишь?
— Не шучу. — сухо, безжалостно. Захар даже не смотрит на неё.
— Почему?
Захар переводит на неё взгляд. Лицо — каменное, глаза — пустые.
— Потому что я устал скрывать.
— Что скрывать?
Захар делает короткий, резкий вдох.
— Я не хотел тебя ранить, но больше не могу притворяться.
Аня смотрит на него и не узнаёт.
Это не её Захар.
Не тот, кто целовал её ладонь, когда она говорила, что он снова колючий.
Не тот, кто застёгивал её босоножки, когда живот стал мешать наклоняться.
— Притворяться? — переспрашивает она пусто.
— Я изменяю тебе, Аня. — Он произносит это так спокойно, словно эти слова не ножи, которые режут её плоть на куски. — У меня есть другая женщина.
Очень эмоционально
ХЭ
🌸Всем приятного чтения🌸
- Обожаю твои волосы, они такие мягкие, такие шелковые, просто рай для стилиста. – Произносит мой муж, сжимая в руке волосы крашеной блондинки.
- Ах, ты! Гребаный фетишист!
Выхожу из своего укрытия, и смотрю на застывших любовников. А внутри так и клокочет ярость.
- Мышка?! Что ты тут делаешь?! – Испуганно спрашивает Коля.
- Что я делаю в своем собственном доме? Уволилась с работы, и решила не расстраиваться, ведь муж любимый с командировки приехать должен. Сюрприз готовила! А вот что здесь делаешь ты с этой тощей селедкой? И как давно друг друга маринуете?
Застала мужа с любовницей в своей квартире, а потом начали всплывать такие подробности его личной жизни, что я не выдержала и совершила глупость, которая в конечном итоге привела меня к другому мужчине. Но, вот в чем вопрос, не ошибусь ли я снова?
- Ах, ты! Гребаный фетишист!
Выхожу из своего укрытия, и смотрю на застывших любовников. А внутри так и клокочет ярость.
- Мышка?! Что ты тут делаешь?! – Испуганно спрашивает Коля.
- Что я делаю в своем собственном доме? Уволилась с работы, и решила не расстраиваться, ведь муж любимый с командировки приехать должен. Сюрприз готовила! А вот что здесь делаешь ты с этой тощей селедкой? И как давно друг друга маринуете?
Застала мужа с любовницей в своей квартире, а потом начали всплывать такие подробности его личной жизни, что я не выдержала и совершила глупость, которая в конечном итоге привела меня к другому мужчине. Но, вот в чем вопрос, не ошибусь ли я снова?
– Снова ты? – гляжу неприязненно на молодого мужчину с кубиками пресса. Сегодня утром он возник на соседнем дачном участке и не хочет следовать правилам.
– Ты меня преследуешь? – интересуется он. – Понравился? – подмигивает.
– Издеваешься? Я живу на этой даче с рождения!
– Эм, так я тоже. Это дача моего деда – генерала спецназа Старовойтова. Она пустовала двадцать лет после его ухода. Я сделал ремонт и въехал. Почему бы и нет? Зачем добру пропадать?
По моим щекам текут слезы.
Надо же!
Мужчина, которого я отчаянно пыталась забыть снова на моем пути. Он холост и крут.
А я зареклась больше ни–ни с мужиками.
А этот тип из спецназа каждое утро делает зарядку перед моим окном, и отказывается надевать футболку!
Чем закончится противостояние героев, читайте в новом романе!
– Ты меня преследуешь? – интересуется он. – Понравился? – подмигивает.
– Издеваешься? Я живу на этой даче с рождения!
– Эм, так я тоже. Это дача моего деда – генерала спецназа Старовойтова. Она пустовала двадцать лет после его ухода. Я сделал ремонт и въехал. Почему бы и нет? Зачем добру пропадать?
По моим щекам текут слезы.
Надо же!
Мужчина, которого я отчаянно пыталась забыть снова на моем пути. Он холост и крут.
А я зареклась больше ни–ни с мужиками.
А этот тип из спецназа каждое утро делает зарядку перед моим окном, и отказывается надевать футболку!
Чем закончится противостояние героев, читайте в новом романе!
💥В ту жуткую январскую ночь, сбегая босиком от мужа-тирана, я молила только о спасении. Таинственный незнакомец в пальто показался мне ангелом. Вот только «ангел» оказался межмирным работорговцем, а вместо спасения я попала в клетку на невольничьем рынке чужого мира.
Продать меня он не успел. На лагерь налетела зелёная чума — свирепые Берсерки Пустошей, которые не знают жалости и берут всё, что хотят, по праву силы.
Теперь я добыча двух братьев-вождей. Торгар — властный и сокрушительный. Брогг — дикий и необузданный. Они думали, что получили покорную человеческую игрушку, но я — операционная медсестра. Я умею спасать жизни, не боюсь крови и точно не собираюсь молча терпеть их варварские порядки! Даже если от их обжигающего взгляда подгибаются колени, а впереди нас ждут «Пепельные термы», где растают любые границы…
В тексте:
💕Очень властные, брутальные и горячие орки-братья
💕Сильная, острая на язык героиня-человечка
💕Первобытная страсть, истинная пара
💕Хэппи Энд!
Продать меня он не успел. На лагерь налетела зелёная чума — свирепые Берсерки Пустошей, которые не знают жалости и берут всё, что хотят, по праву силы.
Теперь я добыча двух братьев-вождей. Торгар — властный и сокрушительный. Брогг — дикий и необузданный. Они думали, что получили покорную человеческую игрушку, но я — операционная медсестра. Я умею спасать жизни, не боюсь крови и точно не собираюсь молча терпеть их варварские порядки! Даже если от их обжигающего взгляда подгибаются колени, а впереди нас ждут «Пепельные термы», где растают любые границы…
В тексте:
💕Очень властные, брутальные и горячие орки-братья
💕Сильная, острая на язык героиня-человечка
💕Первобытная страсть, истинная пара
💕Хэппи Энд!
- Хватит, Кристина. Мне надоело иметь суррогат. Мне нужен мой оригинал. Для кого-то, может быть, ты и хороша, вот только для меня ты дьявол во плоти, - выпаливает муж, подавая документы на развод.
- Клим. Я не…Как ты понял, что больше не можешь со мной быть? - сглотнув неприятный ком, спрашиваю у него, глядя прямо в глаза. Он ухмыляется, довольный собой.
- Я просто встретил ту, кого на самом деле любил.
- Любил? - цепляюсь за это слово и переспрашиваю у него.
- Да, любил.
- И кто она? – мне страшно узнавать, кто стал его ангелом, а меня в дьявола в его глазах обратил.
- Это Аврора. Твоя подруга институтская, которая пропала, потому что забеременела, и я ее из-за этого потерял.
Мне было больно. Но я отпустила мужа, хотела уже было простить, пока не узнала, что бывший мой дорогой, все по завещанию не сыну оставить решила, а любовнице и тому сыну, оставив нашего ребенка за бортом.
Две пощечины стерпеть я не смогла, и решила играть грязно, наплевав на то, что могу потерять себ
- Клим. Я не…Как ты понял, что больше не можешь со мной быть? - сглотнув неприятный ком, спрашиваю у него, глядя прямо в глаза. Он ухмыляется, довольный собой.
- Я просто встретил ту, кого на самом деле любил.
- Любил? - цепляюсь за это слово и переспрашиваю у него.
- Да, любил.
- И кто она? – мне страшно узнавать, кто стал его ангелом, а меня в дьявола в его глазах обратил.
- Это Аврора. Твоя подруга институтская, которая пропала, потому что забеременела, и я ее из-за этого потерял.
Мне было больно. Но я отпустила мужа, хотела уже было простить, пока не узнала, что бывший мой дорогой, все по завещанию не сыну оставить решила, а любовнице и тому сыну, оставив нашего ребенка за бортом.
Две пощечины стерпеть я не смогла, и решила играть грязно, наплевав на то, что могу потерять себ
Выберите полку для книги