Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «luchshee»
БЕСПЛАТНО ПОЛНЫЙ ТЕКСТ
Кира Лаврова в свои 48 вела спокойную размеренную жизнь и была всем довольна. Все меняется, если... "любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь...". Какая она эта любовь, если еще вчера ты думала о внуках в ближайшей перспективе, а сегодня не прочь пойти под венец?
Кира Лаврова в свои 48 вела спокойную размеренную жизнь и была всем довольна. Все меняется, если... "любовь нечаянно нагрянет, когда ее совсем не ждешь...". Какая она эта любовь, если еще вчера ты думала о внуках в ближайшей перспективе, а сегодня не прочь пойти под венец?
– Балдеж, - мурчит моя подруга в женской кабинке туалета.
Дверка приоткрыта и там с ней мой жених.
– Меня кроет от тебя, Радим. Обожаю чужого гулящего кота, - она томно намекает, стреляя глазами в него. - Только достался бесцветной, - жалеет подруга вслух.
– Цыц, - запрещает мой жених ей. - Она подарит мне много детей. А ты, - хмыкает лениво. - Лучшая в другом. Если стараться будешь, не обделю вниманием.
– Обожаю твои сказки, Радим.
В светлом зале идёт торжество. Вот-вот должна начаться наша роспись, на которой собрались все влиятельные семьи города, а мой муж в кабинке туалета со свидетельницей... Она моя лучшая подруга…
Была.
Страшное предательство и я сбегу со свадьбы. Сбегу от боли и прошлого. Если смогу…
Дверка приоткрыта и там с ней мой жених.
– Меня кроет от тебя, Радим. Обожаю чужого гулящего кота, - она томно намекает, стреляя глазами в него. - Только достался бесцветной, - жалеет подруга вслух.
– Цыц, - запрещает мой жених ей. - Она подарит мне много детей. А ты, - хмыкает лениво. - Лучшая в другом. Если стараться будешь, не обделю вниманием.
– Обожаю твои сказки, Радим.
В светлом зале идёт торжество. Вот-вот должна начаться наша роспись, на которой собрались все влиятельные семьи города, а мой муж в кабинке туалета со свидетельницей... Она моя лучшая подруга…
Была.
Страшное предательство и я сбегу со свадьбы. Сбегу от боли и прошлого. Если смогу…
Узнав об измене мужа, мой идеальный мир раскололся на «до» и «после». Не в силах простить предателя, я устрою ему ужин… Последний ужин. Что бы я там ни услышала — я знаю себе цену!
***
Смотрю на него и думаю: «Как он может так спокойно сидеть и лгать?»
– Это что? – Марк смотрит сначала на изображение, где он обнимает стройную сексуальную брюнетку в нижнем белье, потом на меня.
Он теряется, но пытается сохранять лицо.
– Тебе не кажется, что это знакомый тебе человек на фото?
– Нет, – отвечает он, его голос чуть напряжён.
***
Смотрю на него и думаю: «Как он может так спокойно сидеть и лгать?»
– Это что? – Марк смотрит сначала на изображение, где он обнимает стройную сексуальную брюнетку в нижнем белье, потом на меня.
Он теряется, но пытается сохранять лицо.
– Тебе не кажется, что это знакомый тебе человек на фото?
– Нет, – отвечает он, его голос чуть напряжён.
Тринадцать лет назад одна ночь изменила их жизни: Тагир получил карьерное повышение, а Кира потеряла всё, что тогда для неё имело значение. Она ушла, чтобы начать с нуля и доказать, что её успех зависит только от неё самой. Теперь судьба снова сводит их в громком бракоразводном процессе, где на кону стоят миллионы, репутации и их собственное прошлое.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
— Готовы проиграть, Кира Викторовна? — его голос звучит слишком мягко, чтобы быть дружелюбным.
— Проиграть вам? — уточняю холодно, скрестив руки на груди. — Единственный раз, когда вы выигрываете, Тагир Эльдарович, — это в споре с зеркалом.
— А вы, я смотрю, тренируетесь на мне, — он наклоняется чуть ближе, его глаза сверкают уверенной дерзостью. — Уж слишком хороший спарринг-партнер.
— Жаль, я не могу сказать то же самое, — улыбаюсь, не отводя взгляда.
Когда закон становится оружием, чувства могут стать слабостью. Или самой опасной из стратегий.
— Лена, — она остановилась напротив меня, — я всё могу объяснить.
Я посмотрела на неё, такую красивую, слегка растрёпанную, с припухшими от поцелуев губами. Мария Ковач, моя лучшая подруга на протяжении пятнадцати лет. Человек, с которым мы делили секреты, радости, горести. Женщина, которая держала меня за руку, когда я рожала Таю. Та, кто всегда говорила: "Мы как сёстры, Лена, даже больше чем сёстры".
— Объяснить? — мой голос звучал неожиданно спокойно. — Что именно ты хочешь объяснить, Маша? Как давно это продолжается?
Она опустила глаза, и это был ответ красноречивее любых слов.
— Давно, — прошептала она. — Но, Лена, это не то, что ты думаешь...
— А что я думаю? Что моя лучшая подруга и мой муж решили провести время вместе, пока меня нет? Что вы оба лгали мне в лицо месяцами?
Тишина была оглушительной. Мария сделала шаг ко мне, протянула руку:
— Лена, давай поговорим, когда ты успокоишься.
Я отшатнулась от неё, как от раскалённого железа:
— Не смей меня трогать. Убирайся!
Я посмотрела на неё, такую красивую, слегка растрёпанную, с припухшими от поцелуев губами. Мария Ковач, моя лучшая подруга на протяжении пятнадцати лет. Человек, с которым мы делили секреты, радости, горести. Женщина, которая держала меня за руку, когда я рожала Таю. Та, кто всегда говорила: "Мы как сёстры, Лена, даже больше чем сёстры".
— Объяснить? — мой голос звучал неожиданно спокойно. — Что именно ты хочешь объяснить, Маша? Как давно это продолжается?
Она опустила глаза, и это был ответ красноречивее любых слов.
— Давно, — прошептала она. — Но, Лена, это не то, что ты думаешь...
— А что я думаю? Что моя лучшая подруга и мой муж решили провести время вместе, пока меня нет? Что вы оба лгали мне в лицо месяцами?
Тишина была оглушительной. Мария сделала шаг ко мне, протянула руку:
— Лена, давай поговорим, когда ты успокоишься.
Я отшатнулась от неё, как от раскалённого железа:
— Не смей меня трогать. Убирайся!
– Какого чёрта ты творишь? – прошипела сквозь зубы, сумев оттолкнуть от себя бывшего, тут же проведя ладонью по губам, чтобы стереть с них неприятный поцелуй.
– Ой, да брось! Будешь и дальше делать вид, что не скучала по мне? – самодовольно спросил Андрей, внимательно меня рассматривая.
Он словно пытался найти во мне хоть что-то, что подтвердило бы его слова, не собираясь принимать как факт моё нежелание прощать его.
– Я счастлива без тебя! Можно сказать, что жизнь заиграла новыми красками.
– Вика, не надо врать. Такая любовь, как у нас, не проходит так быстро и всего из-за одной ошибки.
– Ошибки? Вот как ты это называешь? И о какой любви ты говоришь? Ты мне регулярно изменял! Признаю, я очень сильно тебя любила, но и себя я тоже люблю, поэтому я не позволю ни одному мужчине так со мной обращаться, унижая изменами.
– Ой, да брось! Будешь и дальше делать вид, что не скучала по мне? – самодовольно спросил Андрей, внимательно меня рассматривая.
Он словно пытался найти во мне хоть что-то, что подтвердило бы его слова, не собираясь принимать как факт моё нежелание прощать его.
– Я счастлива без тебя! Можно сказать, что жизнь заиграла новыми красками.
– Вика, не надо врать. Такая любовь, как у нас, не проходит так быстро и всего из-за одной ошибки.
– Ошибки? Вот как ты это называешь? И о какой любви ты говоришь? Ты мне регулярно изменял! Признаю, я очень сильно тебя любила, но и себя я тоже люблю, поэтому я не позволю ни одному мужчине так со мной обращаться, унижая изменами.
– Ты давно с ней спишь?
- Я не понимаю о чем ты, Руся! – попытался извернуться Павел, хмурясь и сморщивая нос.
– А что здесь не понятного? – уточнила я. Последний бокал все же был лишним. Язык начал с трудом шевелиться и путаться. – Я задала простой вопрос – ты давно спишь с моей лучшей подругой? Ой, – икнула я и продолжила говорить, – То есть, уже с бывшей лучшей подругой!
Павел был зажат в тупик. Он рыскал глазами по столу и боялся поднять их на меня! Свои бесстыжие глаза. Его рука подтянулась к шее и расстегнула несколько верхних пуговиц. Расстегнул рукава на рубашке и словно в смирительном жесте, сложил ладони вместе, опустив на них свой взгляд.
– Мы с Ариной всего несколько раз переспали… – тихо и смирно начал супруг. Его голос ломался. Он глотал слюну и сбивался. Было очевидно – ему стыдно! – Это ошибка, Руся! Я люблю только тебя!
Мне бы рассмеяться, но было почему –то не смешно!
- Я не понимаю о чем ты, Руся! – попытался извернуться Павел, хмурясь и сморщивая нос.
– А что здесь не понятного? – уточнила я. Последний бокал все же был лишним. Язык начал с трудом шевелиться и путаться. – Я задала простой вопрос – ты давно спишь с моей лучшей подругой? Ой, – икнула я и продолжила говорить, – То есть, уже с бывшей лучшей подругой!
Павел был зажат в тупик. Он рыскал глазами по столу и боялся поднять их на меня! Свои бесстыжие глаза. Его рука подтянулась к шее и расстегнула несколько верхних пуговиц. Расстегнул рукава на рубашке и словно в смирительном жесте, сложил ладони вместе, опустив на них свой взгляд.
– Мы с Ариной всего несколько раз переспали… – тихо и смирно начал супруг. Его голос ломался. Он глотал слюну и сбивался. Было очевидно – ему стыдно! – Это ошибка, Руся! Я люблю только тебя!
Мне бы рассмеяться, но было почему –то не смешно!
Из ванны слышен женский голос. Соседский.
Хорошо, что не пришла раньше, иначе застала бы самый разгар их продуктивного общения. Муж недоуменно вытаращился. Казалось, его глаза выпрыгнут:
- Лена... а как... ты же на смене. Была.
В этот момент дверь в ванную открылась и оттуда выпорхнула соседка. Тоже в полотенце.
Хорошо, что не пришла раньше, иначе застала бы самый разгар их продуктивного общения. Муж недоуменно вытаращился. Казалось, его глаза выпрыгнут:
- Лена... а как... ты же на смене. Была.
В этот момент дверь в ванную открылась и оттуда выпорхнула соседка. Тоже в полотенце.
Дверь тихонечко открывается, и в комнату заходит огромный мужчина, на вид лет тридцати.
Темноволосый, с выразительными глазами.
Не брит, что ещё больше придаёт ему мужественности.
Мужчина хмурится и потихоньку подходит к кровати.
На нём только домашние брюки, я замираю в восхищении.
Боюсь дышать, чтобы не выдать себя.
На теле видна каждая мышца, при движении они оживают, на плече как будто лежит голова дракона, который скрывается на спине, а его длинный хвост появляется сбоку, из-под руки и, извиваясь, скрывается под поясом брюк.
Таких красивых мужчин я никогда не видела.
Темноволосый, с выразительными глазами.
Не брит, что ещё больше придаёт ему мужественности.
Мужчина хмурится и потихоньку подходит к кровати.
На нём только домашние брюки, я замираю в восхищении.
Боюсь дышать, чтобы не выдать себя.
На теле видна каждая мышца, при движении они оживают, на плече как будто лежит голова дракона, который скрывается на спине, а его длинный хвост появляется сбоку, из-под руки и, извиваясь, скрывается под поясом брюк.
Таких красивых мужчин я никогда не видела.
МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА!
– Это была ошибка. Глупость. Ты же знаешь, я люблю только тебя.
– Знаю? Я ничего не знаю. Оказывается, я двадцать лет жила с незнакомцем. Поэтому моя месть оказалась для вас двоих такой неожиданной.
– Что? Это ты все спланировала? – сломленным голосом произносит, для меня уже бывший, муж.
– А ты думал, что всю жизнь будешь держать меня за дурочку? – удивленно спрашиваю, а внутри разливается горечь от пережитого.
– Дай шанс все исправить...
– Я подала документы на развод, – спокойно отвечаю, понимая, что я все сделала правильно. – Я не прощу тебе измену, предатель. Это было двойное предательство, поэтому и получили вы с ней вдвоем по полной.
– Это была ошибка. Глупость. Ты же знаешь, я люблю только тебя.
– Знаю? Я ничего не знаю. Оказывается, я двадцать лет жила с незнакомцем. Поэтому моя месть оказалась для вас двоих такой неожиданной.
– Что? Это ты все спланировала? – сломленным голосом произносит, для меня уже бывший, муж.
– А ты думал, что всю жизнь будешь держать меня за дурочку? – удивленно спрашиваю, а внутри разливается горечь от пережитого.
– Дай шанс все исправить...
– Я подала документы на развод, – спокойно отвечаю, понимая, что я все сделала правильно. – Я не прощу тебе измену, предатель. Это было двойное предательство, поэтому и получили вы с ней вдвоем по полной.
Выберите полку для книги