Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
— Мы договорились о деловых отношениях! — отчаянно шепчу я, вжимаясь в край стола.
— К черту деловые отношения, Исаева, — выдыхает мой босс, и его глаза темнеют. — Я не могу больше играть в эту субординацию.
***
Валентин Смелов — миллиардер, плейбой и мой личный ночной кошмар. Я ненавижу его так же сильно, как меня тянет к нему. Я думала, что статус его девушки — это просто услуга за спасение. Но грань между игрой и правдой стерлась после первого же поцелуя.
Смогу ли я поверить мужчине, который привык всё оценивать в деньгах, или наши чувства — просто очередной инвестиционный риск?
— К черту деловые отношения, Исаева, — выдыхает мой босс, и его глаза темнеют. — Я не могу больше играть в эту субординацию.
***
Валентин Смелов — миллиардер, плейбой и мой личный ночной кошмар. Я ненавижу его так же сильно, как меня тянет к нему. Я думала, что статус его девушки — это просто услуга за спасение. Но грань между игрой и правдой стерлась после первого же поцелуя.
Смогу ли я поверить мужчине, который привык всё оценивать в деньгах, или наши чувства — просто очередной инвестиционный риск?
(4646)
Я — Полина Снегирь, строгий реабилитолог, мать-одиночка и женщина, которая давным-давно научилась никому не верить. Моя жизнь расписана по минутам: работа, сын, домашние заботы. Но всё меняется в день, когда в наш элитный алтайский центр привозят нового «особо важного» пациента.
Иван Антипов — властный, хамоватый нефтяной магнат из Москвы. Из-за тяжелой травмы он прикован к инвалидному креслу, но его жесткий характер не сломать. Зато он прекрасно ломает людей вокруг себя.
Я должна поставить его на ноги и не поддаться на его сумасшедший, первобытный напор. Но что делать, если за его наглой ухмылкой скрывается тот самый Настоящий Мужик, способный защитить меня от любых жизненных невзгод?
Иван Антипов — властный, хамоватый нефтяной магнат из Москвы. Из-за тяжелой травмы он прикован к инвалидному креслу, но его жесткий характер не сломать. Зато он прекрасно ломает людей вокруг себя.
Я должна поставить его на ноги и не поддаться на его сумасшедший, первобытный напор. Но что делать, если за его наглой ухмылкой скрывается тот самый Настоящий Мужик, способный защитить меня от любых жизненных невзгод?
– Мы разводимся, Соня, – произносит муж-офицер, глядя на меня с отвращением.
Мир перед глазами покачивается.
– У меня давно другая женщина. И она ждёт от меня ребёнка! – произносит медленно, с мерзким наслаждением в голосе.
Другая женщина… Беременна…
Нет. Этого просто не может быть…
– Дима, что ты такое говоришь? – по моим щекам катятся обжигающие слёзы.
– Пять лет, Соня, – он делает шаг ко мне. – Пять лет я угробил на бабу, которая не в состоянии родить. Зачем мне ружьё, из которого нельзя стрелять? Незачем! – рявкает он. – Я хочу сына, а ты не в состоянии дать мне его!
От боли, разрывающей душу на части, я хочу закричать, что спустя пять лет бесплодия я, наконец, беременна, но не успеваю.
За спиной мерзавца появляется Настя – моя лучшая подруга и дочь генерала.
– Не ожидала, подружка? – смеётся она. – Любовница твоего мужа – это я!
Мир перед глазами покачивается.
– У меня давно другая женщина. И она ждёт от меня ребёнка! – произносит медленно, с мерзким наслаждением в голосе.
Другая женщина… Беременна…
Нет. Этого просто не может быть…
– Дима, что ты такое говоришь? – по моим щекам катятся обжигающие слёзы.
– Пять лет, Соня, – он делает шаг ко мне. – Пять лет я угробил на бабу, которая не в состоянии родить. Зачем мне ружьё, из которого нельзя стрелять? Незачем! – рявкает он. – Я хочу сына, а ты не в состоянии дать мне его!
От боли, разрывающей душу на части, я хочу закричать, что спустя пять лет бесплодия я, наконец, беременна, но не успеваю.
За спиной мерзавца появляется Настя – моя лучшая подруга и дочь генерала.
– Не ожидала, подружка? – смеётся она. – Любовница твоего мужа – это я!
— Не трогай её! Она носит ребёнка, которого я действительно хотел, — говорит муж, сжимая мне запястье.
За моей спиной наш сын, Сева, ждёт у праздничного торта.
— Пап… Свечку. Ты же обещал со мной задувать!
В день рождения сына беременная любовница входит в мой детский центр с ключами мужа. А следом Тимур подаёт иск, объявляет Севу чужим и требует вычеркнуть своё имя из документов — лишь бы не платить алименты...
Муж оказался не тем человеком, за кого я выходила замуж.
Двенадцать лет я была удобной женой: растила сына, тянула дом и вложила бабушкину квартиру в «Сороку». Теперь любовница отбирает у Севы комнату для своего малыша, а муж ждёт, когда я приползу на коленях.
Только анализ ДНК — липа. Методики — мои. Дети идут за мной даже на съёмную кухню. А рядом появляется мужчина, который не решает за меня, а просто остаётся рядом.
Тимур отказался от собственного сына ради новой семьи?
Что ж…
Тогда я откажусь от Тимура. А своё верну — до последнего ключа!
За моей спиной наш сын, Сева, ждёт у праздничного торта.
— Пап… Свечку. Ты же обещал со мной задувать!
В день рождения сына беременная любовница входит в мой детский центр с ключами мужа. А следом Тимур подаёт иск, объявляет Севу чужим и требует вычеркнуть своё имя из документов — лишь бы не платить алименты...
Муж оказался не тем человеком, за кого я выходила замуж.
Двенадцать лет я была удобной женой: растила сына, тянула дом и вложила бабушкину квартиру в «Сороку». Теперь любовница отбирает у Севы комнату для своего малыша, а муж ждёт, когда я приползу на коленях.
Только анализ ДНК — липа. Методики — мои. Дети идут за мной даже на съёмную кухню. А рядом появляется мужчина, который не решает за меня, а просто остаётся рядом.
Тимур отказался от собственного сына ради новой семьи?
Что ж…
Тогда я откажусь от Тимура. А своё верну — до последнего ключа!
— Максим. — Палыч трёт лицо ладонью. — Я в чужое не лезу и палкой в прошлое не тычу. Но я в этом кабинете двадцать лет сижу. Такие бумаги приходят не сами.
— Знаю.
— Что мне отвечать людям, если спросят?
— Что положено. Ты выдал, ты чист. — Я встаю. — Спасибо, что показал.
— Да чего уж.
Я иду по коридору к раздевалке, и мне неуютно уже не от сырости.
Пять лет ко мне не приходило ни одной бумаги. Ни одной проверки, ни одного запроса, ни одного вопроса под протокол — я жил тише воды, и в этом был весь смысл сделки.
А сегодня все изменилось.
Значит, за мной снова идут.
Когда самое важное — это уберечь любимых от опасности, даже правда может стать оружием.
Что делать, когда правда у каждого своя? Когда молчание испытывает на прочность доверие?
Если все что было прочно вчера, сегодня рушится, можно ли просто поверить?
— Знаю.
— Что мне отвечать людям, если спросят?
— Что положено. Ты выдал, ты чист. — Я встаю. — Спасибо, что показал.
— Да чего уж.
Я иду по коридору к раздевалке, и мне неуютно уже не от сырости.
Пять лет ко мне не приходило ни одной бумаги. Ни одной проверки, ни одного запроса, ни одного вопроса под протокол — я жил тише воды, и в этом был весь смысл сделки.
А сегодня все изменилось.
Значит, за мной снова идут.
Когда самое важное — это уберечь любимых от опасности, даже правда может стать оружием.
Что делать, когда правда у каждого своя? Когда молчание испытывает на прочность доверие?
Если все что было прочно вчера, сегодня рушится, можно ли просто поверить?
«Он спит. Не жди, деточка».
💔💔💔
Сообщение от бывшей моего мужа приходит в нашу первую брачную ночь. На фотографии его рука на её подушке. И обручальное кольцо, которое несколько часов назад надела ему я.
А я всё ещё сижу в свадебном платье. Даже снять его некому.
Десять лет я любила Глеба. Ждала, когда он перестанет видеть во мне маленькую девочку. И дождалась свадьбы. Только жениться на мне его заставила не любовь, а завещание моего отца: год брака, иначе мы потеряем компанию.
Я согласилась даже на это. Надеялась, что однажды он полюбит меня.
Но делить мужа с другой не собираюсь.
— Я подаю на развод.
— Развода не будет, Лиза.
— Я тебе не вещь!
— Нет. Ты моя жена.
💔💔💔
Сообщение от бывшей моего мужа приходит в нашу первую брачную ночь. На фотографии его рука на её подушке. И обручальное кольцо, которое несколько часов назад надела ему я.
А я всё ещё сижу в свадебном платье. Даже снять его некому.
Десять лет я любила Глеба. Ждала, когда он перестанет видеть во мне маленькую девочку. И дождалась свадьбы. Только жениться на мне его заставила не любовь, а завещание моего отца: год брака, иначе мы потеряем компанию.
Я согласилась даже на это. Надеялась, что однажды он полюбит меня.
Но делить мужа с другой не собираюсь.
— Я подаю на развод.
— Развода не будет, Лиза.
— Я тебе не вещь!
— Нет. Ты моя жена.
Купить собственную квартиру — счастье! Особенно когда за стенкой живёт высокий голубоглазый красавчик.
Вот только есть одна маленькая проблема.
Кажется, мой сосед — маньяк!
Чужая кровь на рубашке, подозрительные разговоры и человеческая рука в чёрном чехле. Ну какие ещё нужны доказательства?!
И ладно бы он просто жил по соседству! Так этот красавчик ещё и на свидание меня пригласил!
А я, дура, согласилась.
Потому что, кажется, впервые в жизни влюбилась...
В серийного убийцу!
Вот только есть одна маленькая проблема.
Кажется, мой сосед — маньяк!
Чужая кровь на рубашке, подозрительные разговоры и человеческая рука в чёрном чехле. Ну какие ещё нужны доказательства?!
И ладно бы он просто жил по соседству! Так этот красавчик ещё и на свидание меня пригласил!
А я, дура, согласилась.
Потому что, кажется, впервые в жизни влюбилась...
В серийного убийцу!
Опытный фельдшер Вера Кукушкина точно знает две вещи: мужчины не стоят слез, а идеальный венозный катетер спасает жизнь гораздо надежнее романтических клятв. Строительный олигарх Артур Дорохов привык, что мир прогибается под его деньги и статус. Но после гипертонического криза он оказывается на больничной койке, а на его пути встает колючая и невозмутимая Вера, которая без капли чинопочитания ставит миллионера на место. Взбешенный ее прямотой, Дорохов решает проучить упрямого фельдшера. Однако попытка сломать недотрогу превращается в острый поединок характеров, где за дерзкими перепалками неожиданно вспыхивает глухое, неизбежное притяжение.
Сможет ли Вера довериться мужчине после предательства прошлого, и удастся ли Дорохову подобрать единственный верный «рецепт» к сердцу той, кто не продается ни за какие миллионы?
Сможет ли Вера довериться мужчине после предательства прошлого, и удастся ли Дорохову подобрать единственный верный «рецепт» к сердцу той, кто не продается ни за какие миллионы?
❤️ПОЛНЫЙ ТЕКСТ❤️
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты изменяешь и ещё пытаешься сделать виноватой меня?
— Полина, посмотри на себя: ты совсем расплылась….
— Я всегда была такой, какая есть, и тебя все устраивало! — неожиданно на глазах вскипают болючие слезы.
—…от тебя вечно пахнет больницей и детской присыпкой, — не обращая внимания продолжает любимый муж. — Мне с тобой уже стыдно куда-то выйти…
—Тебе больше не придётся стыдится…
Я возвращаюсь домой после смены раньше и застаю мужа с молодой красавицей в нашей спальне. Десять лет брака заканчиваются одной пощёчиной и спортивной сумкой в руке.
Вадим уверен: без его денег и привычной жизни я быстро приползу обратно…
❤️МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА❤️
— Ты изменяешь и ещё пытаешься сделать виноватой меня?
— Полина, посмотри на себя: ты совсем расплылась….
— Я всегда была такой, какая есть, и тебя все устраивало! — неожиданно на глазах вскипают болючие слезы.
—…от тебя вечно пахнет больницей и детской присыпкой, — не обращая внимания продолжает любимый муж. — Мне с тобой уже стыдно куда-то выйти…
—Тебе больше не придётся стыдится…
Я возвращаюсь домой после смены раньше и застаю мужа с молодой красавицей в нашей спальне. Десять лет брака заканчиваются одной пощёчиной и спортивной сумкой в руке.
Вадим уверен: без его денег и привычной жизни я быстро приползу обратно…
💛 ПОЛНЫЙ ТЕКСТ 💛
💛 МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 💛
— Соня…
— Не отвлекайтесь. Я подожду, пока закончите.
Я стою в дверях кабинета мужа и смотрю, как его двадцатичетырёхлетняя ординаторша поднимается с колен.
Мы прожили вместе тридцать два года, вырастили дочь, построили карьеру и семью, которую я считала крепкой.
— Сколько ей лет?
— София, пожалуйста, давай не сейчас…
— Нашей дочери тридцать. А твоей любовнице?
Мне кажется, хуже уже быть не может.
Я ошибаюсь.
Потому что очень скоро понимаю: молоденькая Ида — далеко не единственная тайна моего мужа.
И теперь Данилу придётся ответить на вопрос, который он явно никогда не ожидал услышать:
— Скажи мне, сколько лет из наших тридцати двух я на самом деле была единственной женщиной в этом браке?
💛 МИНИМАЛЬНАЯ ЦЕНА 💛
— Соня…
— Не отвлекайтесь. Я подожду, пока закончите.
Я стою в дверях кабинета мужа и смотрю, как его двадцатичетырёхлетняя ординаторша поднимается с колен.
Мы прожили вместе тридцать два года, вырастили дочь, построили карьеру и семью, которую я считала крепкой.
— Сколько ей лет?
— София, пожалуйста, давай не сейчас…
— Нашей дочери тридцать. А твоей любовнице?
Мне кажется, хуже уже быть не может.
Я ошибаюсь.
Потому что очень скоро понимаю: молоденькая Ида — далеко не единственная тайна моего мужа.
И теперь Данилу придётся ответить на вопрос, который он явно никогда не ожидал услышать:
— Скажи мне, сколько лет из наших тридцати двух я на самом деле была единственной женщиной в этом браке?
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги