Книги в жанре «Короткий любовный роман» по тегу «novinki»
— У Леона. У твоего отца долги. Крупные долги, — глухо отзывается мачеха, игнорируя мой выпад.
Конечно, есть ли толк реагировать на слова двадцатилетней девчонки, если у мачехи перспектива куда страшнее, чем быть униженной на словах. Можно потерять уже ставшую привычной роскошную жизнь. Того и гляди, придется вновь надевать чепчик и браться за тряпку. А ухоженные пальчики с острым хищным маникюром уже давно забыли о тяжком труде.
— И чем я могу помочь? Устроиться на работу? Снять с него расходы, связанные с моим содержанием?
— Ты можешь выйти замуж за его партнера.
Конспекты вновь рассыпаются по столу, сводя на нет предыдущий труд, но это меня волнует мало. Оборачиваюсь к мачехе, встречаюсь с ней взглядами.
— Простите, что я могу сделать?
— Выйти замуж. Гордей Вшивцев согласен помочь Леону, если ты станешь его женой.
Конечно, есть ли толк реагировать на слова двадцатилетней девчонки, если у мачехи перспектива куда страшнее, чем быть униженной на словах. Можно потерять уже ставшую привычной роскошную жизнь. Того и гляди, придется вновь надевать чепчик и браться за тряпку. А ухоженные пальчики с острым хищным маникюром уже давно забыли о тяжком труде.
— И чем я могу помочь? Устроиться на работу? Снять с него расходы, связанные с моим содержанием?
— Ты можешь выйти замуж за его партнера.
Конспекты вновь рассыпаются по столу, сводя на нет предыдущий труд, но это меня волнует мало. Оборачиваюсь к мачехе, встречаюсь с ней взглядами.
— Простите, что я могу сделать?
— Выйти замуж. Гордей Вшивцев согласен помочь Леону, если ты станешь его женой.
- Отвечай, Алиса. Два года назад ты скрыла от меня беременность? - прожигал меня взглядом.
- Я от тебя ничего не скрывала! Ты дал денег на аборт, считай, что я его сделала и живи дальше, как жил. - хотелось выкрикнуть эти слова ему в лицо, но держала эмоции в себе.
- Олеся моя дочь? - надвигался на меня, полосуя взглядом.
- Она моя дочь. А ты для нас посторонний и чужой. - протолкнула сквозь ком в горле.
Два года назад он пропал из моей жизни. Оставил о себе лишь воспоминания и две полоски на тесте. А сейчас судьба нас вновь свела. И я не хочу, чтоб он узнал о дочери.
Но, кажется, уже слишком поздно...
- Я от тебя ничего не скрывала! Ты дал денег на аборт, считай, что я его сделала и живи дальше, как жил. - хотелось выкрикнуть эти слова ему в лицо, но держала эмоции в себе.
- Олеся моя дочь? - надвигался на меня, полосуя взглядом.
- Она моя дочь. А ты для нас посторонний и чужой. - протолкнула сквозь ком в горле.
Два года назад он пропал из моей жизни. Оставил о себе лишь воспоминания и две полоски на тесте. А сейчас судьба нас вновь свела. И я не хочу, чтоб он узнал о дочери.
Но, кажется, уже слишком поздно...
Подхожу к кухне и каменею от увиденного.
Мой муж, ритмично покачивает на обеденном столе нашу домработницу.
— Николай Евгеньевич, вам нравится? — тоненький голосок режет уши.
— Заткнись и получай удовольствие, — рычит муж, ускоряя движения.
Стою не в силах пошевелиться. Мерзко осознавать, что еще вчера мы вместе с мужем ели именно за этим столом, на котором он сейчас «распял» нашу домработницу. Эти двое так увлечены, что даже не замечают, что я стою прямо в проходе и наблюдаю за ними…
Мой муж, ритмично покачивает на обеденном столе нашу домработницу.
— Николай Евгеньевич, вам нравится? — тоненький голосок режет уши.
— Заткнись и получай удовольствие, — рычит муж, ускоряя движения.
Стою не в силах пошевелиться. Мерзко осознавать, что еще вчера мы вместе с мужем ели именно за этим столом, на котором он сейчас «распял» нашу домработницу. Эти двое так увлечены, что даже не замечают, что я стою прямо в проходе и наблюдаю за ними…
Иногда наши желания с действительностью никак не связаны. Мы загадываем одно, мечтая о счастье, о семье, о детях, а взамен получаем совершенно другое. Я моем понимании, семья - это место, куда хочется возвращаться. Это дом, полный счастливого смеха детей. Это теплые и уютные вечера, это разговоры по душам…. Нет, я понимала, что проблемы есть везде, что мои представления далеко не радужные, но не до такой же степени!
– Любимая, я не изменял, – муж медленно приближается. – Посмотри на меня.
Отрицательно верчу головой, не хочу смотреть на него. Мне больно. Сердце больше не стучит.
– Взгляни на меня, говорю! – закипает изнутри.
– Нет! – набираюсь сил и толкаю его в могучую грудь. – Не трогай меня!!!
Раскачиваюсь на высоких каблуках, сжимаю кулачки и еще раз толкаю. Полоумная, сумасшедшая, преданная. Дура!
– Я думала, ты меня любишь! Нас! Верила тебе! А ты? Кувыркаешься с Катькой! Гад! Ненавижу!!! Свинья, козел!
– Пройдешься по всему скотному двору?
Возводит руки вверх, обманчиво сдается. Надменная улыбка ранит.
– У нас две дочки. Мы их так хотели! Так мечтали о них! Но ты выбрал другую!
Сносит мою истерику с гордым видом. Ему плевать. Как же так?
– Хватит. Выслушай. Я не спал с Катькой. Никогда в этой чертовой жизни! Не знаю от кого она залетела. Я точно не отец.
– Лжец! Ты задерживался и теперь я понимаю почему!
Отрицательно верчу головой, не хочу смотреть на него. Мне больно. Сердце больше не стучит.
– Взгляни на меня, говорю! – закипает изнутри.
– Нет! – набираюсь сил и толкаю его в могучую грудь. – Не трогай меня!!!
Раскачиваюсь на высоких каблуках, сжимаю кулачки и еще раз толкаю. Полоумная, сумасшедшая, преданная. Дура!
– Я думала, ты меня любишь! Нас! Верила тебе! А ты? Кувыркаешься с Катькой! Гад! Ненавижу!!! Свинья, козел!
– Пройдешься по всему скотному двору?
Возводит руки вверх, обманчиво сдается. Надменная улыбка ранит.
– У нас две дочки. Мы их так хотели! Так мечтали о них! Но ты выбрал другую!
Сносит мою истерику с гордым видом. Ему плевать. Как же так?
– Хватит. Выслушай. Я не спал с Катькой. Никогда в этой чертовой жизни! Не знаю от кого она залетела. Я точно не отец.
– Лжец! Ты задерживался и теперь я понимаю почему!
– Соня, у девочки угроза выкидыша, – кидает мне Арина. – Иди поставь капельницу.
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
– Привет. Давай ручку, – надеваю перчатки и прощупываю ее венки. – Все будет хорошо. Сейчас прокапаем тебя, понаблюдаем.
– Ты Соня, да? – приподнимается на локте. – Жена Руса?
– Верно, – замираю с иглой в пальцах. – Мы вроде бы не встречались лично.
– Неа… Ты, Сонь, подожди с капельницей, – улыбается криво. – Нам поговорить надо. У него совести не хватает тебя бросить. Все тянет. Мучается.
– Это шутка какая-то? – невольно отшатываюсь от койки.
– Нет, это жизнь, Сонь, – Марина хлопает наращенными ресницами. – У меня страстный роман с твоим мужем. Давно. Уже почти год. И даже более того, ребенок его.
Их ребенок? А как же мой ребенок, о котором он еще не знает?
Выбегаю из палаты и натыкаюсь на Руслана.
– Сонечка, ты чего? – хватает меня за плечи.
Он же должен быть на дежурстве в другом корпусе. К любовнице пришел?
"...Можешь делать необходимые заметки и сдашь Кетрин на пост, — она показала милую блондинку, которая нагло флиртовала с Генри, но на его лице не дрогнул и мускул, пока она накручивала локон волос на палец и заметно оголяла зубы в слащавой улыбке.
Я посмотрела на его темные глаза, которые скрывались под полумраком комнаты и столкнулась с неожиданной улыбкой, которая заставила меня резко захлопать ресницами и отвернуться в сторону двери — «Почему он лыбится мне?»."
Я посмотрела на его темные глаза, которые скрывались под полумраком комнаты и столкнулась с неожиданной улыбкой, которая заставила меня резко захлопать ресницами и отвернуться в сторону двери — «Почему он лыбится мне?»."
— Стас, умоляю, спаси ее... — заплаканными глазами смотрю на мужчину. На свою последнюю надежду.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
— Чей это ребенок? — голос бывшего гремит раскатами грома, пронзая насквозь. В самое сердце. — Мой? Отвечай!
***
Я научилась справляться сама. Жить без него. На руках с маленьким ребёнком. Его ребёнком.
И теперь, спустя столько лет, я должна посмотреть в такие родные и одновременно чужие глаза бывшего, умоляя его о помощи.
Придя на лечебный массаж я столкнулась с бывшим. Год назад он ушел к любовнице. Но их связь оказалась мимолетной. Теперь он говорит о своих чувствах и молит о прощении. Мне пока сложно принять решение, но у меня от него ребенок. А еще я до сих пор его люблю.
- Варя, - снова запел ту же песню Илья. – Прости меня. Я виноват, знаю. Но и ты хороша. Почему не сказала о беременности?
- Когда? – посмотрела я на бывшего. – В тот момент, когда ты собирал вещи? Я как раз шла с этой вестью, но ты все изменил.
- Я в тот момент вообще был сам не свой, - признался Илья. – В голове только и были слова Марьи о беременности.
- Правильно, - горько сказала я. – А жена по боку. Легко послал на три буквы.
- Я не посылал, - тихо проговорил Илья. – Я любил тебя.
- Замечательно любил! – воскликнула я, в праведном гневе. – Любил и убил! Как в песенке. Ты же меня морально уничтожил! Плюнул в самую душу! Уходи Илья! Не береди старую рану! Мне и так не легко!
- Не уйду, - тихо, но твердо проговорил он.
- Варя, - снова запел ту же песню Илья. – Прости меня. Я виноват, знаю. Но и ты хороша. Почему не сказала о беременности?
- Когда? – посмотрела я на бывшего. – В тот момент, когда ты собирал вещи? Я как раз шла с этой вестью, но ты все изменил.
- Я в тот момент вообще был сам не свой, - признался Илья. – В голове только и были слова Марьи о беременности.
- Правильно, - горько сказала я. – А жена по боку. Легко послал на три буквы.
- Я не посылал, - тихо проговорил Илья. – Я любил тебя.
- Замечательно любил! – воскликнула я, в праведном гневе. – Любил и убил! Как в песенке. Ты же меня морально уничтожил! Плюнул в самую душу! Уходи Илья! Не береди старую рану! Мне и так не легко!
- Не уйду, - тихо, но твердо проговорил он.
- Я жалею, что советовал вам сюда переезжать...
- Что это значит? - смотрела я на мужчину, который подошёл уже слишком близко, и не собирался останавливаться.
- Это значит, что я до сих пор люблю тебя... - шептал он в мои раскрытые губы, - и не могу вынести того, что ты так близко, но в то же время далеко...
Я считала его единственной, и самой лучшей ошибкой в своей жизни. А десять лет спустя мы неожиданно встретились снова… Смогут ли воспоминания о прошлом, взять верх над настоящим?
- Что это значит? - смотрела я на мужчину, который подошёл уже слишком близко, и не собирался останавливаться.
- Это значит, что я до сих пор люблю тебя... - шептал он в мои раскрытые губы, - и не могу вынести того, что ты так близко, но в то же время далеко...
Я считала его единственной, и самой лучшей ошибкой в своей жизни. А десять лет спустя мы неожиданно встретились снова… Смогут ли воспоминания о прошлом, взять верх над настоящим?
Топ новинок 2024
Выберите полку для книги